Хочу Вас... профессор!
Шрифт:
Но как только я намерилась спросить у него это… Замерла.
Почему? Потому, что мой изрядно любопытный взгляд зацепился за его руку, держащую продолговатую ёмкость с делениями.
Подняла глаза выше и обнаружила ко всему прочему, перевёрнутую баночку, висящую на длинной палке.
Конструкция напоминала мне… кхм, как же эта штука называется.
Чёрт, не помню.
И пока я раздумывала над этим, доктор с сосредоточенным лицом, крутил ёмкость и тянул за трубку, которая шла вниз, вниз…
Стоп. А куда она идёт?
Проследив за её траекторией, я нахмурилась, и неверующе уставилась на теперь уже свою руку.
– Мать моя женщина, – не сдержалась я, видя иголку, воткнутую в мою вену. – Это…это…
– Капельница? – подсказал он, дежурно улыбнувшись и я с обидой кивнула.
Хотите верьте, хотите нет. Но вот не было у меня такого, чтобы я лежала в больнице и как следует лечилась…
Чтобы мне кололи успокоительные и я принимала какие-либо лечебные, профилактические процедуры.
Не было необходимости. Даже когда отец поставил меня перед фактом о моём переезде в Лондон, я стойко держалась, сглатывая набежавшие слёзы и держась за грудную клетку.
А затем, наступила пора обучения в пансионате… Ну а там не место слабостям и болезням. Только собранность и организованность, поэтому я включила режим турбо-Ани и жила, училась, не заботясь о себе, лишь бы закончить поганый пансионат, а затем колледж…
В общем, было не время расслабляться и позволить противной болячке забраться в свой организм.
Поэтому совместно с мыслями о Вите и ожиданием нашей встречи, я держалась… долго держалась…
Но кажется я переоценила свои силы и сдулась. Не просто так же я в больнице?
Я прямо-таки чувствую, ощущаю… внутреннее угасание.
– Как вы себя чувствуете, Аня? – поинтересовался к меня врач, и я со вздохом, ответила:
– Сносно…
– Так и должно быть, но не переживайте… это всё временно, – уверял меня он, а я лишь кивала. – У вас был нервный срыв, и собственно он привёл вас к потере сознания. Не всегда такое случается, должен быть веский повод, причина… Возможно шокирующая новость...Что вы помните из последнего?
– Я…
А я помню, как вышла из офиса отца после тяжелого разговора с мать его будущем мужем, затем столкнулась с Сашей… Он пообещал отдать мне моего бегемотика, но до этого решил угостить чашечкой кофе и поговорить о чём-то…
О чём?
Помассировала пальцами виски и дотянулась до кружки, которая стояла возле кровати, в надежде на то, что это поможет мне вспомнить все события, приведшие меня в больницу.
Однако сделав первый глоток, я поморщилась. Ну и гадость же…
– Что это? – прикрыв рот ладонью, спросила я.
– Успокоительный сбор, – вежливо ответил врач. – Ну как… что-нибудь вспомнили? Знаю, что сложно, учитывая ваше состояние, но всё же придётся. Пробелы в памяти не есть хорошо, Аня. Тем более, в вашем юном возрасте…
Со вздохом, я прикрыла глаза и вновь напрягла извилины, чтобы наконец вспомнить суть нашего разговора…
– Давай встречаться.
Первая фраза, которая словно вспышка молнии, стрельнула прямо в голову, и я прикусила губу потому, что раз за разом память подкидывала новые слова… Они обращались в предложения, за тем диалог, и пазл постепенно раскладывался.
Уже отчётливо виднелась картинка и увы совсем не радужная…
Ох, лучше бы я не старалась всё вспомнить…
– Ты мне нравишься.
Чёёёрт!
– Я подумал, что самое время в этом, признаться...
Я схватилась за голову и сдавленно простонала.
– Нет, нет, нет…
– Вспомнили, да? – послышался голос врача, но я лишь отмахнулась, ибо была полностью погружена в воспоминания.
Витя почему-то запинается, а брови его взлетают вверх, словно увидел того, кого не ожидал встретить… здесь.
Суровая реальность и чёртова правда.
Они оказались отцом и сыном.
Мой Витя и Саша....
И как… как такое могло произойти? Я понимаю, что Питер не такой большой город, как к примеру та же Москва, но, чтобы настолько…
Настолько?!
– Я вспомнила, – сухо проговорила я, со всей силы вонзая ногти в ладонь.
– Прекрасно, – довольно проговорил врач. – Амнезию обошли. Итак, с сегодняшнего дня, вам нужно основательно взяться за здоровье. То есть. Никаких нервов, никаких эмоциональных всплесков. Никаких недосыпов. Отдых и только отдых. И кстати, умственная нагрузка нежелательна… Поэтому, если у вас вдруг учёба или работа, возьмите больничный или отгул… Это для вашего же блага, Аня. Вы же не хотите повторно упасть в обморок? В этот раз обошлось, в следующий раз, могут быть осложнения… Мы же этого не хотим?
Я замотала головой.
– Ну вот и хорошо… Тогда я позову кого-нибудь из ваших родных или близких. Не знаю, кем они вам приходятся, но уже второй час стоят и ждут вашего пробуждения…
Я облизнула пересохшие губы и вкрадчиво спросила:
– А… кто? Кто ждёт?
Внутренне надеюсь, что это Витя… По крайней мере, хочу так думать…
Несмотря на то, что произошло. Несмотря на то, что он узнал о нашем знакомстве с его сыном в таких условиях.
Новость конечно не из лучших, особенно учитывая то, что Саша признался мне в своей симпатии, а я люблю Витю…
И теперь получается, будто бы я - яблоко раздора в их отношениях, но ведь… между нами с Сашей ничего не было.
Одна знаменательная встреча, плавно перетёкшая в знакомство с его друзьями и моим «развязным» поведением в баре.
Нет, он конечно симпатичный парень, не спорю, но вижу я его другом… и только!
Ни о каких романтических отношениях, не может быть и речи.
Зато Витю я отчётливо представляю своим мужчиной. Первым. Единственным. Любимым.
Но он отец Саши, и я не представляю, как он отнёсся к этой новости.