Шрифт:
Глава 1. На земле и под землёй
Небо над Мортигеной всегда было чёрным. Сюда никогда не проникал свет ярких солнечных лучей, потому что страна эта находилась глубоко под землёй.
Но и здесь, на неизмеримой глубине, всё-таки обитали разумные существа – подземные жители. В большинстве своём они были крепки, коренасты, низкорослы, с синеватой от отсутствия света кожей и редкими седыми волосами.
Жизнь под землей была нелёгкой – страной правила жестокая королева, и пока она и её приближённые наслаждались всеми радостями жизни, бедняки работали до изнеможения. Проблем жителям добавлял оживший вулкан, который иногда извергался. Старики поговаривали, что беда приходит из глубинной огненной страны, в которой живут говорящие саламандры.
Такие легенды ходили о том, что находится внизу, а вот о том, что находится наверху, подземным жителям думать запрещалось.
Именно об этом размышляли теперь дети, пробирающиеся по узким извилистым тропинкам горы. Один из них, шедший первым, был явный представитель подземной расы, а двое других, мальчик и девочка, отличались: их лица были выразительнее и нежнее, а глаза и волосы имели более яркий оттенок, чем у остальных жителей.
– Старый вулкан опять дымится! – сказал Марк, остановившись и сбросив с себя котомку. – Последнее время он стал так часто извергаться, что я, похоже, начинаю верить в древние легенды о том, что мы все погибнем…
– Не говори глупостей, Марк! – отозвался Ханс, который явно считал себя здесь лидером. – Наша страна стоит уже тысячи лет и простоит ещё столько же! Чего бояться?
– А я тоже верю, что кроме нашего есть ещё и другие миры! – подала голос Милана, единственная дама в этой компании. – И я совсем не удивлюсь, если и наверху что-то есть!
– «Что-то есть!» – усмехнулся Ханс. – И скоро кто-нибудь придёт за вами и заберёт наверх, где будет хорошо и светло?
– Нельзя смеяться над человеком за то, что он любит мечтать, – осторожно сказал Марк. Он очень хотел поддержать Милу, но не знал, как сделать это, не обидев друга.
– А я говорю – можно! – сердито сказал Ханс. – Хотя бы для того, чтобы вернуть его в реальность! Придумали тоже! Другие миры! Да я уверен, что везде сейчас так же плохо, как и у нас!
В этом Ханс оказался, конечно, прав: жителям планеты Земля, как мы знаем, тоже порой приходится несладко. Катастрофы, войны и болезни бушуют на планете, не разбирая, взрослый ты или ребёнок…
И именно в эту минуту там, на поверхности планеты Земля, в одной из больниц лежала десятилетняя девочка, чувствуя себя самой несчастной на свете. Ещё недавно она, как и положено детям, радовалась жизни, ходила в школу и играла с подружками, но серьезная болезнь вмиг лишила её всего этого. Теперь её мир ограничивался только белыми стенами больничной палаты.
– Симонова! Ты чего на уколы не идёшь? – заглянув в палату, крикнул один из мальчишек, да так резко, что она даже вздрогнула. Вздрогнула и бабушка, сидевшая около её кровати:
– Вставай, Ангелиночка, надо идти!
– Нет! Я так больше не могу… – прошептала девочка, в отчаянии уткнувшись в подушку.
Когда она узнала, что больна, то первое время не восприняла это всерьёз. Думала, что быстро поправится и вернётся домой. Но лечение было долгим, тяжелым и настолько изматывающим, что ей теперь постоянно хотелось сбежать от всего этого…
– А давай домой уедем! Пожалуйста! Хотя бы на денёк, чтобы отдохнуть.
– Нельзя, моя дорогая! Ни на денёк, ни на часочек. Лечение твоё не прервать. Поэтому успокаивайся. На вот яблочко съешь, и станет лучше. Там все витамины, которые тебе сейчас нужны.
– Ага, съем и сразу здоровой стану, – вздохнула Ангелина, но красивое красное яблоко взяла. – Только я уже слишком взрослая для таких сказок.
– Тогда и веди себя как взрослая сильная девочка, – бабушка помогла ей встать и проводила до двери. – Довести тебя до процедурной?
– Нет, дальше я пойду сама! – твёрдо сказала девочка.
Последнее время ребята уже начали подсмеиваться над ней, обзывая трусихой. Хотя до больницы никакой трусихой Ангелина не была. Она всегда первая здоровалась с появившейся откуда-нибудь собакой, и из школы на автобусе одна ездила, но эта нежданная болезнь превратила её в какое-то слабое, боящееся всего на свете существо.
«Ну почему всё так плохо?» – вздохнула Ангелина и вместо того, чтобы идти вперёд, прилипла к огромному окну.
А улицы города были украшены к Новому году! Торопились по делам улыбающиеся прохожие, и почти из каждого окна им весело подмигивали разноцветными огоньками елки.
«А у тебя тут тоска», – перевела она взгляд в пустынный коридор больницы. Хоть медсестры и пытались создать здесь новогоднее настроение, развесив гирлянды и новогодние шарики, но больница, увы, оставалась больницей.
«И всё-таки не может быть, чтобы всё было плохо и плохо без конца, – сказала себе Ангелина, оперевшись рукой на стенку из-за головокружения. – Должно же случиться и у меня что-нибудь хорошее. Да ещё под Новый год!»
– Ой! – вскрикнула она, потому что дверь, на которую она облокотилась, вдруг открылась, и, едва удержавшись на ногах, девочка оказалась на пороге какого-то подвала.
«Ого! Интересно, что там? – удивлённо уставилась она на лестницу, ведущую вниз. Из подвала веяло холодом, и, надеясь, что там, внизу, может оказаться запасной выход, Ангелина решила спуститься. Не для побега конечно, убеждала она себя, а просто воздухом подышать чуть-чуть.
«Если поймают и спросят, зачем пошла, скажу что… яблоко уронила», – быстро придумала она оправдание и, бросив вниз яблоко, с хитрой улыбкой посмотрела, как оно прыгает по ступенькам. А вдруг оно волшебное?
В подвале пахло сыростью. Спустившись вниз, Ангелина действительно обнаружила дверь с надписью «Запасной выход», но, подергав её, была разочарована – дверь была закрыта.
– Да чтоб тебя! – расстроено стукнула она по ней ногой, и, ощутив очередной приступ головокружения, была вынуждена присесть отдышаться на стоящий рядом сундук.
Яблоко валялось тут же неподалёку.
– И никакое ты не волшебное, а самое обычное! – подняла она его с пола и вздохнула. Оглядевшись, девочка, наконец, обратила внимание на сундук, на котором сидела: сундук был старинный, необычный и совершенно не вписывался в интерьер больницы. Ей очень захотелось посмотреть, что же там внутри…