Чтение онлайн

— Не говорил и не собираюсь.

— Ну-у… Хенг, так не честно! Я же тебе рассказала.

— А я не обещал, что буду делиться откровениями. Тебе ещё поместье осталось отработать, а вдруг после этого решишь сбежать к другому бессмертному и выдашь ему все мои тайны?

— Эй! — отпустив его локоть, она упёрла руки в бока и с возмущением засопела. — Я уже как минимум отработала половину поместья!

— Только персидский ковер.

— Не только! — продолжала она раздувать щеки. Это смотрелось настолько забавно, что Чжао не удержал улыбки.

— Ладно, ещё стул и половинку стола в кабинете.

— Сатрап! Эксплуататор! Трудового законодательства на тебя нет! Да одна только моя смерть стоит десяти поместий.

— Не стоит. Цена хорошо обученной рабыни двадцать динариев. Девчонка вроде тебя потянет максимум на десять. Это максимум пятая часть цены хорошей виллы вроде моей бывшей.

— Не путай виллу в центре Рима и в захолустье вроде Арии. Я, между прочим, не просто так под видом мальчишки болталась среди народа. Эх… — вырвался у неё тяжкий выдох. — Ладно, я уже и на ребёнка согласна, но как бы проще было быть хотя бы мальчиком, а не девочкой.

— Не проще.

— Проще!

— Не в Римской империи с любовью их солдат к симпатичным мальчикам, которая превышает таковую к маленьким девочкам. Раз ты такая подкованная, то должна знать основные правила римлян. Старший по положению может трахнуть любого нижестоящего. Солдат может отжарить любого простолюдина или раба. Офицер то же самое, плюс любого солдата. Старший офицер аналогично, но ещё и офицерам может присунуть. И лишь Цезарь может выебать любого. А старших не положено. Если солдат совершит акт сексуального насилия к офицеру — ему неотвратимо грозит смертная казнь. Если по обоюдному согласию — убьют обоих, поскольку не положено младшему быть альфой.

— Рабов нельзя! — возразила Дина. — Они же чьё-то имущество.

— И что с того? Максимум тот же солдат может заплатить штраф за порчу чужого имущества, и то, если бы ты была рабыней гражданина Рима равного или вышестоящего положения. А я не гражданин Рима, следовательно, никаких прав в этой стране не имею и даже компенсации не получу.

— А если солдат захочет трахнуть тебя? — прорезалось в её голосе веселье.

— Если он гражданам имеет право присунуть, то уж не гражданам и подавно. Вот только тогда нам придётся очень быстро драпать от легионеров, поскольку я его сразу убью.

— Страшная страна, — дёрнула плечами Дина. — Куда ни глянь — кругом одни пидарасы!

— Что я слышу? Дина, куда же подевалась твоя толерантность?

— В жопу толерантность! Только оказавшись в прошлом, я осознала, что чёрные в штатах были неправы. Они требовали особых прав и громко вопили о дополнительных преференциях только на основании того, что их предки были в рабстве у белых. И лишь у римлян я поняла, что такое настоящая толерантность — они берут в рабство всех подряд, несмотря на цвет кожи, волос и прочие признаки. Если бы тут дети вольноотпущенников подобное себе позволили — им бы пришёл конец.

— Вижу, у тебя накопилось…

— Да задолбало всё! — девчонка пнула подвернувшийся под ногу камень, отчего тот моментально отлетел в придорожные кусты и спугнул какую-то пташку, которая навела шороха хлопаньем крыльев. Дина вздрогнула и шёпотом добавила: — Задолбало…

— Не так всё плохо. Ты могла бы перед смертью не окончательно свихнуться, а слегка, и на всю короткую жизнь осталась бы дурочкой. А так тебе мозги вправило.

— Думаешь, так могло быть?

— Уверен, что да. И вообще, что тебе не нравится? Посмотри вокруг, какая природа! Экологически чистый воздух, натуральные продукты, одежда и вещи настоящий хендмейд.

— В гробу я видела это всё! — с ненавистью обвела она взором тёмные деревья. — Раньше я была бодипозитивной, сейчас вечный ребенок… Ну почему так не везёт?

— Бодипозитивной? Кажется, это старый американский синоним слова жирдяй…

— БОДИПОЗИТИВНАЯ! — разозлилась Дина, но в следующий миг из её глаз хлынули слёзы. Растирая их, она тише продолжила: — Да, я была толстой! Доволен?

— И чего ты заводишься, женщина? — снисходительно посмотрел на неё сверху вниз Хенг. — Вокруг полно мужиков, которые худышке предпочтут полную девку. Да таких большинство.

— Это сейчас, а в будущем всё было не так, — продолжила она смахивать слёзы и шмыгнула носом. — Думаешь, я мужика не хотела? Хотела! А они на меня ноль внимания. Познакомилась с одним, пригласила его домой… Ну как домой. Мы с двумя подругами снимали квартиру. Я сама готовить тогда не умела — питалась в ресторанах быстрого питания. А накануне подруга сказала, что мужики любят домашнюю кухню. Я попросила её приготовить что-нибудь вкусное для мужика. Дура! Лучше бы пиццу заказала.

— Что-то пошло не так?

— Всё! Всё пошло не так. Нет, вначале всё было отлично. Он пришёл, я ему тут же предложила поесть. Он с удовольствием умял жареную картошку с грибами, нахваливал блюдо. А потом мы пошли в спальню, у нас уже всё было в самом разгаре, как он неожиданно замер, выпучил глаза и метеором соскочил с меня. Через мгновение он засел в толчке и оттуда начали раздаваться вулканические взрывы! Он два часа не вылезал из толчка, а я… Я валялась на полу от смеха и не могла закончить ржать. Мы с ним через дверь перекрикивались. Он спрашивал, кто готовил еду? Я честно призналась, что подруга. В общем, когда он выбрался из санузла, я выдохлась от смеха и уже ни у кого из нас не было желания продолжать.

— Один случай не показатель, — давил улыбку Чжао.

— Не один!!!

— Да ладно? — приподнял он брови. — Что, ещё раз такое было?

— Я пригласила другого парня. Первому я после того случая не могла смотреть в глаза, сгорая от стыда. На этот раз парень был худой и низкого роста, но он явно был из любителей бодипозитивных девушек.

— Толстушек.

— Да, толстушек! — слёзы перестали течь, но Дина недовольно засопела. — Не перебивай. На этот раз я решила, что никакой домашней еды. Вместо этого купила выпивки и заказала суши из ресторана. Мы хорошо посидели. Даже очень хорошо. И вот дошло до постели. Я снизу — он сверху, всё было хорошо, даже отлично, пока…