Чтение онлайн

Прижатый к стене управляющий безмолвствовал, в разговоре образовалась пауза. Кириллу тоже сказать было нечего, он перелистывал страницы из толстой бумаги и в сотый по счету раз рассматривал фотографии блюд.

– Да кто ж теперь вспомнит про этот оливье? – робко начал управляющий, – его всю жизнь так готовили. Ну, положат вместо колбасы курицу вареную….

– Не всю, – перебил его Кирилл, – здесь как раз все очень просто. Салат «Оливье» изобрел в конце девятнадцатого века повар-француз Люсьен Оливье, владелец московского трактира «Эрмитаж». И этот салат сразу стал фирменным блюдом ресторана, его главной достопримечательностью. Авторским блюдом, отражающим и его содержание, и тематику, предложенную автором! Способ приготовления салата повар держал в тайне, и с его смертью секрет рецепта считался утерянным. – Кирилл остановился на изображении чизкейка. «Худший чизкейк года. Сволочь, чтоб ты им в следующий раз им подавился!» – но эта месть будет слишком мелкой для такого скользкого гада, как этот критик. Нет, тут другой калибр нужен и другая стратегия. Но какая?..

– И что? – Кирилл оторвался от фотографии десерта и посмотрел на управляющего.

– Вы про салат говорили, – напомнил собеседник.

– А, да. Так вот, настоящий оливье состоит из мяса рябчика, телячьего языка, паюсной икры, вареных раков, как ни странно – соленых огурцов и каперсов. А это, – Кирилл перевернул несколько страниц до раздела «Салаты» – все, что угодно, только не оливье. И везде у всех одно и то же. Поэтому он никому и не нужен.

Кирилл поднялся со стула и прошелся мимо столиков туда-обратно, попутно посмотрел себе под ноги. Пол чистый, порядок поддерживается, уже хорошо.

– Так давайте приготовим, – предложил управляющий, – по тому рецепту, по старинному.

– Да, из рябчиков, телячьего языка и паюсной икры. Я даже боюсь представить его себестоимость, – отозвался Кирилл и тут же добавил: – Нет, не пойдет. Здесь нужно что-то другое – новое, необычное, такое, чтоб ни у кого не было… И простое.

– Так все уже придумано давно, – проворчал ему в спину управляющий. – Если только мясо в шоколаде…

– Когда – «давно»? – Кирилл бросился обратно к столику. – Когда ваша бабушка вместо рябчиков и телячьего языка положила в оливье вареную колбасу? Не знаете…

Управляющий отшатнулся, ножки стула заскрипели. Но Кирилл промчался мимо, остановился у стены с «плазмой» и неторопливо двинулся назад, рассуждая на ходу:

– Давно. Насколько давно? Где первоисточник? Кто переводил рецепт, с какого языка? Из поколения в поколение? Устные предания? А дефекты речи, а если рассказчик от старости выжил из ума? Где искать, я вас спрашиваю?

Кправляющий за ходом мысли хозяина не следил, он лишь развел руками и опустил голову. «Скажешь рябчики – будут рябчики, скажешь колбаса – будет колбаса». – Его молчание было значительнее слов. И еще кое-что: «Чего ты бесишься, дурак? И так все твое будет, а когда в этот ресторан наиграешься, так и его закроют, а мы работу искать пойдем. Все равно зарплату нам папаша твой платит, а не ты…»

Кирилл замолчал, уселся за стол и проговорил негромко:

– Ладно, все понятно. Поесть мне чего-нибудь принесите, что у вас готовое есть. Оливье? Какая неожиданность. Тащите… Я сегодня еще ничего не ел.

Управляющий скрылся на кухне, зазвенела посуда, полилась из кранов вода. Кирилл снова открыл меню. Фуа-гра, устрицы, салат из рукколы с креветками и сыром пармезан, ризотто, паста, суши и сашими, роллы «Калифорния» – все здесь, все в одну кучу. И непременная осетрина, свиная отбивная и кускус. Чудовищный микс. Авторский изыск заключается в том, что соусом поливается правый бок блюда, а не левый, а сверху кладется лист петрушки, а не веточка укропа. В остальном – все как у всех, поэтому никому и не нужно.

– Не надо оливье! – крикнул, опомнившись, Кирилл. – «Цезарь» сделайте! Я подожду!

Салат с голодухи показался вкусным, но только в первые мгновения. Очень быстро стало понятно, что курица пережарена, салата зачем-то положили сразу трех сортов, специй перебор, а соус действительно отдает сметанным вкусом. Оливье оказался значительно лучше, да и порция была в полтора раза больше.

«М-да, а ведь он прав. Может, рискнуть и послать куда подальше всю эту мешанину? Ведь америкосы не дураки, раз в Нью-Йорке, как поганки, растут специализированные заведения. Где-то готовят только блюда из требухи, где-то кускус или пиццу по оригинальным рецептам деревеньки на полторы сотни жителей».

Был уже второй час дня, Кирилл решил заодно и пообедать и ждал, пока принесут горячее. «Никакого микса блюд всех времен и народов, все должно быть только аутентичное и оригинальное, – размышлял он, механически перелистывая меню. – Аутентичное и оригинальное». Идея хороша, но где взять специалистов и меню? Кто сегодня владеет старинными секретами, как тот повар-француз? Рецептуру-то воспроизвели, а вот способ приготовления остался неизвестным. Может, он рябчиков не варил, а жарил или запекал в духовке, вернее, в печке? Как узнать, кого спросить? Книги, сборники рецептов? Все и всем давно известно, тут управляющий прав. Нет, здесь нужен другой подход. Старинные рецепты… В прошлом. А что – хорошая мысль, есть тут недалеко офис одной конторы, приятель в клубе рассказывал. Он вроде бы сам в это Сколково собирался да куда-то пропал, давненько не появлялся. Цены у них, правда, негуманные, но это не вопрос. А вот куда именно и на сколько лет назад – тут надо подумать.

– Прошу вас. – Управляющий поставил перед Кириллом тарелку с отбивными.

– Спасибо. – Кирилл схватился за вилку с ножом, занес их над источающей дивные ароматы корочкой.

«Люди любят мясо – тут папаша прав, этого не отнять. А что еще они любят? Поесть как следует. – Нож кромсал сочную мякоть. – Даже тетки, даже те, которые на диете. Мясо им подавай и сладости. И побольше, самых разных». Мясо, сладости, и побольше… Нож остановился, зубцы вилки воткнулись в печеную картофелину гарнира.

В японской кухне только рыба, ею и рисом сыт не будешь, да и от суши уже деваться некуда. В средиземноморской мало сладостей. Пицца? Только не это… Кенгурятину из Австралии возить? Пробовали уже. Устриц и лягушек из Франции? Тоже не прокатит, проверено. Русская с блинами и борщами? Ага, и с икрой красной и черной, стерлядью и осетриной. Дорого получается, да и кого сегодня этим добром удивить можно, если только, по совету управляющего, шоколадом семгу облить? Или устрицы. Что остается? Арабская, в ней ингредиентов немного, они однообразные, вкус варьируется за счет приправ и специй. И все готовится достаточно быстро – клиенты не любят ждать, пока повар приготовит блюдо из авторской кухни. Что ж, так тому и быть. Осталось место выбрать, но это надо со специалистами посоветоваться, в Сколково умников полно, может, чего путное и подскажут. «А что, если?..» Кирилл позабыл об остывающем блюде, положил нож и вилку на стол. В задумчивости откинулся на спинку стула. «А ведь точно!»

Цены и в самом деле оказались негуманные. Лежащий перед ним присланный по факсу счет Кирилл перечитал уже несколько раз, но итоговая цифра не изменилась. Обалдеть можно!

Кирилл размашисто расписался в верхнем левом углу и вызвал секретаршу.

– В бухгалтерию отнесите, пожалуйста. И скажите, чтобы завтра же оплатили, – распорядился он. Бесцветная Лариса кивнула и вместе со счетом скрылась за дверью. Но почти сразу вернулась и пискнула с порога:

– Они назначение платежа спрашивают. Что сказать?