Хочу тебя... наказать!
Шрифт:
— Потерпи.
— Не могу!
Свет вспыхивает, и я зажмуриваюсь.
Но перед этим успела заметить взгляд невесты Ансара, рыщущий по залу. Она натыкается на нас: на меня, колотящуюся в приступе страха, и Ансара, придерживающего меня за талию.
Ее взгляд впивается мне под кожу, а потом ее дергают за плечо и ставят в ряд со всеми.
В нашу сторону тоже приближается молодчик с автоматом, расставляя людей в ряд по одну.
— Я хочу в туалет, — произношу одними губами. — Можно мне в туалет. Пожалуйста?
— Встала.
— Это срочно.
— Встала, кому сказал? — взмахивает дулом.
Перед глазами темнеет.
Обморок…
Все-таки лучше упасть в обморок, чем описаться, верно?
***
Когда я прихожу в себя, понимаю, что меня усадили на стул. Меня и еще одну старушку. Ей лет девяносто, если не больше. У нее слуховой аппарат и трясущиеся пальцы. Мне кажется, что она даже не понимает, что происходит, потому что улыбается и постоянно спрашивает, когда будут подавать десерт?
Грабители работают четко и слаженно, забирая дорогие украшения.
Нахожу отца, он придерживает за плечи свою любовницу и говорит ей слова утешения. На Елене лица нет, она побледнела и от испуга сразу стала выглядеть старше, чем казалась всегда. Отец тоже выглядит не лучшим образом. Впрочем, как и все мы, заложники ситуации.
Весело и задорно выглядят только сами грабители, в масках обезьян разных пород. Рядом со мной, например, трется орангутанг.
Наконец, папа, ощутив мой взгляд, поворачивается и пытается улыбнуться, но выходит плохо и через миг он получает тычок в плечо.
— Пошевеливайтесь. Мало времени. Пять минут и уходим…
От меня тоже требуют снять все украшения. Левая сережка не поддается. Грабитель поторапливает меня, а потом, устав ждать, резко дернул за сережку, едва не разорвав мне мочку.
— Повежливее, ты! — взвился Ансар, неожиданно бросившись на грабителя. В ответ получает прикладом по лицу.
И этот миг становится каким-то решающим, будто спусковой крючок. Дальше все разворачивается так быстро, что за несколько мгновений ситуация меняется.
Присутствующие будто вспомнили, что их больше. Кто-то тоже решил кинуться на грабителя. Кажется, один из тех охранников, которых уложили лицом в пол.
В ответ раздались выстрелы и посеялась паника.
Люди с криками и визгами бросились врассыпную, кто куда. Меня подхватило этой волной и понесло, я едва успевала переставлять ноги, но запнулась у лестницы.
Пальцы цепляются за перила в тщетной попытке удержаться, но напирающие сзади не оставляют никакой попытки. С ужасом понимаю, что вот-вот полечу кубарем вниз и меня просто… затопчут.
В последний миг меня выдергивают сильные руки.
Кто-то рывком вытаскивает меня в момент, когда я уже грохнулась на колени.
Мы перекатываемся под визги и грохот толпы. Я приподнимаюсь и вижу под собой Ансара. Глаза горящие, темные.
— Так и знал, что ты хочешь быть сверху! — отвечает он.
— Ты… чокнутый! Надо выбираться…
Голос тонет под раскат выстрелов.
Грабители спешно убираются и напоследок поджигают основной зал.
Посеянная паника возрастает в десятки раз.
Люди бегут, словно слепые овцы, то в одну, то в другую сторону.
Мне кажется, этот кошмар никогда не закончится. Никогда!
И вряд ли я была бы разумнее тех, кто бежит, крича во всю глотку, если бы рядом не оказалось Ансара…
Может быть, именно потому, когда все закончилось, и я с облегчением плакала на плече отца, рейтинг Ансара в моих глазах взлетел почти до небес?
Сам же он сидел, мрачнее тучи.
До меня только позднее дошло, что его невеста была тоже рядом с нами, но Ансар не бросился за ней, когда все побежали…
Как минимум, я решила, что не буду себя вести назло ему. Все-таки была чуть-чуть благодарна, что он поддерживал меня в эти страшные мгновения.
Но оказалось, что наши намерения не совпадают!
И там, где я решила притормозить, он… словно нарочно, начал вести себя еще гаже, чем в самом начале.
Глава 11
Ансар
— До тебя, как в Кремль, не дозвониться, — сообщаю невесте.
Придаю своему голосу намеренно веселый, игривый тон. Я это умею.
— Прости. Знаешь, мне сейчас немного не до того, — выдыхает она.
Щелкает колпачок зажигалки.
Этот звук я точно узнал. У меня самого такая же, металлическая, издает характерный звук, когда откидывают крышку и закрывают ее обратно.
Прислушиваюсь.
Снова тихий металлический щелчок.
Алсу думает о чем-то… Явно не обо мне. Я хорошо чувствую, когда интерес собеседника направлен на меня. Сейчас Алсу мыслями не здесь.
— Ты куришь, Алсу?
— Что? — удивляется.
— Ты зажигалкой щелкаешь.
— Ах это… Нет… Это… Старая. Еще от отца осталась… — тихо смеется. — Хотя да, пыталась. Когда на пике бунта закатывала ему скандалы, пыталась начать курить. Он даже не разозлился, напротив, дал зажигалку и пачку сигарет. Но с условием, чтобы я все выкурила при нем. Мне было так плохо… Думала, сердце остановится, и легкие сгорят, и меня никогда не перестанет тошнить, выворачивая наизнанку. Мама это узнала и использовала, как аргумент при разводе. Мол, жестокое обращение с ребенком… Если бы не это, она бы не получила возможность быть со мной. Зажигалка осталась на память, только и всего…