Чтение онлайн

— Командир, вон девчонка, который ты интересовался.

В самом деле, из подъезда вышла Катя. Растрепанная, заплаканная и с большой сумкой в руках. Я велел разведчикам возвращаться на базу, а сам подъехал к девушке, которая медленно шла по тротуару, сбавил скорость и опустил боковое окно.

— Дэвушка, — копируя кавказский акцент, басом обратился я к ней, — садысь ко мнэ, красавыца, покатаемся.

Катя шарахнулась в сторону и посмотрела на меня с испугом, а я улыбнулся и махнул ей рукой:

— Привет! Не узнала?

— Да–а… — она была ошарашена моим появлением и растерянно кивнула.

— Тебе куда сейчас?

Она пожала плечами и в глазах появились слезы:

— Не знаю…

Остановившись, я вышел из машины, перехватил у девушки сумку и открыл дверь:

— Садись. По дороге все расскажешь.

— Я не знаю… — промямлила она.

Закинув сумку на заднее сиденье, я придержал Катю за спину и осторожно подтолкнул к автомобилю:

— Поехали–поехали. Ничего не бойся, я добрый.

Она не устояла, села в машину, и мы помчались по московским улицам, без цели и конкретного маршрута. Пока ехали, разговаривали, и вскоре я знал о Кате Архиповой почти все.

Девушке девятнадцать лет. Родилась в Подольске. Семья большая. Отец — рабочий. Мать — продавщица. Есть две младшие сестры и три брата. Жили небогато, но училась Катя хорошо, тяготела к гуманитарным наукам и после окончания школы поехала в Москву, поступать на исторический факультет МГУ. Ничто не мешало ей стать студенткой. Однако случилась беда. Серьезно заболел отец. Поэтому экзамены она не сдала. Все деньги, какие были отложены на учебу, отправила родным, а сама стала домработницей. Проработала почти год и ничего не скопила. Планировала поступить в этом году, но опять ничего не вышло. Проблемы не оставляли семью Архиповых, у отца начались осложнения и требовалась повторная операция, а теперь она еще и работу потеряла. Хозяйка Вольтера позвонила в фирму, которая предоставила Кате работу, и ее моментально уволили.

Такая вот история отдельно взятого человека и что делать дальше девушка не знала. Денег нет, зарплату уже не выплатят и занять не у кого. Проблем, по–прежнему, много. Квартиры нет, а в общежитие не пустят. Работу потеряла, и нет никаких перспектив. Остались только документы и сумка с пожитками.

Конечно, можно было дать Кате небольшую сумму, высадить возле вокзала или гостиницы, а потом забыть о ее существовании. Но… Мне хотелось, чтобы она находилась неподалеку, и если бы рядом со мной сидела разбитная девица, которая любит развлечения и озабочена только собой, все было бы просто. Я предложил бы ей деньги в обмен на тело, потанцуем–погуляем, а потом в постель. Однако Катя была иной, светлой и доброй. Сомнений в этом не было, ведовской талант определять внутреннюю суть людей работал четко. По этой причине я решил действовать осторожно и не торопясь.

В детстве читал книгу незабвенного классика Александра Дюма о похождениях графа Монте–Кристо, а потом неоднократно смотрел различные экранизации этого романа. Чего скрывать, хотелось быть похожим на главного героя и в грезах виделось, что я такой же сильный, волевой, богатый и целеустремленный. Только фантазии находились в одной плоскости, а реальная жизнь в другой. И вот сейчас, в данный отрезок своей жизни, я осознал, что детские мечты могут стать реальностью. Несмотря на свои умения и таланты, которые необходимо постоянно развивать, я не в состоянии облагодетельствовать всех людей и помочь каждому, кто нуждается или попал в беду. Но выручить девушку, которая мне понравилась, и решить проблемы ее семьи я мог. Почему нет? Побуду некоторое время графом Монте–Кристо, сделаю доброе дело и потешу собственное эго, а потом, возможно, приглашу Катю в романтическое путешествие или хотя бы на свидание.

Крутанув руль, я развернулся и направился в сторону Подольска, подмосковный городок, и когда мы покинули столицу, девушка спросила:

— А куда мы едем?

— К тебе в гости.

— Зачем?

— Решать ваши проблемы.

— Каким образом?

— Для начала оплачу операцию твоего отца.

Она замолчала, сжалась на сиденье в комок, обдумала мои слова и сказала:

— Не надо так шутить. Это злая шутка.

— А я не шучу.

— И у тебя есть тридцать тысяч долларов на операцию?

— Да.

— А что взамен?

— Ничего.

— Так не бывает… — она покачала головой и добавила: — За все в жизни надо платить…

«Умная девушка», — подумал я и усмехнулся:

— Считай, что сегодня день, с которого ты начинаешь новую жизнь, и тебе выпал счастливый билет.

— Какой счастливый билет? О чем ты? Я ведь даже не знаю, как тебя зовут.

— Это упущение исправить недолго. Меня зовут Олег.

— А как я тебя родителям представлю?

— Как жениха. Так им будет спокойней.

Она замолчала и до Подольска не проронила ни слова, а дальше все получилось как-то легко и просто. Мы добрались до конечной точки, заехали в магазин, где купили много игрушек для младших и продуктов, а затем я был представлен родителям Кати. После чего отвел в сторону мать, которая в семье была главной, и передал ей деньги. А она, в отличие от дочери, сомнениями не мучилась, ведь на кону жизнь мужа, судя по всему, любимого. Правда, соблюдая приличия, попробовала отказаться, но как-то вяло и нерешительно. Я слегка надавил и больше этот вопрос не поднимался.

Далее был звонок в больницу, где должна пройти дорогостоящая операция, которая поставит Архипова–старшего на ноги, и счастливая «теща» быстро накрыла праздничный стол. Я не хотел оставаться, некомфортно чувствую себя на таких посиделках, и уже искал повод удалиться, как он появился, потому что позвонил Ворон.

— Что-то случилось? — выходя на лестничную площадку, спросил я его.

— Ничего серьезного, — ответил он. — Преображенцы на связь вышли, предложили поучаствовать в боевой операции, и я подумал, что тебе будет интересно.

— В чем суть?

— Помнишь, в Коломне разгромили молельный дом сектантов?

— Да. Там еще новейшее оружие было, и спецназовцы его на Кромку уволокли.

— Верно. А теперь продолжение. Преображенцы вышли на поставщика и хотят его приплющить.

— И что, они сами не справятся?

— Подпольный оружейник не один. Он действующий майор спецназа и стволы держит на запасной точке, которая охраняется сектантами, и сразу заметно, что вояки опытные.

— Много их?

— Человек шесть–семь и они настороже.