Чтение онлайн

 -Да как Вам сказать...
– нарочно медленно произнес я, не обращая внимания на яростно жестикулирующего отца Иннокентия, призывавшего меня к молчанию.
– Да разве ж кто-нибудь осмелился бы? Вы ж за это и в козла превратить можете, или того хуже, в гада ползучего.

 -Могу, могу!
– охотно согласилась Яга и снова шлепнула ладошкой по спине священника.- Так что звал-то?

 -Я, да я, я так, к слову...
– Иннокентий затравленно заозирался по сторонам, ища поддержки. Рыцарь и Андрей, сидя на каменной глыбе, сдержанно хихикали, Велень, прикорнув в уголке, тихо посапывал, я же делал вид, что не замечаю его умоляющего взгляда.

 -Колюшко, по-моему, он чтой-то мутит. Мож его магией по башке хрястнуть, что б мозги прочистились, а?

 -Матрена Тихоновна, не надо мне мозги прочищать! А про Вас - это так, к слову, с языка вырвалось...

 -А больше ничего не вырывалось?
– Иннокентий отрицательно помотал головой.
– Это, наверное, оттого, что у тебя язык длинный. Может, его укоротить маленько?

 Священник закрыл рот руками и в ужасе помотал головой.

 -Ладно, не буду, но смотри у меня!
– Яга строго погрозила ему пальцем. Отец Иннокентий, низко сгорбившись, развернулся и, шмыгнув мимо подобревшей старушки, выскочил наружу. И уже оттуда до нас донесся его облегчённый вздох.

 -Похоже, мы поставили не на ту лошадку!
– старый Лорд повернулся лицом к своему собеседнику.

 -Это почему же?
– голос, привыкший повелевать, сейчас звучал глухо.

 -Хайлула слишком силен и становится опасен. Ненависть, его распирающая, даёт ему всё новые и новые силы, Тьма сама раскрывает свои тайны, а нелюдь присягает ему и без нашего веления. Я опасаюсь того, что он станет неконтролируем.

 -Успокойся, Иов, он убьёт своего врага и угомонится! Управу мы на него найдем, а пока пусть наслаждается своим мнимым величием!

 -Но только ли в этом враге дело? Что, если его ненависть исходит не из сердца отчаявшегося, потерявшего всё человека, а из адских глубин его изначально черной души? Что, если его ненависть не имеет границ?

 -Нет, это было бы уже слишком! Просто этот пришлый, что путается у нас под ногами, отвлекает слишком много его внимания, он дробит силы.

 -Пришлый? Но Вы же сами говорили, что он - лишь пушинка, случайно упавшая на нашем пути?

 -Я ошибался. Он оказался не так прост. К тому же, эта земля каким-то образом защищает его, словно между ним и этим краем существует родство, странное, необъяснимое и от того опасное...

 -Тогда, - лорд на мгновение задумался, - может, оказать нашему "другу" помощь?

 -Нет, мы ни в коем случае не должны проявлять себя. Мы и так слишком рисковали, посылая посланника, что бы понять и постичь истоки, питающие силы этого русского. Пусть всё идет своим чередом.

 -А если Черный не справится?

 -Тогда ему не место в нашем мире!

 -Но... как же наши планы?

 -Никаких но. Времени у нас достаточно...

 Ближе к полудню войска нашего противника, оцепив город широким полукругом, упирающимся обоими концами в крутой берег реки, приступили к новому штурму. Начался он с "артподготовки". Чёрные тролли, обеими лапами хватая со стоящих рядом подвод многопудовые булыжники, обрушили их на наш город. Вместе с рушившимися зданиями появились первые раненые. Наконец, камни у противника кончились, но на смену им пришли котлы, наполненные чадящей на всю округу горящей смолой. Тролли, неуклюже хватаясь за их раскаленные бока, ревели от ожогов, но пылающие огнем снаряды посыпались на городские кварталы. Первые три котла, не причинив никому вреда, упали на широкую мощеную площадь, еще два шлепнулись, не долетев. Но вскоре черные бестии пристрелялись, и в городе начались пожары. Один котел разбился о стену, обдав горящей смолой зазевавшегося стражника. Не в силах вытерпеть навалившуюся боль, он спрыгнул со стены, найдя свою смерть на острых кольях, вбитых в дно наполненного водой рва. Ответный залп наших катапульт не нанес врагу ощутимого вреда. Крупные камни и горшки с горящей смолой немного не долетали, а мелкие толстошкурым троллям особо ощутимого вреда не наносили.

 -Командира гвардейцев ко мне!
– крикнул я, всем своим нутром понимая, что вспыхнувшая в моём мозгу идея стремительной вылазки ни к чему хорошему не приведет. Разве что своей гибелью королевская гвардия всколыхнет в народе праведный гнев и ненависть. Но стоять и безучастно наблюдать, как недосягаемый враг разрушает город и сеет робость в сердцах его защитников, я тоже не мог.

 -Готовьте коней!
– коротко приказал я явившемуся на мой зов гвардейцу, - приготовьте копья и пики, выдвигаться по готовности, но чем быстрей, тем лучше. Цель - вражеские тролли-метатели.

 -По чьей команде атакуем?
– тихо уточнил командир гвардейцев. В его голосе сквозила обреченность, но он был спокоен. Так спокоен, как только может быть спокоен старый солдат, идущий в последнюю для него битву.

 -По моей, я сам поведу вас!
– гвардеец вскинул на меня удивленный взгляд и морщины на его лице чуть-чуть разгладились. Он не привык видеть в бою рядом с собой больших командиров, и теперь, глядя на меня, не мог понять, то ли я знаю то, чего не знает он, и нам всенепременно улыбнется Виктория, либо я, предвидя неминуемую гибель, решил умереть красиво, на глазах целого города. Так и не разобравшись в своих мыслях, он поклонился и, почтительно шаркнув ногой, поспешил выполнять моё указание. Но не успели конюхи вывести стоявших в готовности коней, как вражеское войско закончило бомбометание и приступило к штурму. Впереди по-прежнему двигались толстокожие тролли. Только на этот раз их тела прикрывали наспех сколоченные щиты из небольших брёвен и толстых досок. За ними двигались орки, державшие в своих руках гнутые луки, сделанные из рогов горных козлов. За ними, таща длинные штурмовые лестницы, смешно, по обезьяньи переставляя ноги, вприпрыжку "скакали" горные "витязи". А за их спинами, сверкая доспехами, неспешно двигались псы-рыцари. Покрикивая на своих более отчаянных (или менее умных?) союзников, они пока не спешили вступать в общую схватку.

 До противника оставалось не более сотни шагов, когда взлетела и понеслась к цели первая одинокая стрела. И сразу вслед за ней, будто повинуясь какому-то безмолвному приказу, с обеих сторон в воздух взвились целые тучи стрел. Плотность их была такова, что некоторые сталкивались в воздухе и, сцепившись вошедшими друг в друга наконечниками, падали на орошаемую свежими каплями крови землю. Свист, крик, скрежет, рев и стоны, доносящиеся со всех сторон, оглушали.

 Противник приблизился и, засыпав телами ров, полез на стены. Прямо под нами здоровенный тролль, приставив свой щит к каменной кладке, принялся разбивать стену огромным железным молотом, край которого после каждого удара на мгновение выскакивал наружу, чтобы с новым размахом обрушиться на искрящие от ударов камни. Самого тролля надежно защищал от наших копий сколоченный из бревен щит.

 -Горшки со смолой наверх, живее, живее!
– приказал я. И сразу несколько голосов подхватили мою команду, передавая её всё дальше и дальше. Не прошло и пары минут, как на стенах (не обращая внимания на свистящие вокруг стрелы и проносящиеся над головой камни, выпущенные из сотен пращей), появились мальчишки и совсем юные девушки, несущие на своих плечах коромысла, гнущиеся под тяжестью налитых смолой горшков и кувшинов. Напротив меня остановился мальчишка лет десяти. Я попытался перехватить его ношу, но он, гордо отстранившись, снял коромысло с плеча сам, и осторожно поставив раскаленные горшки на камни, вытер со лба выступивший от усилия и жара пот. Затем все так же молча развернулся и, прихрамывая на одну ногу, побежал обратно за новой порцией огненного варева.

 -И как этим пользоваться?
– осторожно спросил выспавшийся за полдня Велень. Его маленькие глазки внимательно посмотрели на дымящееся содержимое горшка.

 -Очень просто, на раз-два.
– Я тихо выругался, представив, как буду браться за раскаленные бока посудины.
– Берешь спички, поджигаешь смолу и бросаешь на головы противника.
– Говоря, я поднес зажигалку к сразу же занявшейся смолке и, подхватив горшок под самое днище, швырнул его вниз, целясь в щит, скрывающий нашего "ударника". Две стрелы, просвистевшие у меня над загривком, подсказали, что враг не дремлет. Но, слава богу, враги промазали. Промазал и я. Горшок разбился метра на два дальше высунувшейся, было, на мгновение спины тролля, слегка опалив оказавшихся там гоблинов. Смола, полыхая красным чадящим пламенем, пролилась на землю, безобразной кляксой растекаясь по вытоптанной ногами противника траве.