Чтение онлайн

Оставшиеся в живых французы в панике бежали. Город Опорто был отбит.

Письмо, адресованное Ричарду Шарпу, эсквайру, ожидало его в гостиной Красивого Дома, на каминной доске. Оно чудесным образом пережило вселение в дом на постой расчёта британских королевских артиллеристов, которые первым делом изрубили в комнате на дрова всю мебель, и уже хотели было использовать письмо для растопки, но именно в этот момент появился капитан Хоган и выхватил бумагу из очага прежде, чем её успели поджечь. Он прибыл в поисках Шарпа и расспросил стрелков, не оставляли ли в доме каких-нибудь сообщений, в надежде, что Шарп мог попытаться подать ему весточку.

— Здесь живут англичане, парни, — пояснил он артиллеристам, разворачивая незапечатенное письмо. — Поэтому вытирайте ноги и приберите после себя.

Он прочитал короткое сообщение, задумался ненадолго.

— Предполагаю, что никто из вас не видел высокого офицера стрелков 95-ого? Никто? Ладно, если он появится, передайте ему, чтобы шёл в Палаццо Карранкас.

— Это где, сэр? — спросил артиллерист.

— Большое здание внизу. Там штаб, — пояснил Хоган.

Хоган знал от подполковника Уотерса, что Шарп ещё утром был жив, но найти его никак не удавалось, и он послал в город на поиски потерявшегося стрелка двух ординарцев.

Через Дору уже налаживали новый понтонный мост. Город праздновал вновь обретённую свободу с флагами, вином и музыкой. Сотни французских заключенных сидели под охраной на складе, длинный ряд отбитых пушек выстроили на речном причале, возле которого освобождённые британские корабли поднимали на мачты свои флаги. Мараш Сульт отступал к мосту в Амаранте, не подозревая, что генерал Бересфорд, новый главнокомандующий португальской армией, уже захватил мост и поджидает их.

— Если они не смогут переправиться в Амаранте, то куда они пойдут дальше? — спросил тем вечером Уэлсли в синей приёмной Палаццо Карранкас, где он со своим штабом угощался блюдами, приготовленными для маршала Сульта и найденными ещё горячими в духовке на дворцовой кухне.

Сэр Артур любил ягнятину, но, по его мнению, лук, ломтики ветчины и грибы совершенно испортили вкус блюда.

— Я думал, французы разбираются в кулинарии, — проворчал он и потребовал, чтобы ординарец принёс из кухни бутыль винного уксуса.

Он счистил осквернившие мясо грибы и лук, полил мясо уксусом и заявил, что теперь это можно есть.

Убрав остатки еды, офицеры столпились, прижав руками углы карты, которую капитан Хоган развернул на столе. Сэр Артур задумчиво водил по карте пальцем:

— Они хотят, разумеется, вернуться в Испанию. Но как?

Он думал, что на этот вопрос сможет ответить подполковник Уотерс, старший из офицеров разведки, но Уотерс не бывал на севере страны и потому предоставил право отвечать капитану Хогану, самому младшему по званию из всех офицеров, кто собрался в этой комнате. Несколько недель перед вторжением Сульта Хоган провёл, нанося на карту Трэс Монтэс — дикие северные горы с извилистыми дорогами, быстрыми речками и немногочисленными узкими мостами. Португальские войска теперь торопились уничтожить эти мосты и перерезать дороги, которые могли привести французов в их укрепления в Испании. Но к северу от дороги, соединяющей Опорто и Амаранте Хоган обнаружил лазейку, которой могли воспользоваться французы.

— Если Амаранте взят, сэр, и наши союзники захватят завтра Брагу… — Хоган покосился на сэра Артура, который подтвердил это предположение нетерпеливым кивком, — … то тогда Сульт сел в лужу. Ему придётся пересечь Сьерра де Санта Каталина, а там нет дорог, пригодных для гужевого транспорта.

— А что там есть? — спросил Уэлсли, рассматривая на карте участок, на который практически не было нанесено никаких обозначений.

— Козьи тропки, по которым можно пройти только пешком, волки и очень сердитые крестьяне. — сказал Хоган. — Как только он доберётся до этого места, сэр, — он показал на север Сьерра де Санта Каталина. — он найдёт дорогу домой, но, чтобы до неё добраться, ему придётся бросить свои фургоны, пушки, телеги — всё, что невозможно унести на спине человека или мула.

Гром прокатился над городом. По крыше и стёклам незанавешенных окон застучали сначала редко, потом всё чаще капли дождя.

— Чёрт бы побрал эту погоду, — проворчал Уэлсли, зная, что она замедлит преследование разгромленных французов.

— Над безбожниками тоже льёт дождь, — заметил Хоган.

— Чёрт бы побрал и их тоже, — отрезал Уэлсли.

Ему не слишком нравился Хоган. Во-первых, он ему достался от Крэддока, во-вторых, он был ирландцем, а это напоминало Уэлсли то, что он и сам родился в Ирландии, чем генерал не особенно гордился; в-третьих, Хоган явно не был высокорождённым, а сэру Артуру нравилось, когда его окружение могло похвастсться хорошим происхождением. Но Уэлсли был готов признать свои предубеждения ошибочными, потому что неразговорчивый Хоган был, очевидно, весьма компетентен, да и подполковник Уотерс, которому Уэлсли доверял, очень тепло отзывался об ирландце.

— Итак, — Уэлсли подвёл итог обсуждению — они находятся на дороге между Опорто и Амаранте, и, если они решат избежать встречи с Бересфордом, они отступят на север. В холмы. Куда они пойдут потом?

— К этой дороге, сэр, — указал карандашом на карте Хоган. — Она идёт от Браги до Чавеса, сэр, и, если ему удастся пройти Понте Ново и добраться до деревушки Руиванс. — он сделал карандашом отметку на карте. — то там он найдёт тропу на север через холмы к Монталегре. Это — рукой подать до границы Испании.

Адьютанты сэра Артура теснились возле стола, вглядываясь в карту при тусклом свете свечи. Один же из присутствующих, невысокий и бледный, в гражданском платье изысканного покроя, явно тяготился всеми этими подробностями. Он вяло потянулся в кресле, всем своим видом изображая, что его тонкую натуру оскорбляют низменные рассуждения о картах, дорогах, холмах и мостах.

— Вот эта дорога, сэр, — продолжал объяснять Хоган, ведя карандашом от Понте Ново до Монталегре. — Это просто дьявольское наваждение. Чтобы продвинуться на полмили, придётся пройти пять миль. И самое лучшее, сэр, дорогу пересекают несколько рек, небольших, но текущих в глубоких ущельях, с быстрым сильным течением. Их можно пересечь только по мостам. Если португальцы смогут разрушить хоть один из этих мостов, сэр, господин Сульт будет пойман в ловушку. Ему придётся идти напрямую через горы, и всю дорогу черти будут поджаривать им пятки.

— Дай Боже португальцам успеть, — проворчал Уэлсли, морщась при звуках усиливающегося дождя, который, несомненно, замедлит продвижение его союзников, пытающихся перекрыть дороги, по которым французы могут отступить в Испанию.

Они уже поставили им преграду в Амаранте, но северные горы раскинулись широко… А армия Уэлсли, одержав триумфальную победу в Опорто, будет преследовать французов, выдавливая их, словно поршень, навстречу португальской армии. Уэлсли снова вперился взглядом в карту: