Чтение онлайн

– Нимфа клеща убивает свою жертву, чтобы напиться крови и претерпеть очередную стадию своего развития, - едва слышно говорил ведущий на экране телевизора.
– Таков жизненный цикл этого насекомого, и это совершенно естественный процесс, хотя звучит, возможно, и жутковато…

«В конце концов она тебя бросит!» - Валерка произнёс это с апломбом знатока, которым, скорее всего, не был. По крайней мере, Игорь надеялся на это. Потому что в противном случае Кузовлёв мог оказаться прав, а это означало бы… - да, чёрт возьми!
– что она его бросит!

А Игорю этого не хотелось.

«Ей надоест тебя обхаживать», - сказал Валерка, когда они сидели в «Макдональдсе» и ели картошку фри с соусом. Валерка макал в жёлтую массу сразу по две-три палочки и отправлял в рот, тут же беря следующую партию. Игорь наблюдал за этим процессом, как завороженный. Но завораживал его не скоропалительно исчезающий картофель, а слова, западающие прямо в душу.

«Хватит мурыжить девчонку, - ораторствовал Кузовлёв.
– Отшей её, если не хочешь, и дело и с концом. Или переспи с ней. Глядишь, оба успокоитесь».

Игорь вздохнул и принялся вставлять в крышку стаканчика соломинку: во рту пересохло, и мучительно хотелось пить.

Как объяснить Валерке, что он был влюблён в Алину ещё в младшей школе? Что те чувства, которые он испытывает к ней сейчас - после того, как они встретились столько лет спустя - совсем не похожи на светлую детскую влюблённость первого класса. Наверное, Кузовлёв просто рассмеётся, если услышит нечто подобное. Назовёт это соплями и слюнтяйством. Нет уж, лучше промолчать.

Всё это проносилось в голове у Игоря вчера, когда они с приятелем сидели в «Макдональдсе». Теперь же он был в машине, причём один - пока один. Ждал Алину.

Она не скрывала, что готова перейти грань между «друзьями» и «любовниками», но Игорь не уступал. Вот уже два года как держался. Они виделись примерно каждые три-четыре месяца, когда она прилетала из Канады в Россию по делам или навестить родственников. И его.

За океаном у неё был муж - русский, как и она. Старый и богатый, если верить рассказам Алины. И, конечно, нелюбимый. А любимый жил в России и раз за разом отшивал её, хотя мучительно хотел. Всё дело было в проклятых детских воспоминаниях! Переспать с Алиней означало бы разрушить их, расстаться с иллюзией. А она была для Игоря ценнее, чем секс. Каким бы замечательным он ни был. А в том, что Алина в постели настоящая тигрица, Игорь не сомневался. Он тяжело вздохнул.

В памяти возникла сцена из далёкой, ещё школьной жизни: волейбольный матч против параллельного класса, выкрики игроков, удары по мячу, азарт и вдруг - неудачное падение Алины! В первое мгновение казалось: она сейчас встанет, и соревнование продолжится, но - увы - колено не выдержало, и, как выяснилось позже, мениск вылетел. Игорь помнил, как нелепо торчала вбок кость, натягивая кожу, как нога наливалась пунцовым цветом, распухая и приобретая нездоровый глянцевый блеск - всё то время, что пришлось ждать «скорую». Это случилось на последнем уроке, и Игорь не пошёл домой - остался с ещё парой ребят, чтобы составить Алине компанию. Она не кричала: сидела, стиснув зубы, но по щекам одна за другой катились слёзы. Даже теперь у Игоря защемило сердце. Наверное, именно в тот день он ясно понял, что влюблён. Теперь они повзрослели. Много стало проще. Да, он хотел её. Желал мучительно, представлял, каким нежным и трепетным будет их соитие - ему оно виделось именно таким. Но отказаться от первого чувства, открывшего ему мир любви… Нет, Игорь просто не мог решиться на это. Он, конечно, не был уверен, что секс разрушит воспоминания. Но в том, что новые отношения вытеснят их, займут их место - не сомневался.

В доме через дорогу открылась дверь подъезда, и на тротуар вышла женщина в синих джинсах, ботинках на толстой подошве и короткой замшевой куртке. Светлые волосы были собраны в пучок на затылке, через плечо висела чёрная кожаная сумка от «Гермес». Конечно, она совсем не походила на девочку из девятого класса, но что-то почти неуловимое осталось в ней от тех времён - уверенные движения, в то же время не лишённые женственности, манера убирать волосы перед тем, как оглядеться по сторонам, лёгкая улыбка, словно блуждающая на губах. Флёр воспоминаний и чувств, что зародились много лет назад, сопровождал её подобно духам, пусть даже она не осознавала этого.

Алина увидела серебристую «Шкоду» и поспешила к машине. Игорь открыл дверь и вышел ей навстречу.

– Привет! Давно не виделись, - Алина улыбнулась, продемонстрировав ровные белые зубы (специально приезжала в Россию, чтобы сделать их такими: за границей это слишком дорого).
– Решил, куда поедем?

– Было несколько идей, - Игорь открыл ей дверь, успев почувствовать тонкий, всегда напоминавший ему кунжут, аромат «Кензо». Что-то новенькое. Раньше Алина пользовалась «Franck Olivier». Стоило мысленно отметить это изменение, и Игорь осознал, как давно они не виделись.

– Позволь мне тебя опередить.

– Да пожалуйста.

– Слышал про выставку Кацусики Хокусая?

– Э-э…

Алина понимающе улыбнулась.

– Не напрягайся. Это японский художник периода Эдо. Мастер ксилографии. Естественно, я не могу пропустить такое событие.

Игорь вспомнил, что Алина - искусствовед. Она говорила ему пару раз, что работает в Монреальском музее изящных искусств, но эта информация почти стёрлась у него из головы.

– Так ты специализируешься на Японии?
– спросил Игорь.

– Вообще на живописи востока.

– Понятно. Значит, начнём с выставки?

Алина кивнула.

– А потом - куда скажешь.

– Надеюсь, картины стоящие?

– Тебе понравится. Уверена, по крайней мере одну ты видел раньше.

– Какую?

– «Большую волну в Канагаве».

– Постой-постой… Это та, где нарисована такая высокая синяя волна с пеной на гребне?

– Ну да!
– обрадовалась Алина.
– Шедевр.

– Да, наверное, - неуверенно проговорил Игорь.

Он японского искусства не понимал. Ему оно казалось схематичным и каким-то детским, что ли.

– А ещё ты наверняка видел «Красную Фудзи», - воодушевилась Алина.
– Я сейчас найду её в Интернете, ты сразу вспомнишь.

– Давай лучше дождёмся выставки, - остановил её Игорь, заводя мотор.

– Ты прав.

– Адрес галереи помнишь?

– Конечно.

***

Творчество японского мастера впечатления на Игоря не произвело. Впрочем, ничего иного он и не ожидал. Да, рисунки были симпатичными, но по сравнению с Шишкиным или Леонардо… В общем, восторга спутницы Игорь не разделял, но виду не показывал и слушал комментарии терпеливо.