Хранители народов

— Неужели все это исчезнет? — несчастным голосом спросил Олег, расхаживая по моему кабинету в Чертоге.

— …М-да! Заковыристый речитатив. — Я оторвался от свитка с заклинанием невидимости. — …Ты что-то сказал?

— Ты меня не слушал! — обвинительно указал на меня пальцем Олег.

— Нет, — честно признался я. — А что, надо было?

— Ну конечно! — страдальчески скривился мой друг. — Стоит ли слушать какого-то смертного, если это смертный?

— Ты мне это прекрати! — нахмурился я. — Я изучаю крайне полезное заклинание. Причем полезное во многих случаях жизни. Мне его Веник подкинул.

Веник, он же Вениэль — наш архивариус. Очень деятельный эльф Крови. И, кстати, самый старый из нас. Был профессором и членом каких-то там научных обществ, потом бомжевал, потом я его нашел и приобщил. Это если коротко.

— Ты с нами, а значит, понятие смертный применительно к тебе весьма относительно. Так о чем ты спрашивал?

— Я спрашивал: неужели все это исчезнет? — сердито напомнил мне Олег.

— «Все это» — это что?

— Ну… — замялся Олег, — картины, музыка, книги, памятники и храмы. Короче, культура вся.

— Ну почему же? — Я благожелательно улыбнулся. — Ответственный за истинных людей Ракс Лучезарный обещал заниматься сохранением памятников старины. У него даже есть соответствующий департамент.

— Да? — поразился Олег. — А то, что музей природоведения за одну ночь исчез, это что?

— Ну ты загнул! — отозвался я, снова наклоняя голову над свитком. — Какое отношение имеет музей природоведения к культуре? И потом, мы об этом знали…

— Что?! — не дал мне отвлечься Олег. — А при чем тут, позволь спросить, эльфы? Какое отношение вы имеете к музею?

— Никакого, — огрызнулся я. — Поэтому и было решено отдать его гномам. Правда, их интересовал всего один этаж, посвященный строению Земли, но раз уж они взялись, то пусть хранят все. Все равно вам, людям, на первых порах будет не до музеев…

Из записей вещего Олега

«…Разрастались племена и народы, ведомые к будущему вождями своими. Шли к местам своим исконным и конные и пешие. И заботы посетили меня тяжкие, коими поделился я с Перворожденным Максимиэлем. Но успокоил меня предводитель эльфийских народов славных. И сказал он слова мудрые…»

— И вообще, Олег, не морочь мне голову этими проблемами! Все, что нужно сохранить, — сохранится!

Наверное, настало время пояснить, что это за разговор был между нами? И чем он был вызван? Поясняю.

Я Максим. Ну, вернее, был Максимом до встречи с неким Арагорном. Этот тип меня в эльфа превратил и за все народы эльфов отвечать поставил. Ему, видите ли, нужен был помощник. И таких помощников он себе по всем народам собрал. С одной стороны, это правильно. Уж слишком много проблем возникало. Самое то взвалить их на плечи таких, как я. А вот, с другой стороны, непонятно, зачем было вообще затевать такую гигантскую авантюру? Жили же себе раньше и жили.

Хотя что-то там было сказано о том, что жить так оставалось немного. То ли правда это, то ли, как водится, прикрывались этими словами свои интересы — теперь не понять. Преобразование мира началось.

Меня Арагорн поставил на этот участок работы потому, что во мне была составляющая эльфа Крови, и еще потому, что я ему первым под руку попался. Хотя он утверждает, что специально меня искал. Мне почему-то кажется, что он в первую очередь искал мою бутылку коньяка. Нашел и «приговорил», а меня уже сделал своим помощником, как бы в компенсацию.

Была во мне еще одна составляющая. Арагорн ее обошел, а вот другому персонажу она покоя не давала. Этот другой персонаж — Сильвана. А вторая моя составляющая — это дракон. Сочла Сильвана, что мир, создаваемый Арагорном, слишком скучен и пресен.

Ну, вечно женщины критикуют мужчин и считают, что сделали бы лучше. Хорошо, что их не было, когда Творец создавал Вселенную. Представляю, что они ему насоветовали бы.

Так вот. Решила Сильвана внести свою лепту в этот мир. Правда, взялась она с другой стороны. Создала оборотней и вампиров. Но не давало ей покоя племя драконов. Очень уж заманчиво было этим оружием обладать. А в том, что оружие, сомневаться не приходится. Никого, кто мог дать начало этому народу, кроме меня, она не нашла. Я отказался. Но Сильвана дама настырная. До сих пор она ко мне пристает с этим предложением. По сему поводу она уже не раз «цапалась» с моим боссом, Арагорном. По-моему, они уже давно знакомы и даже между ними что-то там было. Сейчас Сильвана занимает место его помощника. Правда, помощника весьма своеобразного и своевольного.

Были у Арагорна еще помощники. Ну, из тех, что я знаю — это Маниту, Сварог и Один. Они помогали ему управляться на том участке мира, что нам достался.

Участок немаленький! Это Европа, часть Азии и Северная Америка. Другими участками занялись другие личности, и нам туда соваться было строго запрещено.

Арагорн преобразовывал свою часть так, как он хотел ее видеть. А это означает, что в этом мире появились орки, тролли, гоблины, эльфы, гномы и люди. Короче, весь тот набор, о котором мы до этого только читали в книгах и смотрели в фильмах, которыми нас исправно потчевали акулы Голливуда. Надо ли говорить о том, что разница была огромной?

Были и те, кто мешал. А как же без этого?

Во-первых, это сами люди (вернее, та каша, что именовалась людьми), которые не хотели менять свою жизнь на что-то непонятное.

Во-вторых, внешнее окружение Арагорна, которое стремилось отхапать себе кусочек пожирнее.

В-третьих, внутренние силы, считающие, что имеют право на свои преобразования.

И если вторыми и третьими занимались Арагорн и его помощники, то первыми силами пришлось заниматься нашей команде. Предводители вновь созданных народов с переменным успехом растаскивали людей по своим племенам.

Мне еще, можно сказать, повезло. Один мой друг, Вадим, стал предводителем Лесных эльфов, а второй, Олег, стал штатным летописцем. Его вы знаете под псевдонимом вещий Олег.

Впрочем, обо всем этом я уже рассказывал ранее. Повторяться не имеет смысла.

Преобразование протекало успешно. То, что должно было возникнуть, — возникало, а то, чему было суждено исчезнуть, соответственно исчезало.

Но старый мир сдавался с трудом. Вот непонятно — вроде бы, теряя блага так называемой «технологической цивилизации», люди приобретали более ценные вещи. Такие, как долголетие (если не прибьют), здоровье и не отравленные отходами воздух и воду. Короче, здоровый образ жизни. Но почему-то именно потеря этих благ больше всего и расстраивала людей.