Чтение онлайн

Кнудсен разрешил эвакуацию «преисподней» – нападение на нее теперь исключено. Аркадий должен позаботиться о срочной эвакуации обезоруженной армии Ватуты куда-нибудь в страну дилонов. Они трое – Миша, Мария и он – отправляются добывать бежавшего Ватуту, их сопровождают рангуны Кагула и Варана и несколько верных хавронов. Пусть Аркадий доставит три авиетки с боевым снаряжением.

В каждой из трех авиеток за пульт сел человек. В свою авиетку Кнудсен взял Кагулу и Варану. Варана не знал, где убежище хранителя Огня и Энергии Дилая, оно держалось в большой тайне. Но Кагула, руководивший Строительствами и Разрушениями, бывал там часто – он уверенно показывал путь.

– Здесь! – сказал Кагула, показывая на лесистые горы внизу. Кнудсен с удивлением посмотрел на рангуна: у молодого Бессмертного дрогнул голос – местечко, видимо, было из священных, и Кагулу приводила в смятение мысль, что он явился сюда с оружием в руках. Возможно, было и не так, как вообразилось капитану хронолета, но он не стал доискиваться правды длительным размышлением, а, выбрав место, посадил авиетку.

Рядом опустились другие авиетки. Варана скомандовал хавронам выгружать снаряжение. Кнудсен предложил Баху и Марии оборудовать боевую позицию – не исключено, что убежище Ватуты и Дилая придется брать силой. Сам он с Кагулой отправится на последние переговоры с Ватутой. Мария потребовала, чтобы и ее взяли на переговоры: Ватута еще недавно прислушивался к ее настояниям, она надеется, что и сейчас сумеет воздействовать на него.

Хранилище Огня и Энергии, как и все убежища рангунов, представляло собой пещеру в горе, вход в нее закрывали кусты. Кагула, очень бледный, лишь показал направление, но идти впереди не осмелился – первым шагал Кнудсен. То ли от слабости, то ли от страха Кагула, замедлив шаг, стал пошатываться. Не пройдя и сотни шагов в гору, он воскликнул с испугом:

– Ватута! Дилай!

Кнудсен остановился. Впереди никого не было, капитан хронолета уже решил, что рангуну от волнения померещилось, но в эту минуту кусты раздвинулись. Наружу вышел Ватута и с ним маленький рангун с непропорционально большой головой. Оба встали на крутом склоне, метров на десять выше подходивших хронавтов и Кагулы.

– Ни шагу дальше! – приказал Ватута. – Приветствую тебя, Повелительница. Ты отлично управляешься с орудиями, я бы взял тебя в начальницы моих резонаторов дальнего действия. И тебя приветствую, капитан Кнудсен, ты гораздо лучше командуешь своим войском, чем Варана моей гвардией, – недаром он так легко переметнулся к тебе. А тебя, Кагула, презираю – ты изменник! Ты отказался слушаться меня.

Видимо, Кагулу нужно было оскорбить, чтобы он отделался от страха. В его ответе не слышалось ни робости, ни смирения:

– Скажу тебе то же, что говорил раньше, Великий Ватута: я слушаюсь разума, а ты впал в безумие, ты впал… Твое восстание бессмысленно – сам видишь это, сам видишь.

– Вижу, что мой бывший любимец Кагула попал под влияние автодумов дилонов, сдружившихся с людьми. Я давно подозревал в тебе это пагубное перерождение. Недаром ты так охотно беседовал с тем бешеным трусом Кун Канной, моим министром Прогнозов и Ведовства.

– Я спас тебя от нападения Кун Канны, я спас, – с достоинством указал Кагула. – Если бы не я, твоя голова и твои руки отлетели бы от туловища.

– Ты только исполнил свой долг, Кагула. Ты ясен, с тобой толковать не о чем. Пусть люди скажут, чего хотят.

– Мы пришли за тобой, Ватута, – сказал Кнудсен.

– Пришли за мной, но уйдете ли отсюда сами?

– Восстание не удалось, пора прекращать войну.

– Восстание не удалось, война продолжается.

– Ватута, не безумствуй! – воскликнула Мария. – У тебя такая светлая голова, ты не можешь не понимать!..

Ватута страстно прервал ее:

– Перестань, Повелительница! Я честно подчинялся твоей воле, пока вы не решили все переменить на планете.

– Не мы, Ватута! Сама природа уготовила вам гибель, мы спасаем вас!

– Природа со мной не разговаривала, со мной разговаривали вы. Почему я должен вам верить? И отчего вы нас спасаете? Лишаете нас бессмертия, разве не так?

– Ты погибнешь, отстаивая свое мнимое бессмертие!

– Умереть, защищая бессмертие, – разве это плохая доля, Повелительница? Покорюсь я или нет, все равно меня ждет участь жалкого смертного. Так хоть поборюсь. Бессмертие стоит смерти – тебе не нравится такая формула, Повелительница?

– Мне не нравится твое упрямство, Ватута, – сказала она с горечью.

Кнудсен решил подвести итоги спору:

– Слушай меня, Ватута. Внизу установлен хроногенератор. Прицельные фазы сдвинуты на разные углы. Надеюсь, ты прекрасно понимаешь,что это значит. Знаешь, что, когда мы начнем обстрел вашего логова, вас пронзит тяжкая болезнь дилонов – рассинхронизация. И она поразит вас обоих в тысячекратном усилении. После этого мы возьмем вас голыми руками. Даю полчаса на раздумье.

– Полчаса мне вполне хватит на подготовку к ответу, – насмешливо бросил Ватута.

Ватута и карлик Дилай скрылись в чаще кустов. Кнудсен быстро пошел вниз.

– Скорей, скорей! – командовал он. – Ватута задумал что-то скверное. Нужно до исхода получаса приготовиться к неожиданностям.

Кнудсен приказал хронавтам подготовить защитные хрономоторчики. Рангуны и хавроны тесно обступят Марию и Баха – они будут под защитой людей. Аркадия в безумном лесу спасло, что он на несколько минут отпрянул в прошлое от сиюмгновенности. Возможно, и сейчас придется уходить из настоящего минут на десять.

– Я дам знак на уход в прошлое – действовать тогда мгновенно! Сам займу позицию у хроногенератора.

Когда подготовку к защите закончили, Кнудсен с беспокойством посмотрел на гору и произнес – скорей для себя, чем для товарищей, тесно сгрудившихся неподалеку:

– Прошло пятнадцать минут. Вряд ли Ватута обещанные полчаса…

Над горой взвилось огненное облако. Кнудсен дал знак уходить. Мария и Бах включили защитные хрономоторы. На позиции людей обрушилась туча камней – они их не увидели. Грохот взрыва потряс окрестности – они его не услышали. А когда спустя несколько минут Мария и Бах синхронизировались в настоящем, они не узнали окружающего мира. Гора, взорванная, еще тяжко оседала, по склонам рушились выброшенные из почвы деревья, груды камней завалили площадку, где недавно размещалась боевая позиция. Мария кинулась к хроногенератору – он валялся изуродованный, холодный и ни для чего больше не пригодный. Кнудсен, окровавленный, пытался встать на ноги.