Чтение онлайн

И на шаги эльфов тоже не похожий – потому что эльфы ходят бесшумно. Фродо затаил дыхание и прислушался. Да, кто-то карабкался вверх. Фродо пристально глядел во тьму...

И вскоре увидел светящиеся глаза. Тот, кто карабкался к дэлони, замер – подозрительные звуки внизу оборвались – и теперь не мигая смотрел на Фродо. Фродо вздрогнул. Глаза смигнули, вокруг серебристо-серого ствола стремительно скользнула смутная тень, и за стволом послышался замирающий шорох...

А из тьмы вдруг вынырнул лориэнец Хэлдар. Легко, почти не касаясь ветвей, он вскарабкался вверх и удивленно сказал:

– К вам тут наведался странный пришелец. Я его заметил еще с земли. Да и он меня, вероятно, увидел – потому что удрал. Но это не орк. Сначала, когда я на него посмотрел, то подумал, что кто-нибудь из вас, невысокликов, спустился с дэлони: пришелец был маленький. Да ведь вам-то незачем от меня удирать, и мне стало ясно, что это враг.

Но я не решился его пристрелить, ибо он мог перед смертью вскрикнуть, а орки не успели уйти далеко. Они явились со стороны Мории, переправились, поганые лиходеи, через речку и долго рыскали по южному берегу – наверно, учуяли, куда вы свернули. Их было тут сотни полторы, не меньше. Нам не удалось бы их остановить, поэтому я остался на посту; Рамил, подражая вашим голосам, увлек их орду в Тайные Чащобы, а Орофин отправился к нашим за подмогой.

Ни один орк не вырвется из Леса. А с завтрашнего дня у западных границ будут дежурить пограничные отряды. Спи. На рассвете мы отправимся в Стэрру.

Зарево по-зимнему бледного солнца, золотясь в листве исполинских ясеней, напомнило проснувшимся на рассвете хоббитам летнюю зарю в их далекой Хоббитании. К западу от дэлони сквозь ветви деревьев виднелась узкая долина Белогривки со вспененной лестницей многочисленных водопадов. На северо-западе блестела Серебрянка. Золотую Ворожею закрывали деревья.

Хранители быстро собрались в путь.

– Прощай, Нимродэль, – сказал Леголас.

– Прощай, – повторил это слово и Фродо, думая, что вряд ли он когда-нибудь увидит такую на диво светлую речку с успокоительным говором и животворной водой.

Хэлдар повел их вдоль Ворожеи. Вскоре к ним присоединился и Ра-мил.

– Ваши преследователи, – сказал он Хранителям, – проплутают в Тайных Чащобах до вечера, и ни один из них не вернется домой – об этом позаботятся воины Лориэна.

Лиги через три Хэлдар остановился и, повернувшись лицом к Золотой Ворожее, дважды негромко свистнул по-птичьи.

– На том берегу, – объяснил он Хранителям, – расположен Второй сторожевой пост.

Из-за деревьев вышел эльф-часовой в маскировочном плаще, но с откинутым капюшоном. Хэлдар искусно перебросил через реку свернутый в бухту серебристый канат. Эльф поймал его и привязал к дереву.

– Ворожея здесь очень холодная, – сказал Хэлдар. – Но в наше бурное и тревожное время опасно строить постоянные мосты. Смотрите, как мы переходим реку. – Эльф туго натянул канат и крепко-накрепко привязал его к дереву. А потом спокойно, словно по дороге, прошелся над речкой туда и обратно.

– Для меня-то это обычная переправа, – сказал Леголас. – А как быть другим? Неужели они будут переправляться вплавь?

– Зачем же вплавь? – отозвался Хэлдар. – У нас тут есть еще два каната. Мы натянем их чуть повыше первого, и, держась за них, твои товарищи переправятся.

Когда этот шаткий мост был сделан, Хранители перешли на северный берег – одни медленно, с большим трудом, другие немного быстрей и свободней. У хоббитов лучшим канатоходцем стал Пин: он держался только за один канат и шагал вперед довольно уверенно, однако старался не смотреть вниз. А Сэм шел медленно, мелкими шажками, крепко ухватившись за оба каната, и не отрывал взгляда от золотистой воды. На берегу он с облегчением вздохнул и воскликнул:

– Век живи – век учись, как говорит мой старик. Правда, он всю жизнь копается в земле, а не ползает, ровно паук, по паутинкам...

Рамил остался на южном берегу и после переправы отвязал два каната, а третий, отвязанный переправившимся Хэлдаром, вытянул к себе и смотал его в бухту. Потом он повесил бухту на плечо, прощально помахал Хранителям рукой и зашагал обратно к Первому посту.

– Итак, друзья, вы вступили в Стэрру, или, по-вашему, Сердце Лориэна, – торжественно объявил Хранителям Хэлдар. – Немногие бывали на этом берегу... – Хэлдар помолчал и буднично закончил: – А теперь мы завяжем гному глаза – я говорил об этом Леголасу. Остальные пойдут с открытыми глазами, пока мы не приблизимся к Лесной крепости.

– Леголас не мог решать за меня, – мрачно нахмурившись, проговорил Гимли. – Я не пленник. Не шпион Саурона. Жители Подгорного царства Даина никогда не вступали в сделки с Врагом. Почему ж ты считаешь меня лиходеем?

– Как ты думаешь, – спросил его Хэлдар, – стал бы я нарушать наш древний закон, если бы считал тебя лиходеем? По закону я должен уничтожить гнома, который пытается проникнуть в Стэрру. А ты с моей помощью переправился через реку!

– Я пойду вперед с открытыми глазами или вернусь в Подгорное царство, где меня никто не назовет соглядатаем, – гордо ответил Хэлдару Гимли. Отступив, он положил руку на топорище.

– Ты отрезал себе дорогу назад, перейдя Золотую Ворожею, – сказал Хэлдар. – Я должен доставить тебя к Владыкам, а уж они решат, что с тобой делать. Если ты попробуешь переплыть речку, тебя пристрелит первый же часовой.

Гимли выхватил из-за пояса топор.

Хэлдар молниеносно вынул стрелу и натянул тетиву; второй эльф – тоже.

– Проклятый упрямец, – пробормотал Леголас.

– Гимли, ни с места! – рявкнул Арагорн, так что Леголаса никто не услышал. Гимли замер, и Арагорн сказал: – Отряд веду я – вы должны меня слушаться. Гимли будет несправедливо унижен, если завяжут глаза лишь ему. Мы все пойдем с завязанными глазами... хотя это очень замедлит путешествие.

– Ох и хорошо же мы будем выглядеть! – внезапно расхохотавшись, воскликнул Гимли. – Марш сумасшедших в Золотом Лесу... Я готов разыграть из себя сумасшедшего вдвоем с Леголасом, – добавил он весело. – Остальные могут остаться зрителями.

– Ты гном, – возмутился Леголас, – а я...

– Упрямец? – ехидно спросил его Арагорн. – Нет уж, давайте поступим по справедливости. Завяжи мне глаза! – обратился он к Хэлдару.

– Помни, ты ответишь мне за каждый синяк, если я упаду, – буркнул Хэлдару гном, ощупывая туго затянутую повязку.