Чтение онлайн

– Нет, нет! Это я просто пошутил, – в знак покорности Темняк вскинул вверх руки, пальцы на которых были сложены весьма странным образом – и не в кулак, и не в фигу.

Его вернули в постылое узилище, освещённое зловещими радиоактивными всполохами. Зурка спала, свернувшись калачиком прямо на сыром полу, и Темняк не стал будить её.

Похоже было, что его самые мрачные прогнозы сбываются. Возвращение сюда означало возвращение в могилу. Планы, которые поначалу связывала с ним Шишка, почему-то не осуществились, и это автоматически поставило крест на судьбе Темняка. Зурка, как говорится, шла за ним прицепным вагоном.

От горьких раздумий Темняка отвлек негромкий звук, раздавшийся в дальнем углу узилища. Кто-то осторожно скребся снаружи в стену.

Он крабом подполз к этому месту и обнаружил в стене щель, куда при желании можно было просунуть руку. С той стороны смутно угадывалось лицо человека, которого в другом месте и в другое время можно было бы принять за трубочиста.

– Ну привет, – произнес гость полушёпотом. – Что же ты так поздно открылся?

– Думал, всё обойдется, – стараясь не выдать радость, ответил Темняк.

– Пока клоп думал, его вши съели. Знаешь такую поговорку?

– Теперь буду знать.

– Как тебе там?

– Не очень, но пока держусь.

– Да, попал ты в передрягу. Хозяйка просто в бешенстве. Всё вокруг крушит. Не было еще такого случая, чтобы человек не поддался внушению. Ты первый. Можешь гордиться.

– А что она от меня хотела?

– Хотела твоей Хозяйке отомстить. Они ведь давно между собой враждуют. Оружием мести был избран ты.

– С чего бы такое счастье?

– Ты ведь, говорят, допущен в спальню своей Хозяйки.

– Это она допущена в мою. А в чем эта месть должна была состоять?

– Точно не знаю. Но, скорее всего, тебе бы поместили под кожу кусок вещества, испускающего невидимые смертоносные лучи, Хозяева к ним весьма чувствительны.

– Что же ей помешало сделать это?

– Ты и помешал. Ведь первым делом тебе следовало внушить ложную память, чтобы ни ты сам, ни твоя Хозяйка не догадались о том, что здесь произошло. Ну а ты не дался.

– Да я, собственно говоря, и не сопротивлялся, – признался Темняк.

– Значит, сопротивлялась твоя природа. Ты из каковских будешь? Свеча? Иголка?

– Я чужак. Попал в Острог по собственной глупости.

– Тогда всё понятно. У дикарей воля сильная. Её даже Хозяевам не одолеть. У вас ведь мозги не там, где у нормальных людей, а совсем в другом месте.

– Сам ты дикарь! – огрызнулся Темняк, но распространяться о том, где именно прошла закалку его душа, не стал. – Вместо того чтобы болтать, лучше бы вытащил нас отсюда.

– К сожалению, это не в моих силах. Но я постараюсь предупредить твою Хозяйку. Между собой им проще разбираться… Дай мне какую-нибудь вещь, принадлежащую лично тебе.

– Что же я тебе, интересно, дам? У меня даже волос на теле нет.

– Дай что-нибудь из одежды. Ты ведь не голый.

Штаны отдавать было как-то неудобно, и Темняк пропихнул в щель свою рубашенцию, несмотря на все события этого дня ничуть не пострадавшую.

– Постарайся не задерживаться, – попросил он. – А иначе я в этой кутузке долго не протяну.

– Знаю. У нас сюда смертников сажают. Видел я одного такого. За десять дней в старика превратился. Зубы выпали. Глаза ослепли. Кожа сплошь язвами покрылась.

– Мог бы мне этого и не рассказывать. А сейчас ступай. Как говорится, одна нога здесь, другая там. – Темняк, давно не веривший ни в каких богов, перекрестил своего визави.

Зурка уже проснулась и, скорчившись, сидела в уголке.

– С кем ты там разговаривал? – спросила она слабым голосом.

– Здешняя Хозяйка приходила, – ответил Темняк безразличным тоном. – Уговаривала поступать к ней на службу.

– И что ты ей ответил?

– Плюнул в рожу. Я ведь однолюб и измены себе позволить не могу.

– Мне смеяться или плакать?

– А что тебе самой больше хочется?

– Плакать… Ты обманываешь меня. Хозяева не умеют разговаривать с людьми. И рожи у них нет.

– Разве? Значит, это была не Хозяйка, а кто-то из её любимчиков. И рожа у него была такая, что не промахнешься.

– Мы здесь умрем?

– Конечно! Только не сейчас, а дней этак… тысяч через двадцать. И не здесь, а совсем в другом месте.

– Внизу? В уличной норе?

– Нет. Далеко-далеко отсюда.

– Не в Остроге?

– Ясное дело, что не в Остроге. Надоело мне уже тут отираться. На волю тянет. Сначала я хотел просто потихоньку сбежать. А теперь передумал. Прихвачу-ка я с собой всех желающих. В дороге веселее будет. Пойдешь со мной?

– Я же предательница. Такую с собой брать опасно.

– Наоборот. Ты уже раскаялась и осознала свою низость. Знаешь, почем фунт лиха. В следующий раз будешь осмотрительней. Опыт – великое дело. Даже печальный опыт.

– И в качестве кого я пойду?

– В качестве вольного человека. Как и все остальные.

– Я другое имела в виду. Вот если бы ты меня женой взял…

– Там видно будет. Пока об этом рано говорить.

– А за стенами Острога страшно?

– Всякое бывает. Придётся научиться пересиливать свой страх.

– А как?

– Не обращать на него внимания. Искать в ужасном смешное.

– Что смешного в нашем нынешнем положении?

– Да всё подряд. Посмотрела бы ты на себя в зеркало. Лицо сажей перепачкано. Волосы растрепались. Ну прямо лахудра с улицы Киселя.