Хранитель
Шрифт:
– Вот!
– ткнул Недомерок пальцем в сторону хозяйки.
– ~ Пусть она нам споет!
Додумался, дурень! Будто Дагерта с ними играет!
– Эй, хозяюшка!
– возвысил голос главарь.
– Слышишь, чего просят? Пой, раз «король» велит!
Дагерта обвела гостей взглядом. Два меча, кистень, прислоненный к стене топор… Да был бы дома Кринаш, разве позволил бы гостям переступить порог «зала» с оружием? Даже если б на огонек пожаловала волчья стая, Кринаш и их бы заставил клыки в сарае оставить, только потом пригласил бы в дом!
А теперь… теперь надо попробовать уладить дело мирно.
– Ой, тума-ан над лугом расстила-ается!
– затянула Женщина неожиданно красивым, звучным голосом.
– Ой, со мно-ою милый мой прощается!..
Закончив недлинную песню, хозяйка выдавила улыбку и отошла от стола, гадая, что делать дальше. Молчун, конечно, не трус, но оружия в руках сроду не держал, раб есть раб. Сама Дагерта может кому угодно в лоб засветить, но драться с четверыми вооруженными буянами…
Хозяйка с надеждой оглядела гостей, склонившихся над мисками с кашей.
Матросы и капитан «Летящего» были сейчас на борту, что-то чинили. Так, а в доме кто? Трое пожилых купцов… и зачем они без охраны ездят, грибы старые?.. Худенькая бледная девушка из Фатимира - осиротела и едет в столицу к родственникам… Бродячий лекарь с парнишкой-подмастерьем… В самом углу - тот верзила с пустыми глазами, о котором беспокоился Кринаш. Ох, как не хочется к нему обращаться! Но, видно, придется.
Дагерта подхватила кувшин с вином, подошла к гостю, склонилась над ним, наполняя кубок, и шепнула:
– Если вон те четверо разбуянятся… не поможет ли мой господин их успокоить?
Тяжелая голова медленно повернулась на короткой шее. Оловянные глаза равнодушно глянули в лицо Дагерте.
– Иди в болото, дура… не мешай есть!
Женшина попятилась, да ее спиной грянул хохот: закончился новый кон «радуги», у четверки появился новый «король». Им оказался смазливый парень со светлыми холеными усами и короткой бородкой.
– Чего я хо-очу?
– сказал он нараспев.
– Та-ак чего же я хо-очу?
Он легко перепрыгнул через скамью и пошел вдоль столов, поглядывая по сторонам своими наглыми, немного навыкате, глазами.
Хозяйка уже поняла, почему Красавчик так разговаривает: он заикался, стыдился этого и поэтому старался выпевать каждую фразу.
Парень прошел мимо притихшей девчушки из Фатимира, вдруг остановился, обернулся и резким движением выдернул ее из-за стола. Грубо облапив девушку, он громко, с чмоканьем поцеловал ее.
– Вот чего я хо-отел!
– гордо заявил он под одобрительные возгласы дружков.
Перепуганная девчонка громко разрыдалась. Дагерта поспешно ухватила ее за руку, утащила наверх, в свою комнату, сунула тазик с водой и полотенце. Девушка уняла рев, но продолжала судорожно всхлипывать. Опытная Дагерта знала, что в таких случаях лучше не утешать. Она строго цыкнула на девчонку, указала на захныкавшего в колыбели Нурнаша:
– Разбудила - теперь давай укачивай!
Растерявшаяся девушка проглотила последний всхлип и покорно взялась за край колыбели, а Дагерта поспешила вниз, кипя от гнева. Что они себе позволяют, эти мерзавцы?!
Внизу четверка продолжала передавать из рук в руки коробку с костяшками. Хохот и брань не утихали, но пока новых неприятностей вроде бы не произошло…
– Хозяюшка!
– вежливо окликнул Дагерту юный помощник бродячего лекаря.
– Милостивая госпожа! Нельзя ли добавки?
Надо же, все уплел! А такой вроде тощий да бледненький… Ничего не поделаешь: заплатив вперед, постоялец имеет право лопать, пока пузо не треснет.
Дагерта поспешила на голос, неся миску, из которой валил пар.
– Кушай, маленький, кушай… ну ты, маленький, и жрать!..
– Последнее было сказано негромко и в сторону.
За ее спиной Ильен перемигнулся с учителем. Первая порция в мешочке из плотного полотна уже грела бок Айрунги под балахоном. Путь предстоял долгий, грех было не запастись бесплатной провизией. Только бы не заметила хозяйка! За такие фокусы хитрому гостю могут и ребра пересчитать!
Но Дагерта уже забыла о них, прислушиваясь к голосам за соседним столом.
– Две по-одковы и ро-оза! Да-авай, Шершень, кида-ай!
– Подкова, кинжал, морская звезда… Держи, бабка, теперь ты…
– Алмаз, кинжал, дракон!
– Везет тебе, старая карга! Бросай, Недомерок… Ого! Три алмаза!
Долговязый гордо встал, озираясь и соображая, что бы такое пожелать.
– Вот!
– ткнул он пальцем в бродячего лекаря за соседним столом.
– Пусть он под стол залезет и козлом закричит! Дагерта тут же оказалась рядом с разошедшимся гостем:
– Ну, вот что! Ты, господин хороший, сядь на место и к людям не цепляйся, они ж тебя не трогают! А то недолго и по ушам схлопотать!
– По ушам?
– громогласно переспросила старуха, поправляя за поясом кистень.
– Это от кого же, говори напрямик! Не от тебя ли, кляча двуногая?
Худой длиннолицый лекарь засуетился, локтем смахнул на пол свой мешок, кинулся его поднимать.
– Эй, Молчун!
– возвысила голос хозяйка.
– А ну, сгоняй на пристань, кликни матросов…
– Стой, где стоишь!
– гранитным голосом посоветовал рабу Шершень.
– До порога дойти не сумеешь…
– А ты, те-етка, - пропел Красавчик, - та-ащи вина и не дури!