Хозяин химер
Шрифт:
Я послушно оттопырил ухо и напряг слух.
– Нана! – скомандовала черненькая, изобразив непередаваемый жест, словно обводила указательным пальцем невидимую спираль.
Рыженькая кивнула и, подняв правую руку вверх, начала мощно вращать ею. Вокруг меня и черненькой закрутился штопором ветер, и неожиданно стало очень тихо – воздушная воронка изолировала нас, не пропуская звуки извне. Краем глаза я заметил, как сметенный воздушной волной с насиженного места Третий возмущенно открывает рот и, вероятно, что-то кричит, но любоваться этой пантомимой в деталях мне было недосуг. Великанша начала говорить.
Ее губы по сравнению с моим ухом были просто огромными. Иногда они легонько касались моей кожи, вызывая не слишком приятное ощущение: неосторожный вдох – и я рискую повторить судьбу хлебной крошки, попавшей в чужое горло.
Сознание словно раздвоилось. Я трусил и в то же время старательно впитывал информацию…
«Глубоко вниз, по гномьим владениям, равняясь на Второй Водопад Слез гномьей реки мертвых. Далее по шестому рукаву Нера, пока не упрешься в Плод Вечности, качающийся на волнах… Вода – граница, плод – комок порталов сразу в несколько измерений… Через один из них можно попасть к стенам города Отверженных. Нижний город контролируется демонами. Чтобы они не заподозрили подвоха, лучше добираться до места воздухом. Ориентир с поверхности: место захоронения покойной старушки-дэви Ены Слоновьи Ноги, бородавка на ее носу– точка спуска под землю».
– Все запомнил? – тихо спросила великанша.
Я кивнул.
– Еще один вопрос. Как выбрать из нескольких порталов нужный?
– Червяка никто не учит правильно поедать плод, – туманно заметила великанша.– Он проделывает свои коридоры, руководствуясь лишь чувством голода и вкусовыми рецепторами. И никогда не ошибается!
– А все-таки?
– Ищи зерно, – подмигнула великанша и уже строго добавила: – Ты ничего не слышал – я ничего не говорила!
Дэвушки удалились примерно тем же манером, что и пришли.
Когда шум камнепада и треск ломаемых деревьев утих, Третий отлепился от скалы и перевел дух.
– Фу-у-ух! Она что-нибудь сказала?
Возможно, это была просто галлюцинация на нервной почве, но мне показалось, что земля как-то… прислушивается.
– Ни слова! – твердо заявил я.– Но только что у меня было пророческое видение, и теперь я знаю, в какой примерно стороне лежит искомый город.
– Видение? – опешил толстяк.– Какое еще видение? Подсказка свыше?
Я молча постучал кулаком по лбу.
– Шутишь? Носителям Отрицательной сущности помощь свыше не полагается. Так, прочел кое-что с информационного поля планеты, и все дела.
Лицо Третьего выразило глубокое уважение.
– А вот дальше, – продолжил я, – уже сложнее. Чтобы попасть в город Отверженных, придется как следует поработать челюстями. Есть предстоит много.
Недоверчивая улыбка озарила лицо моего друга.
– Есть?!
– Рано радуешься, – вздохнул я.– Сомневаюсь, что эта пища придется нам по вкусу…
Лес неподалеку от Пеленкаути
Яркий солнечный свет заливал лес, высвечивая верхушки сосен и разбрасывая зайчики по молодому подлеску. В воде маленького озерца отражались две фигуры, застывшие на каменистом берегу.
Алессандр крепко прижимал к себе девушку, ощущая каждый удар ее сердца и прекрасно отдавая себе отчет, что по возвращению домой ему предстоит трудный разговор с родителями. Будущая королева родом из деревни – уже небольшой скандал, а если во дворце дознаются о некоторых прочих особенностях Иливы… Впрочем, это все потом, потом…
Нежные губы раскрылись под его губами, а узкая горячая ладошка скользнула по спине; крепкие ноготки мягко и нетерпеливо царапнули кожу между лопаток. Нагретые солнцем волосы пахли клевером сильнее обычного, шевелясь от легкого ветерка и щекоча шею…
Воздух всплеснулся, и клубок белого тумана возник перед влюбленными удивительно невовремя.
– Бабуля Скрешиния? – прошипел принц, отшатываясь от семейного призрака и невольно выпуская Иливу из объятий.– Ваше бывшее величество, какого черта?!
– Алес! – с упреком сказала покойная прапрапрабабушка.– Разве можно приличному мальчику забираться в такие жуткие дали? Еле тебя нашла в этой глухомани! Будь я живой, уже бы ноги отвалились! Что ты здесь делаешь? А-а-а, кажется, догадываюсь. Хорошенькая девушка. Надеюсь, ты не посрамил род Ла-Эмов и как следует ей…
– Бабуля, замолчи!!! – поспешил заорать Алессандр.
– Неужели нет? – огорченно качнулась Скрешиния.– Надеюсь, твоя сдержанность не связана с сексуальными проблемами? А то я могу кое-что посоветовать, например…
– Спасибо, мы справимся сами! – твердо перебил принц.
Призрак зашелся хрипловатым смехом, заколыхался и обернулся к Иливе:
– Не слушай его, дорогая, все мужики поначалу излишне застенчивы, и мой прапраправнук не исключение. Если у тебя есть какие-нибудь вопросы касательно получения удовольствия в постели, спрашивай меня прямо здесь и сейчас. Расскажу и покажу, ничего не утаивая. Алес, подойди! Ты понадобишься мне как учебное пособие!
– Ваше покойное величество! – пожурил красный Алессандр, отбиваясь от туманного силуэта, деловито порхающего вокруг его ширинки.– Прекратите! Да прекратите же… Уберите руки, в конце концов, я боюсь щекотки! И вообще! Что подумает моя невеста о семействе Ла-Эмов!
– Невеста? – Призрак умело увернулся от удара и обрадованно крутанулся вокруг своей оси.– Серьезно? Ты действительно решил жениться? Вот это новость так новость! Дивно! Пойду расскажу старому Муальду!
– Бабуля Скрешиния! Стой! – спохватился принц, но было уже поздно – шустрое облачко испарилось, оставив после себя влажное пятно на наручном кристаллоиндикаторе.
Алессандр невольно отметил, что стрелка уверенно колеблется около отметки «человек», отклоняясь в сторону лишь совсем чуточку, – в давно покойной королеве еще оставалось много человеческого, особенно любопытства и бесцеремонности.