Чтение онлайн

Из «Хонды» выскочил здоровенный детина в дорогом костюме и бросился к «Сеату», оглашая тихий квартал итальянскими ругательствами. Подбежав к машине, он наклонился и воскликнул:

– Порка Мадонна! Мне говорили, что у вас в Испании прилично водят машины! Это называется «прилично»?! Посмотри, козел, что ты сделал с моей ласточкой! Так ездят только в Неаполе! А я из Турина, ты понимаешь, кретин? Из Турина!

– Луиджи! – раздался из «Хонды» женский голос. – Луиджи, умоляю, не бей этого человека! А то получится, как тогда, во Франции… тебя целый день продержали в полицейском участке…

– Не бойся, лапочка, я держу себя в руках! – ответил темпераментный итальянец и снова повернулся к водителю «Сеата»: – Ты слышишь, скотина? Я держу себя в руках, но это очень трудно! Так что лучше не зли меня, идиот!

– Успокойтесь, сеньор… – кривясь от боли, ответил «инспектор». – Моя страховая компания все возместит…

– Возместит?! – выпалил итальянец. – А кто возместит мне испорченный отпуск? А кто возместит испорченное настроение моей жены? А кто возместит мне мое собственное нервное расстройство? Ты только взгляни, недоносок, что ты сделал с моей машиной!

– Одну минуту, сеньор, – процедил фальшивый инспектор, открывая дверь. В ту же секунду Старыгин распахнул дверцу со своей стороны и выскочил на улицу.

Сзади еще долго доносились крики взбешенного итальянца и оправдания «инспектора», но он их не слушал. Свернув в первый подвернувшийся переулок, Старыгин помчался по лабиринту мавританского города.

Он бежал несколько минут, не разбирая дороги, и вдруг оказался возле Старого моста. Внизу, совсем рядом с дорогой, виднелась сквозная крыша Арабских бань.

Больше суток прошло с того времени, как они с Марией оказались здесь, выбравшись из подземелья. Старыгин вспомнил цыган, мрачное гаданье, неожиданный переполох, который вызвало среди кочевого племени его появление…

Сейчас здесь не осталось и следа от пребывания табора. Не было даже следов костра – видимо, после отъезда цыган тщательно поработали коммунальные служащие.

Однако, подумал Старыгин, почему они так его испугались? Настолько испугались, что поспешно покинули Ронду? Какую опасность мог представлять для андалузских цыган скромный музейный реставратор из далекой России?

Ответа на этот вопрос у него не было. Он подумал, что гадание старой цыганки сбылось – почти точь-в-точь, если верить словам подозрительного инспектора.

Но можно ли ему верить?

Старыгин вспомнил, что недалеко отсюда, на другой стороне ущелья, в новой части города располагается полицейский участок, и подумал, что пришло самое время навестить местные власти, рассказать о событиях последних дней – если не обо всех, то хотя бы о некоторых, – а самое главное, узнать, опознан ли найденный в машине труп.

Тем же путем, что и позапрошлой ночью, он перешел по мосту живописное ущелье и оказался в новой части Ронды. Пройдя мимо нависших над самым обрывом белых домиков, он пересек просторный сквер, из которого открывался восхитительный вид на горную долину, миновал колоритный мавританский ресторанчик и вышел на улицу, ведущую к полицейскому участку.

Здесь было довольно людно: многочисленная группа американских туристов, приехавших в Ронду на один день, шла в направлении арены для боя быков, глазея по сторонам и невнимательно прислушиваясь к рассказу экскурсовода.

Старыгин снова ощутил смутное беспокойство. На всякий случай он смешался с американцами и вместе с ними прошел два квартала, отделявшие его от полицейского участка. В их шумной толпе он чувствовал себя гораздо увереннее.

Поравнявшись с участком, он замедлил шаги и окинул внимательным взглядом улицу перед зданием полиции.

И понял, что интуиция его снова не подвела и для беспокойства имелся вполне реальный повод.

Прямо напротив входа в участок стояла хорошо знакомая ему машина – зеленый «Сеат» инспектора Вальехо.

Это был, несомненно, тот самый «Сеат» – его капот носил хорошо заметные следы недавнего столкновения с машиной темпераментного итальянца.

Этому могло быть как минимум два объяснения.

Возможно, «Сеат» отогнали к полицейскому участку после аварии, для разбирательства причины и установления виновного в дорожном происшествии.

Но Старыгин считал более вероятным другое объяснение.

Фальшивый инспектор как-то разобрался с итальянцем и теперь приехал к зданию полиции, потому что считал, что именно сюда придет сбежавший от него «сеньор Старыгин».

И он не ошибся – еще минута, и Старыгин попался бы ему на глаза.

– Извините, сэр, – обратился к Дмитрию Алексеевичу один из американцев. – Мы с другом поспорили. Я считаю, что вы родом из Массачусетса, а мой друг думает, что вы из Вермонта…

– Я из Санкт-Петербурга, – честно ответил Старыгин.

– Из Санкт-Петербурга, штат Флорида? – изумленно переспросил американец. – Вот бы никогда не подумал! Для жителя Флориды вы слишком бледный…

– Нет, я из того Санкт-Петербурга, который в России.

– О, мой бог! – воскликнул американец. – Как далеко вас занесло, дружище! А ведь я слышал про такой город, раньше он назывался Москва! – и американец горделиво улыбнулся, показав свою необыкновенную эрудицию.

И в это самое мгновение Старыгин заметил юркого смуглого типа, который вплотную приблизился к любознательному американцу. Он шел в толпе янки с независимым видом бывалого туриста, но его выдавала слишком легкая, словно танцующая походка и вороватые, настороженные взгляды, которые смуглый тип то и дело бросал по сторонам. Американец, разговаривая со Старыгиным, утратил бдительность, и тут смуглый тип незаметным скользящим движением коснулся его кармана.