Чтение онлайн

— Мы должны остановить кариенцев на переправе через Стеклянную реку.

— Это ты уже говорил, — отметил Денджон, скрестив руки на груди.

— У них есть три варианта переправы, — продолжал Тарджа. — они могут построить плоты и переплыть реку на них, но это слишком опасно и к тому же займет много времени. Они могут реквизировать все торговые суда и речные лодки, которые найдут, и еще они могут использовать паромы под Тестрой и Котсайдом.

— Речных лодок осталось совсем немного, — сказала Мэнда. — Их большей частью сплавили на юг, к заливу. Люди боятся за свои лодки.

— Тогда остаются только паромы, — согласился Денджон. — И как ты собираешься помешать кариенцам воспользоваться ими? У нас не хватит людей сразиться с ними в открытую.

— Нам придется затопить их.

Мэнда вздрогнула.

— Затопить паромы? Но это же значит разъединить Медалон на части.

— Я понимаю, — спокойно ответил Тарджа.

— Пожалуй, это остановит кариенцев, — протянул Денджон.

Тарджа кивнул.

— Если паромов не будет, самое худшее, на что они будут способны, — это повернуть на юго-запад и атаковать Тестру. Но сердце Медалона — Цитадель, и, пока они не захватили ее, они не победили.

— Это будет не так-то просто, Тарджа, — предостерег его Денджон. — Даже если тебя не попытаются остановить кариенцы, это сделают местные жители. Ведь, уничтожая паромы, ты лишишь их средств к существованию.

— Именно поэтому я возьму с собой всего несколько человек. Мы вернемся в Ванахайм, перейдем реку возле Тестры и направимся к Котсайду. Если повезет, мы выйдем к переправе до того, как там объявятся кариенцы.

— А с паромом под Тестрой разберетесь на обратном пути? — уточнила Мэнда.

Тарджа кивнул и вопросительно поглядел на Денджона.

— Дорога займет у вас несколько недель, — покачал головой капитан. — Кариенцы окажутся в Котсайде задолго до вас.

— Армия такого размера, как кариенская, тащит за собой целый ворох обозов, — напомнил ему Тарджа. — Они могут делать только по несколько лиг в день — чтобы двигаться быстрее, им пришлось бы разбиться на маленькие автономные отряды. Но вряд ли они на это решатся. Наверное, они двигаются все вместе, считая, что внушительные размеры их войска сами по себе устрашат медалонцев.

— Непростительный оптимизм с их стороны, — заметила Мэнда со слабой улыбкой. — Ведь подавляющее большинство медалонцев живут к югу от Стеклянной реки.

— Времени у тебя в обрез, — хмурился Денджон.

— Я отберу людей в свой отряд. Самых надежных, выросших далеко от реки, чтобы они и их семьи не были связаны с речным промыслом. Мы же разорим купцов и всех, чья жизнь зависит от реки, и я не хочу, чтобы в решающий момент у кого-нибудь из моих людей возникли сомнения.

— А как быть с хитрианцами? Что я им скажу?

— Разберешься как-нибудь, — пожал плечами Тарджа. — Когда доберетесь до Хитрии, вы с Дамианом можете начать планировать захват Медалона. Пока мы не выясним, сколько людей он нам выделит, строить планы — пустая трата времени. Я присоединюсь к вам, как только смогу. А вы тем временем можете посылать людей, которые обманом, угрозами или прямым насилием будут убеждать жителей не оставлять лодок на западном берегу. Я хочу, чтобы все лодки на реке — даже те, что сейчас пришвартованы на этой стороне, были совершенно недоступны кариенцам.

— Через какое-то время кариенцы все равно найдут способ перебраться через реку. У них есть инженеры и судостроители, а на той стороне хватает корабельного леса, чтобы построить плоты, на которых они смогут переправить свою армию.

— Я рассчитываю на весну. К тому времени, как кариенцы построят плоты, Стеклянная река совсем выйдет из берегов за счет паводка со Скалистых гор, и, пока река не вернется в берега, переправа будет слишком опасной.

— Я пойду с тобой, — внезапно заявила Мэнда.

— Не будь идиоткой, — отрезал Тарджа не раздумывая.

— Но я же была когда-то послушницей, — объяснила она. — Я знаю, как ведут себя сестры Клинка. Если меня переодеть сестрой, я могу реквизировать паром, а когда мы окажемся на борту, ты сможешь вывести его на середину реки, поджечь и, дождавшись, пока паром хорошенько разгорится, вплавь добраться до берега.

— Это, пожалуй, может сработать, — задумчиво вымолвил Денджон.

— Слишком опасно.

Мэнда тихонько рассмеялась.

— Опасно? Тарджа, я сражалась в рядах повстанцев задолго до того, как ты вступил в эту игру, и я все та же. С чего бы то, что приемлемо для тебя, стало слишком опасно для меня?

Тарджа не нашелся что ей ответить. Он должен был признаться, что его смелость порождалась скорее стремлением убежать от собственных мыслей, чем природной гордостью. Возвратиться назад и встретиться с кариенцами значило просто не продвигаться на юг, то есть еще немного оттянуть неизбежную встречу с Р'шейл. Он боялся признаться себе, как много это значило для него.

— Она говорит дело, Тарджа. Ты вызовешь меньше подозрений, если будешь двигаться в компании сестры.

— Значит, решено. Я иду с тобой, — объявила Мэнда.

— Неужели тебе настолько надоела твоя жизнь? — нахмурился он.

— Я не собираюсь расставаться с жизнью, Тарджа, и даже не подозревала, что ты просто задумал совершить такое изящное самоубийство. — Она вызывающе посмотрела на него, ожидая его реакции на это обвинение.

Тарджа первым отвел глаза.

— Нет, я не собираюсь совершить самоубийство. Можешь идти, если хочешь. Но нам придется ехать быстро, и дорога будет нелегкой.

— Если бы я искала, где полегче, Тарджа, я бы осталась в Сестринской общине.