Чтение онлайн

Вчера я получил кличку «политический».

Предсказуемо, но мне нравится. Был еще предложен вариант «партийный», но от него я отказался. Не уверен, что другие зеки поняли, почему «партийность» противоречит анархистским убеждениям. Хотя, как показывает опыт, многие анархисты это тоже не понимают.

Чувствуется, что отношение тут не такое, как в СИЗО.

То ли я поменялся, то ли люди другие. Скорее всего, и то, и другое.

Дело скорее даже не в людях, а в самой атмосфере инфернального безумия, которое царило в закрытой камере и почти отсутствует здесь. Свежий воздух многое меняет. В СИЗО меня воспринимали как крайне наивного человека, не понимающего толком, куда он попал. Отчасти справедливо. Любые идеи, связанные с защитой прав, воспринимались со скепсисом и цинизмом, иногда даже злобным: «систему ты не поломаешь, а вот пять лет отсидишь и туберкулез по лучишь, за то что умничаешь». Тут настроения более прогрессивны [7] : свои права люди знают и готовы за них бороться, так что отношение к «политическим» куда более серьезное и уважительное. В СИЗО почти все готовились к тюрьме: учили сленг, многие приучились жить по понятиям. Тут готовятся к воле и хотят вернуться к нормальной жизни. Большинство здесь мужики, блатные на поселение попадают редко. Почти все хотят честной работы и во время срока, и после его окончания. Но в то же время боятся свободы, зная, что там они будут изгоями. Здесь трудоустроиться тоже трудно, из 150 жителей место есть разве что у 30–40. Когда-то была стопроцентная занятость, но коммерсанты, которые ее обеспечивали, разбежались. Так что если кому-то нужна рабочая сила — советую поискать ее в Коцюбинском. Польза будет для всех, так как именно за счет труда заключенные получают поощрения, необходимые для УДО. При этом, сотрудничать с администрацией большинству западло, а честной работы слишком мало.

Тот факт, что в колонию меня провожали телеканалы, очень понравился зекам и смутил начальство. После вечернего выпуска новостей стал местной знаменитостью. Хотя узнали и до этого, стоило упомянуть ключевые слова «Верховная Рада» и «акция протеста». Работники администрации интересуются, будут ли еще журналисты. Думаю, стоит не разрушать их надежд и приезжать почаще.

В исправительном центре неспокойно: месяц назад сменился начальник. Новый сейчас на испытательном сроке, остался еще месяц. Исправительный центр регулярно посещают комиссии, не так давно пара человек вскрылись, а один убежал. Причем убежал не куда-нибудь, а в департамент по исполнению наказаний, где рассказал о безработице, закручивании гаек, отсутствии медицинского обслуживания. В воздухе запахло то ли переменами, то ли репрессиями.

03.02.2011

6.00 — Подъем

6.45 — Завтрак. Чай и каша, иногда бульончик.

7.00 — Построение. Заключенных группируют по отрядам и пересчитывают. После построения все работающие отправляются на работу (кто в промзону на территории колонии, кто в город с сопровождающими). Большинство работы не имеет и разбредается по комнатам досыпать.

11.45 — Обед. Бесцветный суп, который можно оживить сушеным перцем, второе — каша с намеком на мясо, большой кусок хлеба и жиденький сладкий чай.

12.00 — Построение. Нас опять пересчитывают и мы расходимся: кто на работу, кто в комнаты, к телевизору и прочим нехитрым радостям.

17.00 — Построение. Нас пересчитывают наиболее тщательно, вызывают по фамилиям.

17.15 (или сразу после проверки) — Ужин. Чай и каша. Один раз давали жареную мойву на хлебе, которую все ждали как праздничное лакомство. Рыбы не было несколько месяцев, и меню несколько оживилось лишь благодаря интересу комиссий из департаментов.

После ужина работники из промзоны возвращаются обратно.

20.00 — Последнее построение. К этому времени обязаны вернуться все, в том числе работающие за пределами исправительного центра.

22.00 — Отбой. Охранники ходят по комнатам, тушат свет и пересчитывают заключенных.

03.00 — Проверка. Ночью менты тихонько проходят в комнату и в очередной раз пересчитывают заключенных, стараясь не разбудить, поскольку в распорядке дня записан «бесперебойный сон».

В 6.00 все повторяется по новой. В пятницу и субботу отбой переносится на 23.00, а подъем в субботу и воскресенье на 7.00.

Таким образом дают людям ощутить вкус праздника.

05.02.2011

Я хотел написать о котиках. На территории исправительного центра живет множество котов разной степени прирученности. Часть из них местные, но некоторые путешествуют с заключенными из лагеря в лагерь и вместе с ними выходят на волю.

Но я решил отложить эту тему из-за темы куда более злободневной и актуальной. Из-за вшей. Только что их нашли на соседней койке. Там спит парень, приехавший сюда из мест лишения свободы, из лагеря. Чистоплотный и опрятный, так что вшей подхватил, судя по всему, в поезде. Статья 185, ч. 3, кража со взломом и проникновением в жилище.

Сейчас он лихорадочно собирает свои вещи и запаковывает их в пакет, будет нести «на прожарку». Слышится негромкое бормотание: «ты шо, блядь», «ну от пизда» и «ебу я в рот».

Вся комната нервно чешется и разглядывает швы у себя на одежде. Ничего подозрительного пока не нашли, но всех уже захлестнула волна паранойи. Санитарные условия тут не лучше, чем в тюрьме, так что вши могут распространиться молниеносно. В кране только лишь ледяная вода, душ с горячей — раз в неделю. Причем растапливается баня даже не газом, а по старинке, дровами [8] . Дров, разумеется, нет, как и финансирования. Поэтому топят мебелью и паркетом. На территории хватает заброшенных строений. Часть из них выглядит весьма апокалиптично, напоминает разгромленные «Убежища» из Фоллаута. Говорят, что в одном опечатанном здании с провалившейся крышей даже сохранились своеобразные сокровища: оттуда так поспешно эвакуировали людей, что те даже не успели забрать личные вещи и деньги, а в подвальных помещениях остались нетронутые склады.

Но вернемся к вшам. В моих вещах никакой живности тоже не оказалось, но ситуация может поменяться в любой момент. Медпункта у нас нет. По идее, для осмотра следует обращаться в клинику в Коцюбинском, но выбраться туда — задача нетривиальная: нужно заранее записаться и получить одобрение администрации.

Только что поступили свежие новости: баня обрушилась. Теперь придется мыться из тазика, в туалете. Тазиков, впрочем, нет. Такими темпами вши могут стать неотъемлемой частью местной фауны, наряду с тараканами. Раньше были еще и мыши, но коты изрядно сократили их поголовье.

Поголовье вшей сокращать некому.

07.03.2011

За несколько дней параноидальных поисков не нашли ни одного кровососущего насекомого. Угроза нашествия вшей откладывается.

Сосед решил проблему дезинфекции радикальным способом: выкинул в помойку все свои вещи. Остается надеяться, что на этом история закончится: эпидемию педикулеза могли бы использовать как повод для ограничения связи с внешним миром. Меры борьбы с вшами, описанные на информационных стендах, не внушают особенного доверия. Но даже они не претворяются в жизнь из-за отсутствия медпункта.

Теперь можно с чистой совестью поговорить о тараканах. Несколько лет назад они почти исчезли из городских квартир. Оказывается, они просто перебрались в Коцюбинское. В «комнатах для приема пищи» их можно встретить даже в дневное время, что красноречиво говорит о поголовье насекомых. Нижний угол холодильника не закрывается, если не прижать его ногой. Иногда об этом забывают, и тогда тараканы получают возможность забраться внутрь. На холоде они быстро теряют активность и засыпают прямо внутри, поэтому еду даже в холодильнике никогда не следует размещать без крышки.