Халява
Шрифт:
— Это очень большие деньги…
— Так давайте поможем друг другу! — Я давил на редактора, прекрасно понимая его состояние. — Мне очень важно, чтобы романы вышли в тираж в ближайшее время. А вы разве не найдете применение этим деньгам? Соглашайтесь, Андрей Васильевич! Наше с вами сотрудничество принесет свои плоды… И сейчас и в будущем.
— Что ты имеешь ввиду? — спросил Яковлев.
— Если мои прогнозы сбудутся, вы, Андрей Васильевич, в скором времени озолотитесь. Еще год-другой… Помяните мое слово… Сейчас вы поможете мне, а в будущем я помогу вам! Большего, к моему величайшему сожалению, я не могу вам сказать. Ну что, по рукам?
Яковлев смотрел на меня как на умалишенного, сбежавшего из сумасшедшего дома. Но видимо было что-то в моих словах, и во всем моем поведении что-то такое, что мешало ему дать отрицательный ответ.
— Так по рукам, Андрей Васильевич? — не ослаблял я давление.
— Ты просто Змей-Искуситель! По рукам! — сдался, наконец, Яковлев.
— Правильный выбор! Вы не пожалеете… Да, когда понадобятся качественные переводы заграничной фантастики, можете смело обращаться ко мне.
— А почему ты думаешь, что они понадобятся? — не понял Яковлев.
— Сами все поймете… Через год-другой. Итак, когда ожидать тираж?
— Ну, мне нужно согласовать… За месяц-другой, думаю, управлюсь.
— Отлично! Тогда до скорой встречи, Андрей Васильевич. Новый роман, я думаю, будет готов через два-три месяца, как раз к выходу дебютных… С вами приятно работать!
После того, как я покинул кабинет главного редактора, Яковлев еще долго раздумывал, каким образом он поддался на уговоры этого странного, слегка сумасшедшего юнца. В конце концов, он махнул на все рукой — дел на сегодняшний день у него было запланировано много.
Глава 8
Май 1990 г.
Терпкий запах распустившейся черемухи наполнял родной поселок. Я вдыхал этот тягучий аромат весны полной грудью и не мог надышаться всласть. Черт, как же хороша жизнь! Я поднес руку с кольцом к лицу и подышал на изумруд. Холодный камешек вмиг запотел. Я любовно протер минерал полой рубашки, полюбовался игрой света на гранях изумруда и привычно выдернул из воздуха зажженную сигарету. С наслаждением выпустив в воздух струю сизого табачного дыма, я неспешно пошел вдоль деревянных домов частного сектора поселка. Местами деревья, росшие по обеим сторонам узенькой улицы, переплетались ветками, закрывая чистое, без единого облачка, бирюзовое небо. Легкий ветерок шевелил по-весеннему яркую, изумрудную листву, еще не успевшую потемнеть. Сквозь молодые клейкие листочки просвечивало радужное весеннее солнце. С пышных цветущих кисточек ветерок срывал маленькие белые лепестки и кружил их в воздухе. Я поневоле залюбовался открывшейся мне картиной — это было действительно красиво. Начать, что ли писать картины? Может и таким талантом меня наградил перстенек? Неожиданно пасторальную деревенскую тишину нарушил рев мотоциклетного движка. На улочку, по которой я неспешно прогуливался, из ближайшего проулка вылетел мотоциклист. Запищали тормоза, мотоцикл — дорогой японский агрегат "Ямаха", пошел юзом и остановился от меня буквально в нескольких сантиметрах.
— Ты чего, урод, охренел совсем?! Шумахер сраный! — перепугано заорал я на безбашенного гонщика. Хорошее настроение стремительно куда-то улетучилось.
Мотоциклист сдернул с головы шлем с черным тонированным стеклом, и я с удивлением узнал своего дружбана и однокашника Ваську Шиханова.
— Серега! Братан! — заорал Васек, глуша движку и приваливая чудо японской техники к ветхой ограде. — Ништяк, что вернулся! — Корефуля обнял меня и принялся ощутимо хлопать мне руками по спине.
— Ладно, хорош! Я тоже рад тебя видеть! — Сменил я гнев на милость. — Тебе чего, совсем башню снесло от такого драндулета? Мог ведь и задавить! — попенял я старому другану. — Кстати, где взял?
— А! — Васька расплылся в довольной улыбке. — Где взял, там уже нету! Помнишь Вадьку Симонова? Ну, он лет на семь нас старше учился…
— Смутно, — признался я.
— Он мореходку закончил. Сейчас во Владике… В загранку ходит. Из Японии эту "Ямаху" притащил…
— Понятно, — хмыкнул я, зная тягу дружбана к мотоциклам, — уломал, значит, Симонова?
— Уломал. Я ему такие деньжищи отвалил. Все лавандосы, что мы с тобой на фарце подняли. Эх, было времечко! — вздохнул Васек.
— Значит, ты ща на мели? — правильно расшифровал я вздох Васька.
— Полный ноль! — подтвердил Шиханов. — Слушай, Серж, а ты домой надолго? — В его голосе сквозили нотки надежды. — Мож, успеем замутить чего?
— Не, Васек, я на пару недель, не больше. У меня в столице дела…
— Понимаю, — вновь вздохнул Васек. — Ты ж теперь известный писатель! Твоими книжками вон, даже наш книжный забит… Слушай,
а писатели нормально поднимают?
— Не жалуюсь. — Я улыбнулся в ответ. — Хватает. У тебя-то как дела?
— Ну, то, что я на мели — ты уже знаешь… А так, как обычно: школа.
— Поступать куда думаешь?
— Да не буду я никуда поступать! — отмахнулся Васек. — Пойду к отцу на завод…
— А вот это ты брось! — неожиданно произнес я. — Ты ж не дурак, Васек. На кой тебе в деревне киснуть?
— Да неохота мне больше учиться, — признался Васька. Звезд с неба он и, правда не хватал, но аттестат у него должен быть не лучше, но и не хуже, чем у среднестатистического школьника.
— Васек, можешь мне поверить, но у тебя талант…
— Это какой же? — Васька блеснул ровными крепкими зубами.
— Ты прирожденный коммерсант! А за торговлей будущее. Есть у меня на тебя планы, — признался я Ваське. — Но не сейчас. Через пару-тройку лет, когда сам укреплюсь…
— Серьезно? Подтянешь к себе? — После нашего прошлогоднего бизнеса и моей писательской карьеры, Васек считал меня непререкаемым авторитетом.
— Обязательно подтяну, — обнадежил я его. — Только взамен ты в институт поступишь… В торговый, на экономический факультет.
— Так это ж, — опешил Васька от того, как быстро я все решал за него, — тогда мне к экзаменам готовиться нужно. Я ведь в школе так, в потолок плюю… Думал на завод…
— В институт я тебя и без экзаменов пропихну, — пообещал я. — Есть и средства, есть и люди нужные…
— Серж, а зачем это тебе?
— Понимаешь, у меня большие планы на будущее. А значит, мне понадобятся специалисты, настоящие профессионалы. А высшее образование дает хорошую базу, чтобы мозги работали…
— Мля, Серега, так я мамку обрадую! Она спит и мечтает, что я настоящим интеллигентом стану… С высшим образованием…