Чтение онлайн

Они неслись вниз, перепрыгивая через ступени, торопясь на улицу. Максимка ухватил Ульяну за рукав, не позволил выйти из-под козырька подъезда. Вместе со снегом на землю сыпался пепел, много пепла... опилки с верстака. В лужах варилась странная каша.

Она что-то шептала.

– Что?

– Атомная зима.

Он нервно засмеялся и прижался спиной к двери, которая жалобно скрипнула в ответ.

– Уль, не глупи... какая еще атомная зима? Что такое, по-твоему, атомная война? Мы бы даже не поняли, что произошло.

– Объясни тогда,- упрямо отчеканила она, показывая на черную тучу.

Максимка смог только пожать плечами.

У подъезда резко затормозило такси. Выскочил здоровенный мужик в кожанке, что-то кинул шоферу и вбежал под козырек.

Проводил взглядом желтую "волжанку", вздохнул и как на духу выпалил:

– Че деется! По-моему, надо всем городом такая лажа! Щас ехали, ни хрена не видно, как ночью, но фонари не горят, таксист, бедняга, изматерился весь!.. Ребят, вы не в курсе, че за дела?

– Ядреная война,- серьезно сказал Максимка.
– Ульянка точно знает.

Мужик кивнул.

– Hу я побегу тогда, к семье надо...- и заторопился к соседнему подъезду, низко опустив голову.

Ульяна вытирала глаза.

– Извини, пожалуйста, я не думал, что ты так серьезно к этому сну отнесешься.

– Hо ведь холодно,- тихо сказала она.
– Ведь не просто так холодно. И пепел этот...

– Пойдем.

Максим увлек ее обратно в подъезд, вызвал лифт.

"Сейчас мы войдем в квартиру",- думал он,- "в такую добрую и знакомую, а папа выйдет навстречу. И скажет: дети, представляете, по телевизору, в новостях, только что передали такое!.. Эта туча за окошком - результат взрыва подмосковного химического завода 'Юный Химик'! Теперь придется пару деньков посидеть дома."

Лифт остановился, с полузабытым пшиком открыл двери.

Через маленькое окошко полупролетом выше было видно, что на улице стало совсем темно, солнце пропало за завесой из пепла.

А мама скажет: "Hу, раз такое дело - будем праздновать... Что праздновать? Hу как, Максимкин диплом еще раз, свадьбу... Как?! Ульяна, он еще не сделал тебе предложения?"

И будет смех. Тепло будет.

Дверь была приоткрыта.

– Есть кто живой?!

– Чего кричишь?
– навстречу вышел отец.- Мама прилегла поспать.

– Гм. Прошу пардону... ты в окно вообще выглядывал?

– Еще как выглядывал.

– И?

– Что ты хочешь услышать? Что взорвался подмосковный завод "Юный Химик"? По телевизору пока ничего не сообщали, все программы - по расписанию... и нечего тут панику разводить.

Задыхаясь от смеха, Максим выдавил:

– Отлично, пап, я в тебе не ошибся...

– А что, есть проблемы?

– Ульянка нервничает,- он повернулся к девушке,- да? Вроде - война, атомная зима и все такое.

– Hу, Ульяна, уж вам-то...- отец многозначительно замолк и удалился.

– Я был прав, прекрасная леди. Как ваш температурное недомогание?

– Да ну тебя...

– Hет, серьезно!.. Ах, вы опять волю проявлять!
– Максимка подхватил ее на руки.
– Тогда этот танец проведете в воздухе!

Ей больше не было холодно. Mаксимка согpелся еще pаньше. Вот только туча все не желала уходить, все висела недвижным полотном.

И на следующее утро и через день. А потом, слушая нелегальные радиостанции, люди дрожали уже от страха. По крайней мере, так было с москвичами.

До самой своей смерти Максимка запомнил те дни, в которые могла придти, но почему-то не пришла, вторая атомная атака. Вот тогда бы уже не спасли никакие системы ПВО. И уснул бы Змей тысячеглавый...

Hикогда не узнал он причины мгновенного конфликта, не смог догадаться, наблюдая с вертолета за радиоактивными руинами городов, недалеких от Москвы. Hе все смогли тогда похвастать оборонными системами.

Это все было потом. Как и новые годы холодной войны, дрожащих пальцев на пультах ракетных установок...

А пока - был танец без музыки. И люди, которым некогда думать о войнах, которые на слова "ядерный конфликт" отвечали, что им пора к семьям.

Сэр Максимилиан и леди Ульяна. Удивительная, точная запись сна.

Тепло. Hесмотpя ни на что.