Чтение онлайн

— Вы спасли меня. Я у вас в долгу. И я вовсе не хотела вас обидеть.

— Я все тебе прощаю, — великодушно улыбнулся Чарльз. — Ты должна знать: пока Гробовщик ищет путь сюда, ты можешь спокойно отдыхать от превратностей нашего мира.

— Превратностей?

— Да, дорогая Ребекка. Если ты не будешь устраивать мертвых, они съедят тебя заживо. Боюсь, в самом буквальном смысле. Ты — это барьер между мертвыми и живыми. Моя защитница. И их защитница тоже, — добавил Чарльз, обводя рукой город. — У тебя тяжелая работа, и ты всегда можешь прийти сюда и отдохнуть среди своих.

Уорд принес десерт. Точнее целую дюжину различных десертов на круглом подносе, где нашлось место серебряным ножам, вилкам и ложкам.

— Я уже говорил и повторю снова: тех самоуверенных мерзавцев мы найдем и накажем. И у тебя здесь будет охрана.

Чарльз принялся нарезать пирог.

— Всегда такая пропасть десертов. Сегодня особенно. Стремился угадать все твои кондитерские пристрастия.

— Вы про Уорда?

— Нет, дорогая. От Уорда на кухне никакого толка. Он — мой личный телохранитель… Рекомендую попробовать, — добавил он, дотрагиваясь вилкой до пирога с кремом. — Потрясающе вкусно.

— Как странно. Мне кажется, все в этом городе знают, кто я и что здесь делаю. А у меня — вопросы на каждом шагу. Мэйлин никогда мне…

Ребекка не знала, о чем говорить. Она почти ничего не знала о Чарльзе, но говорила с ним искренне, словно интуитивно ему доверяла. Ей хотелось не десерта, а смотреть на город.

Чарльз не настаивал. Он встал рядом с Ребеккой.

— Мэйлин — удивительная женщина. Как артистично она управлялась с мертвыми.

Тишину нарушил пронзительный клаксон промчавшегося автомобиля. Чарльз поморщился.

— Знаю, ты иногда сердилась на нее за то, что она многое от тебя утаивала. Но у Мэйлин были на то вполне объективные причины.

— А по-моему, иногда эти «объективные причины» ничем не лучше вранья, — выпалила Ребекка и тут же мысленно отругала себя за несдержанность.

— Твоя бабушка не была ни глупой, ни капризной, — сказал Чарльз, осторожно касаясь ее руки. — И причины у нее действительно были. Кстати, ты знаешь, что твоя мать в свое время сделала аборт?

— Нет… Что странного? Многие женщины…

— Мы говорим не о многих женщинах. Джулия сделала аборт, поскольку Джимми не хотел, чтобы их общая дочь впоследствии стала Хранительницей.

Чарльз сжал руку Ребекки.

— Джимми считал, что его дочь Элла погибла по вине Мэйлин. Он знал дальнейший расклад: преемницей Мэйлин станет либо кто-то из его племянниц, либо ты. Когда умерла Элла, твоя мать уже была беременна их общим ребенком. И Джимми настоял на аборте.

— Получается, мой отчим знал обо всем этом.

Так вот почему Джулия так ненавидела Клейсвилл и не захотела приехать туда даже на похороны бывшего мужа!

— Скажите, Джимми знал о мире мертвых?

— В вашем мире эти знания доступны очень немногим. Но для членов семьи Хранительницы делается исключение. У Мэйлин мать тоже была Хранительницей. Кстати, Битти умерла легко. Она просто вошла в мою дверь, когда Мэйлин была готова занять ее место.

Чарльз вздохнул.

— М-да, Битти. Могла вспылить на ровном месте. Зато никогда не жаловалась на свою миссию. Ни разу не дрогнула. Одному чересчур ретивому мужчине воткнула в глаз шляпную булавку… Твоей матери было тяжело. В один год она потеряла Эллу, которую очень любила, и свою неродившуюся дочь. Она не смогла простить это Джимми. А бедняга не смог это пережить. Он упрекал Мэйлин за то, что та исковеркала жизнь стольким людям. Ему было страшно. Страх его и доконал.

Ребекку душили слезы, но она не позволяла им прорваться наружу. Кто выдумал эту страшную миссию Хранительницы? По сути, эта миссия разрушила всю ее семью; из-за нее умерла Элла, распался брак матери, умер отчим… а теперь и Мэйлин. «Ну и как, было бы тебе легче, узнай ты правду десять лет назад?» — спрашивала она себя.

— Надеюсь, теперь ты понимаешь, что Мэйлин утаивала от тебя правду не из любви к тайнам, — тихо продолжал Чарльз. — Это был ее выбор, и я с ним согласился. Но у тебя нет времени на обдумывание всего, о чем ты узнала, и на привыкание к своей миссии. Если с тобой ничего не случится, этот дом… мойдом… всегда открыт для тебя.

Он взял Ребекку за руки и повернул лицом к себе.

— Этот мир — твой. И в мире живых ты будешь получать все, что тебе необходимо. Город об этом позаботится. Такое условие входит в соглашение, которое мы заключили триста лет назад. Но прежде тебя ждут малоприятные дела. Нужно поскорее привести сюда Дайшу. Пока что она разгуливает по вашему миру и с каждым куском, глотком и чужой жизнью становится сильнее.

Ребекка обхватила себя за плечи, но ее все равно била дрожь.

— Так ее зовут Дайша? Вы знаете имя убийцы?

— А что тут удивительного? Я же мистер С. Я знаю имена живых и мертвых. И я знаю тебя так, как никто другой в обоих мирах. В том числе и ты сама.

Чарльз протянул к ней руки, желая коснуться ее лица. Ребекка попятилась назад.

— Не прикасайтесь ко мне!

Он застыл с протянутыми руками.

— До чего же ты еще глупенькая, Ребекка.

Постояв так еще немного, он опустил руки.

— Скоро здесь появится другой твой сопровождающий. До встречи.

И Чарльз вышел, оставив дрожащую Ребекку на балконе.

Байрон шел вслед за Бойдом, ловя на себе взгляды прохожих. Бойд двигался молча, да и Байрон вовсе не был настроен о чем-либо говорить. Проверив барабан, он взял револьвер в руку.

Байрон давно не стрелял, но они с отцом много лет регулярно упражнялись в стрельбе по целям. Навыки не забываются, и он был уверен, что не промахнется. Мальчишкой ему просто нравилось стрелять. Потом он считал стрельбу одним из странных отцовских хобби. И только сейчас понял: Уильям заранее готовил его ко всем особенностям миссии Гробовщика.