Чтение онлайн

— Кай!

Подняв взгляд, мальчишка увидел папу, который улыбался ему. Он поспешно виновато отдернул руку и отступил от полки, однако упрек, которого он ждал, так и не прозвучал. Папа продолжал с улыбкой смотреть на него. Все ясно, папа просто слишком высокий! И не видит фейерверки!

Кай хитро усмехнулся. Он обрадовался, почувствовав, что ему известно нечто, не доступное его папе.

В большинстве магазинов товары выставлены для взрослых. Но здесь все было сделано для таких мальчишек, как он, так, чтобы взрослые ничего не видели. Очевидно, фейерверки специально положили на нижнюю полку, чтобы родители про них не узнали. Быть может, они запрещены. Или, возможно, «Хранилищу» просто известно, что взрослые их не любят. Так или иначе, если между «Хранилищем» и детворой заключено какое-то секретное соглашение, Кай точно ничего не скажет маме и папе.

Если раньше «Хранилище» ему просто нравилось, то теперь он в него прямо-таки влюбился.

Они стали партнерами.

Здоровенная лапища отца накрыла его плечо.

— Кай, это я возводил здесь крышу. Ты это знаешь? Мы перекрыли все здание. От одного конца до другого. От переда до зада.

Кай кивнул, делая вид, будто слушает отца, однако его внимание по-прежнему было полностью приковано к фейерверкам. Он увидел, что петарды похожи на настоящие вишни: красное круглое тело, зеленый запал, наподобие черенка.

Мальчишка в жизни своей не видел ничего такого классного.

Но самым классным, самым клевым были цены, написанные на маленьких этикетках рядом со штрихкодами.

Петарды: двадцать пять центов.

Фейерверки: пятнадцать центов.

Хлопушки: пять центов.

Всего пять центов штука!

Если они с приятелями сложатся, то смогут накупить целую гору! И можно будет бросать петарды в мусорные баки, подбрасывать их в почтовые ящики, привязывать к хвостам кошек. Можно будет взорвать к ядрене фене весь город!

— Ну, как тебе нравится «Хранилище»? — спросил отец. — По-моему, очень неплохо.

— Просто здорово! — ухмыльнулся Кай. — Я в восторге!

Билл намеревался бойкотировать «Хранилище», но, к собственному неудовольствию, поймал себя на том, что ходит туда довольно часто. Его оскорбило то, как корпорация купила с потрохами городской совет, он ненавидел ту бесцеремонную грубость, с какой «Хранилище» вторгся в Джунипер, относился с подозрением к странным обстоятельствам, сопровождавшим его появление в городе; и все же он был вынужден признать, что в «Хранилище» великолепный выбор… ну, практически всего.

И никуда нельзя было деться от того, что теперь стало значительно удобнее покупать все в городе, вместо того чтобы ездить во Флагстафф или даже в Финикс.

И все же Билл неизменно старался сначала купить нужную вещь в одном из местных магазинов. И только если в них не оказывалось того, что ему требовалось, он отправлялся в «Хранилище».

Однако тревога, необъяснимое чувство беспокойства, не покидавшее его с тех самых пор, как он впервые увидел мертвого оленя, похоже, бесследно исчезли. Как можно было думать о мертвых животных и загадочных трагических происшествиях, когда жители Джунипера с наслаждением смаковали суши и кофе по-итальянски в современном, ярко освещенном торговом центре, оснащенном всем необходимым, в залах которого были представлены все самые последние книги, компакт-диски, видеоигры, одежда, обувь, косметика и бытовые товары?

И все-таки Биллу казалось, что он поступился своими принципами. Но даже это чувство постепенно бледнело, и вскоре покупки в «Хранилище» стали для него таким же обыденным делом, каким прежде были покупки в универмаге «Купи и сэкономь» и на складе пиломатериалов Сиддонса, — он делал это легко, непринужденно, естественно.

Когда Билл задумывался над этим, ему становилось страшно.

Однако думал он об этом все реже и реже, и когда Джинни как-то вечером сказала, что Сэм хочет устроиться на работу в «Хранилище», он промолчал.

— Знаешь, — продолжала Джинни, — девочка собирается отложить деньги на колледж. Даже если ей назначат стипендию, деньги ей все равно будут нужны. И еще она хочет купить себе машину. Она говорила о том, чтобы отправиться на автомобильный рынок в Холбрук.

Джинни уже несколько раз намекала на то, что Сэм хотела бы поработать в «Хранилище», но Билл, вспоминая про очередь перед бюро трудоустройства «Хранилища», про все те странные события, произошедшие в Джунипере со времени начала строительства, неизменно отвечал категорическим отказом.

Однако теперь подпитывать зловещую ауру было очень непросто. Ну, что может случиться с его дочерью? Особенно если она устроится только на подработку. Там ведь рядом все время будут люди, обслуживающий персонал и покупатели, и невозможно было представить себе, что все они подвержены какому-то таинственному сверхъестественному воздействию.

Сверхъестественному?

Сама эта мысль казалась нелепой.

— «Хранилище» предлагает неполную занятость с гибким графиком, — добавила Джинни. — И платят там больше, чем в кафе у Джорджа, в «Бургер кинге» и прочих местах в нашем городе, где работают подростки.

Билл посмотрел на жену.

— Посмотрим, — неопределенно произнес он. — Посмотрим.

Вся школа говорила только о «Хранилище».

Джинни не могла припомнить, когда еще какая-либо другая тема так полностью доминировала во всех разговорах. Местные, региональные и федеральные выборы, войны, события в мире — ничто не привлекало внимания учителей и учащихся так, как «Хранилище».

На самом деле это печально, когда открытие торгового центра оказывает на людей большее воздействие, чем важнейшие мировые события.

И все же Джинни вместе со всеми оживленно обсуждала потрясающую новую моду, поразительно низкие цены и широчайший выбор товаров повседневного обихода, пришедшие в Джунипер.

— Я уже по уши в долгах, — призналась как-то за обедом Трейси Уэллс, когда все учителя обсуждали, сколько кто потратил в «Хранилище». — Я превысила лимит по кредитной карточке, и последнюю пару вещей мне пришлось просто взять в кредит.

На какое-то мгновение у Джинни в памяти всплыли черные грузовики, несущиеся по пустынному ночному шоссе; она представила себе, как значительная часть населения Джунипера влезает в долги, и ее охватила холодная дрожь.