Чтение онлайн

— Вы к господину оберштурмбаннфюреру? — спросил Фогель. Он хорошо знал русский язык и был неизменно вежлив с предателями, в душе их презирая.

— Так точно, герр штурмфюрер, — хмуро рапортовал Сил Силыч. — У меня важная информация, а этот дармоед изгаляется — не пускает.

— Идите за мной. Оберштурмбаннфюрер у себя в кабинете.

Они пошли наверх по лестнице, потом по узкому полутемному коридору.

— У вас очень усталый вид, господин Барсук, — вежливо сказал Фогель. — Я подозреваю у вас состояние, которое по-русски называется по-кмелье. Не желаете ли стаканчик шнапса, опо-кмелиться?

— Буду премного вам благодарен, господин Фогель, — подобрел Барсук. С этими словами он переступил порог кабинета.

Ренке застыл за столом в неудобной позе и читал материалы допросов. Перед ним на столешнице стоял недопитый стакан чаю, в пепельнице дымилась сигарета. Мельком взглянув на вошедших, оберштурмбаннфюрер указал на стулья.

— Что ему нужно? — по-немецки спросил он Фогеля.

— Говорит, у него ценная информация, — пожал плечами штурмфюрер.

— Пусть изложит, но кратко.

— Герр оберштурмбаннфюрер! Я пообещал русскому стакан шнапса. У него похмельный синдром.

— В чем же дело, Фогель, налейте. И пусть говорит, поторопите его.

Фогель наполнил стакан до краев, поставил его на край стола и облокотился о стену, наблюдая за Барсуком. Сил Силыч встал, буркнул: «Благодарствуйте», примерился, чтоб взять и не пролить, а потом резко поднял стакан и выпил залпом. Утираясь рукавом ватника, крякнул и поцокал языком. Только после этого он начал свой рассказ.

— Видел я сегодня в лесу самолет. Наш самолет, то есть не то чтобы наш… а… советский самолет.

— Там что, посадочная полоса? — быстро спросил Ренке, когда Фогель перевел ему слова Барсука.

— Нет. Нету там никакой полосы. То-то и удивительно. Самолет будто на ниточке с неба опустили, но еще не то мне странным показалось… Сидит около самолета девка, ужас, до чего красивая. И с каким-то хахалем лясы точит. А говорит по-немецки. Я ж по-вашему кой-чего кумекаю. И видел я у этой дивчины в руках как будто аппарат какой-то, антенну она из него вытягивала.

— Антенну? — подпрыгнул на месте Ренке. Фогель тоже напружинился. — Где это, где они, по карте показать можешь?

Барсук подошел к столу, на котором была разложена подробная карта окрестностей Брянска, и неуверенно ткнул пальцем.

— Кажись, здесь… Да что по карте, лучше я вам на месте покажу.

— Поехали! — Ренке решительно поднялся и вышел из-за стола, но его остановил телефонный звонок.

— Ренке? Это Моллер. Слушайте внимательно. Вам надлежит найти русского радиста в течение суток. Это личный приказ рейхсфюрера.

— Как раз этим я сейчас и занимаюсь! — раздраженно крикнул в трубку Ренке.

Алекс скучал, тяготился вынужденным бездельем. Возвращаемый модуль уже был подготовлен к старту, маяки расставлены. Хоть сейчас — обратно в будущее. Но какие-то неясные ностальгические воспоминания удерживали его в этом Времени, которого, по сути, никогда не было и быть не могло. Хронопилот часто пускался в умозрительные рассуждения о возможности или невозможности проникновения реальных объектов из одного хронокоридора в другой. Его теоретические построения сводились к главному: допущению возможности соприкосновения и взаимопроникновения параллельных хронополей в какой-то определенной точке пространства-времени. Оставался открытым вопрос о количестве таких точек в обозримом будущем. Если точка входа в параллельное время была единственной, то впереди — тупик, выхода из которого в реальное время нет.

— Это все теория, — успокаивал Алекса ОТТО. — Не стоит ломать голову. Мне вот вспомнилась восточная притча. Один купец собрался в путь: ему надо было отвезти товар в соседний город. Но прежде решил он измерить ширину проезжей дороги. Купец хотел узнать, достаточна она или узка для его арбы. Дорога была местами узка, местами широка. Торговец ничего не решил, а только зря потратил драгоценное время. Он отправился в путь и поехал именно этой дорогой, потому что другой в тот город не было.

Алекс внимательно выслушал и ответил:

— Твой купец не боялся быть размазанным по времени.

— Но, сэр, — оживился ОТТО. — Кто вообще знает о свойствах времени больше, чем мы с вами?! Все эти размазки по времени — голая теория, абстракция чистой воды.

— Да, этим пугают малышей, — в тон Кибермозгу ответил Алекс. — Но все равно быть размазанным неприятно. Даже теоретически.

— Если я правильно вас понял, сэр, вы не собираетесь возвращаться?! Лично я всегда считал вас героем. У вас что, проблемы психодискомфорта?

— Нет, — вздохнул Алекс. — Нечто вроде ностальгии по невозвратимой первозданной чистоте. Ты много знаешь, ОТТО, у тебя обширная память, она вмещает бесконечное множество понятий и образов, в том числе всю красоту, дикую красоту былой природы. Но ты никогда не видел живой красоты и даже не можешь себе ее представить.

— Почему же, сэр, вы умаляете возможности моих пси-рецепторов?!

— Вовсе нет. Просто мои и твои чувства никак нельзя сравнивать. Я вырос на руинах разбитого счастья, я на себе испытал, что такое противогаз для новорожденного. Но я видел и уголки нетронутой природы, там было дивно. И все же здесь несравнимо лучше, хоть мир и катится к ядерной катастрофе…

В полдень, повинуясь какому-то неясному желанию, Алекс вышел за периметр хроноквадрата. Он шел в густой влажной тени могучих деревьев, слушая пересвисты птиц, следил за смешной возней бельчат в молодом ельнике. Алекс не мог даже предположить, что все это богатство — запахи, звуки, движения — сохранилось здесь в мизерном количестве на узком участке леса вблизи города. Все остальное было безжалостно уничтожено — отравлено «Циклоном Б».

Внезапно на пути хронопилота выросла Хельга. Она подошла к нему вплотную, полуобняла его за плечи.