Хранитель
Шрифт:
– Ань? – Марк, что с тобой? И только когда мы вышли из кафе, я сказал: “Слушай, а ведь ты мне ничего не сказала”.
– Это как же так, что такое? – Анечка обернулась к нему лицом и увидела папку в его руках.
– Нет – сказал юноша – не зря я тебя с собой взял. Ты как к этому Антону относишься?
– Девушка пришла в себя и сказала: «Странный он какой-то». – Нервный.
– Ну и ладно! Я тоже волновался, когда пришел первый раз на публикацию в журнал, плюс ко всему этому еще и он пришел не к кому-нибудь, а к известному писателю. Девушка взяла папку, а потом передала ее мне
– А ты на свидание не опаздывал? – Ну что же ты, давай рассказывай!
– Ох ты господи… Марк посмотрел на часы и сказал: – Ну ладно уж давай, до дома довезу, а то ведь действительно опаздываю.
Глава 2
Идти… Искать… и уничтожать…
Их называют Охотниками, они рыскают в ночи, выискивая тех людей, кто мог бы навредить им. И в школе их учат, как распознать их, чтобы уничтожить; с младенчества им внушают, что они опасны; и они убивают. Не смотря на то что руки их по локоть в крови, а лица покрыты синяками и ссадинами от побоев, они все равно прячутся в тени, они это пристальный взор в спину, они те, кто считает себя правым, делают то что должно, то, что считают правильным.
На этот раз они будут особенно кровавы. Почему? Не знают, что делать с опасностью, но уничтожают ее. Поравнявшись с парнем на углу переулка она заметила его сияние и поспешила следом за ним. На глазах у парня происходит стремительное движение рук, и он даже не понимает того что произошло на самом деле. Он падает и испускает последний вздох, а девушка уходит, разыскивая следующую жертву. Скоро начнет светать…
Рядом с ним на коленях лежит огромный том, на обложке которого изображен меч и щит. Надпись гласит «Легенда Великого Мира». Наполненный новыми словами, мозг снова возвращал в сознание забытые истины. Хотелось бы проснуться, но не получалось как будто что-то мешает. Словно руки-ноги связаны, тело обмотано цепями, крепко прибитыми на стену. Вырваться, иначе смерть. Мысль, рой мыслей, образов, сцен старых войн, ворвались в мозг, прорвались в памяти, разорвали мир и склеили новый, более реальный, но такой правильный и бесконечно манящий…
Через любимый мотив звонка пробился дверной звонок Анечка вздрогнула, вытащила наушник из ушей, сняла очки и, положив рукопись на стол, пошла посмотреть, кто же пришел.
– Анны Евгеньевны? – спросил мужчина в форме службы доставки. В получении расписались. Ему передали пакет и письмо – «Добрый вечер» – Мужчина кивнул головой и ушел. И тут ее взгляд остановился на словах «Аня», которые были написаны на конверте. Она пробежала глазами по строчкам, затем медленно, более вдумчиво прочла она, и смысл письма резал ее разум. Листок выпал из рук девушки, она прижала ладони к лицу, сдерживая слезы, рот, глаза… Юноша позвонил в дверь, и за дверью раздались быстрые шаги, а затем послышался женский голос:
– Именинник.
– Я-я. Что произошло? В тот момент, когда дверь распахнулась, и они вошли в квартиру, он прижал девушку к себе, закрывая дверь. Она снова заплакала, и слезы потекли по его футболке, а руки юноши скользили по ее спине, успокаивая.
– Ань, ну что случилось? – спросил он, девушка не ответила, всхлипывая.
– И я тебе на майку тушью насрала – спустя некоторое время сказала девушка, вытирая слезы. – Не стоит извиняться, я просто немного отодвинулась. Сжав пальцы на его груди она нервно теребила испачканный материал, который был на ней.
– Не волнуйтесь, сказал он ей, вытирая слезы с щек большим пальцем, заглядывая в ее янтарные, с черным ободком, глаза и спросил – Что случилось? И сердце Анечки забилось от его близости, она отступила на шаг, не зная как справиться с нахлынувшими чувствами, и протянула ему смятый листок. Он разулся, поставил девушку на диван в гостиной и только потом сел сам и развернул листок бумаги:
«Здравствуйте Анна Николаевна" – это мой друг детства, который был близким другом вашей бабушки Марии Максимовны Анатолий Сергеевич. И все же мне очень жаль, что я не смог увидеть тебя или написать тебе хотя бы одно письмо при более благоприятных обстоятельствах. Сообщаю тебе о смерти Марии. В ней было принято решение о кремации, и прах был развеян над ее любимым местом – по ее завещанию и по нему же ты получаешь эти книги как семейное наследство.
С глубоким сожалением Анатолий Сергеевич Волков – Доверенное Лицо Марии Максимовны Черновой»
– Я даже не попрощалась с Аней – шепнула она мне – теперь у меня нет даже могилы, к которой я могла бы пойти – и непрошеные слезы вновь потекли по ее щекам – Я совсем одна – еле слышным шепотом произнесла.
– Правда – Кирилл снова прижал ее к себе – неправда – у тебя есть мы – Оля, Маркс и я. Ты никогда не будешь один, слышишь?
– И это правда… – она шмыгнула носом, вытерла слезы и сказала – да, ты прав, что у меня такое настроение. Вдруг в глазах девушки потемнело, и он упал, Кирилл подхватил ее на руки и успел вовремя подхватить, пока она не коснулась пола. В этот момент юноша опустился на диван и со страхом в глазах смотрел на собственную руку. Неуверенность, страх и ненависть охватили его, ненависть, которая никак не могла быть связана с девушкой, которую он видел перед собой, к той девушке, которую он ненавидел. Сейчас уже неважно – он должен или нет? Он должен и будет! Беги скорее. Забыть все, уйти и не вспоминать, как это было. И он ушел, хлопая дверью, ушел, оставив Аню в бессознательном состоянии.
Люди в плащах медленно выходили из леса и словно бы знали, что их жертвы не смогут убежать. Он становился все уже и уже. И она прижала сверточек к груди все крепче, боясь, чтобы они раньше времени не открыли портал. И юноша, который был возле неё и держал рукоять меча так сильно, что побелела костяшка пальцев – он будет сражаться до последнего вздоха, пока не умрет. И только бы успеть…
Тени двигались медленно, неторопливо, неотвратимо, но вот вспышка ослепительного света и они поплыли быстрее. И снова раздался детский плач, девушка последний раз посмотрела в лицо своего сына, слезы заструились по её щекам и задрожали маленькие губки. А ребенок исчез в портале – новая вспышка света закрыла его от теней. Этот звук был похож на то как будто кто-то из них выворачивает наизнанку душу. Кружок сомкнулся и последнее «люблю» прозвучало как-то неубедительно. Но он помнил ее как сейчас – они шли по дороге и вспоминали о первой встрече. Вспоминаю о том, как однажды я познакомился с девушкой-первокурсницей. А ведь все было так просто – я познакомился с ее другом и, черт возьми, винил именно его во всем! А теперь все по-другому – он даже предположить не может, что теперь делать.
По городу опять гуляет мрак – ни одного человека, который бы мог рассказать о произошедшем. Синий цвет – это полиция, которая мчится на вызов. Его нашли, но у них как всегда ничего нет кроме этого пятна, на этот раз в икре юноши. И они снова бродят по улицам, от их зорких взглядов не скроется ни один человек.
А он идёт в одиночку – отбивается от стаи – и рыщет, успокаивая себя. Не сумасшедший ли он? Конечно же, возможно…
Когда он снова поднял трубку и увидел в ней знакомый светящийся силуэт, он решил перезвонить еще раз.
Глава 3
«Вчера в Нижнем Новгороде была найдена еще одна жертва серии убийств. На его теле также было обнаружено клеймо Аничкин…»
Марк поперхнулся своим кофе, и чуть было не свалился со стула, когда встал. А Оля молча, с отрешённым лицом дала мне телефон и сказала, что я могу позвонить. В это время пальцы юноши быстро бегали по дисплею.
– Что за ужас! – Не волнуйтесь, я рядом, – сказала Оля, и парень облегченно вздохнул.
– Не удалось тебе дозвониться до Кирилла?