Халява
Шрифт:
— Серега! Патроны! — заорал он, нервно отщелкивая магазин.
— Сейчас! — Я бросил свой автомат майору и материализовал два полных магазина. Передать Петрушину я их не успел — едва замолчали выстрелы твари бросились в атаку. Наше жалкое сопротивление было сломлено в мгновение ока. Получив по голове жестким костяным ребром крыла, я отключился.
Очнулся я на полу большого зала. Рядом со мной лежали вповалку мои друзья и товарищи по несчастью.
— Вадимыч, ты как? — спросил меня Сидоренко, видимо, пришедший в себя несколько раньше.
— Бывало и хуже, — криво усмехнулся я. — Куда это нас притащили?
— Не знаю? — Сидоренко пожал плечами. — Но место странное… Стены словно оплавленные. Это ж какую нужно температуру, чтобы камень потек?
— А что там? — Я указал в дальний конец зала, скрытый словно завесой мутного тумана.
— На трон похоже, — произнес Сидоренко.
— Вот мля! — выругался я. — Неужели это твари Горчевского? Если так, то нам всем хана!
— Подожди пока паниковать, — сказал майор. — Если нас сразу эти твари не кончили, а ведь легко могли, то значит, зачем-то мы ему нужны.
— Да я и не паникую. Устал уже дергаться…
— Живы, ребятки? — подал голос Кузнецов.
— Живы, Владимир Николаевич! — обрадовал генерала Сидоренко. — Только Славка еще в отключке. Ему, видать, больше всех досталось… Но живой — это факт!
— Добре! — проскрипел Кузнецов, с трудом поднимаясь на ноги. — Где это мы? — повторил он мой вопрос, оглядываясь по сторонам. — Ну, не в казематах, и ладно!
— Не известно еще, что лучше! — не согласился Сидоренко. — Казематы как-то привычнее. А здесь…
— Ох, е-мое! — ожил Слава. — Башка-то как трещит!
— Славка! Живой? — Я подскочил к Петрушину, помогая ему подняться на ноги с кривого ноздреватого пола.
— Ох-ох, что ж я маленький не сдох? — Петрушин схватился за голову руками.
— Сейчас… — Генерал прикоснулся к вискам Славы кончиками пальцев. Через минуту бледное лицо Петрушина порозовело.
— Фух! Отпустило! — произнес он, когда Кузнецов отнял руки от его висков. — Владимир Николаевич, да вы просто кудесник какой-то!
— Это все, что я могу на данный момент, — ответил генерал.
— Как будем выбираться? — Боль отпустила лейтенанта, и он тут же развил бурную деятельность по обследованию места нашего заточения. — Дверей-то нет!
— Вы хотите покинуть это гостеприимное место? — Туман, застилающий трон, словно ветром сдуло, и там обнаружился уродливый субъект, как две капли воды похожий на тварей, что напали на нас на дороге. — Даже чаю не попьете? — Он еще и надсмехается!
— Слушай ты, урод… — Мне уже осточертели приключения, и я, безбоязненно приблизился к трону.
— Сергей Вадимович, ну зачем же так нервничать? — оглушительно рассмеялось существо, уменьшаясь в размерах. Съеживаясь, тварь приобретала знакомые черты, трансформируясь в маленького чернявого человечка азиатской наружности.
— Ашур Соломонович? — Не поверил я своим глазам.
— Собственной персоной! — произнес бывший хранитель кольца.
— Так это ваши… Нас сюда…
— Мои, — вздохнул демон. — Вы уж на них зла не держите, они лишь исполняли мой приказ… Таким вот Макаром.
— Блин, а поаккуратнее нельзя было? — возмущенно произнес Слава. — Могли ведь и живыми не донести!
— Они не привыкли церемониться со смертными, — пояснил Ашур Соломонович. — От них они не видели ничего хорошего. Так уж сложилось. — Он виновато развел руками. — Что же вы, Сереженька, натворили? Я же вас предупреждал!
— Так вышло! — Я не стал отпираться.
— Вы уничтожили артефакт, который я считал неуничтожимым.
— Но ведь вы освободились от заклятия, наложенного на вас Соломоном. Сейчас вы абсолютно свободны от каких-либо обязательств…
— Так-то оно так, — криво усмехнулся азиат, — но… Освободившись от ошейника, я поставил под удар всех моих родичей…
— Я не понимаю, как это могло произойти, — признался я.
— А я могу лишь предполагать, — сказал бывший хранитель. — Когда перстень перестал существовать, я едва не потерял рассудок… Трансформировавшись в свой истинный облик, я переместился домой… Но, моя связь с утраченным артефактом была настолько сильной, что наши миры слились воедино. А это очень и очень плохо! Ваша борьба с Горчевским раскачало реальности. Они стали нестабильными, законы в них меняются, чуть ли не ежедневно. Сколько еще просуществует эта нестабильная ветвь, трудно предсказать… Возможно, мы погибнем уже завтра.
— И что же вы мне предлагаете сделать? Я ничего не могу исправить… Хотя, если бы Горчевский согласился, то, возможно, в гамбите… Но где мне его найти? Владимир Николаевич не смог…
— Горчевский у меня, — сказал Асур. — Правда, он до сих пор без сознания. Но жив. Мои подданные нашли его раньше вас.
— А ты, оказывается, крутой чувак, Ашур Соломонович, — между делом заметил я. — Мои подданные, трон…
— Соломон выбирал для своих целей самого сильного духа! — не без гордости произнес азиат. — Я, если перевести на язык смертных, царского рода! Но это сейчас не имеет значения! Главное — спасти наши миры!
— Это я понимаю, — согласился я. — Но как бы опять не напортачить! Да и что ожидать от Горчевского? Он ведь на всю голову долбанутый. Очкую я, Соломоныч.
— Хорошо, что ты понимаешь всю ответственность.
— Я и раньше понимал. Но делов натворить успел. Может, само все устаканиться, а?
— Вот это вряд ли, — не поддержал меня бывший хранитель. — Рано или поздно система не выдержит колебаний и разрушится. Мы все перестанем существовать. А мне это не нравится! Я только-только освободился, и хочу пожить в свое удовольствие!