Чтение онлайн

– Неужели это возможно? – протянув руку вперед и погладив меня по щеке, мать сквозь слезы не могла поверить моим словам.

– Возможно, но не для всех, далеко не для всех, - обозначил я существующее положение дел.

– У нас нет таких денег, - даже не спрашивая сколько, мама грустно улыбнулась.

– Ну, сотрудникам положены скидки, - ввернул я «избитую» фразу, вызвав улыбку даже на суровом лице отца.

– Нет, не надо, потом, - согласная, но испытывающая естественный страх перед неизвестным, мама пошла в отказ.

– Поздно, я уже запустил процесс, ингредиенты потрачены и если через два часа их не использовать, то они пропадут и с меня за них спросят, - как бы мне не хотелось, но «ложь во благо» все же пришлось использовать.

– Ну, я, - замялась мама.

– Пошли-пошли, - вставая с колен, я потянул ее за руку: -батя, тоже пошли, там опять раздеваться придется.

– Ох, - думавшая, что с этим покончено, мама вновь принялась переживать из-за пустяков.

Проведя родителей в правое крыло, туда, где раньше было отделение пластики лица, я открыл дверь с почти таким-же интерьером. Отличие этого зала от предыдущего было в меньшей площади и наличии круглого стола с несколькими стульями.

За соседней стенкой помещения располагалась комната с огромной ванной, уже наполненная водой с многократно обнуленной инфоматрицей. Второй этап требовал снять обновленные биополя маминого тела, а затем запустить процесс перенастройки векторов. Находящийся в виртуальности компьютер имел отлаженную программу под эти цели и сейчас простаивал, ожидая ввода данных.

– Мам, заходишь, раздеваешься, ложишься в ванну, - открыв смежную дверь, я приглашающе улыбнулся.

Закончив снимать показания, я попросил маму воспользоваться висящим рядом с ванной халатом. Махровый и белый, замотавшись в него по самую шею, мама отчего-то застеснялась, выходя из соседней комнаты. Пока она отсутствовала, мы с отцом наладили все к чаю и посидели семейным кругом за имеющимся здесь столиком.

– Ну все, третья фаза, она же и последняя, - пришедший на мой телефон сигнал из облачного хранилища, известил о полученном файле.

– Валя, ну может не надо?
– в последний раз попыталась «передумать» мама.

– Все уже, давай, - кивнув отцу на мать, я молча попросил его помочь.

Неожиданно, как для меня, так и для мамы, он подхватил ее на руки отнес в соседнюю комнату. Раздавшийся из-за двери смех и плеск воды, в который раз подтвердил, что у моих родителей между собой все наладилось.

– Батя, - придержав его за руку, я подождал, пока мама сядет на заднее сиденье подъехавшего за ними такси и, понизив голос, сказал: - через полгода, а лучше раньше, вам надо переехать.

– Это из-за этого? – кивнув за спину, он бросил взгляд на здание клиники.

– Соседи, - озвучил я социальную проблему перенаселенных городов: - неожиданно вернувшуюся к маме молодость не скроешь.

– Да уж, - согласился отец и протянул мне руку.

– Ты кстати тоже заезжай, на следующей неделе, - ответив на крепкое рукопожатие, я посмотрел на сидящую в машине маму: - поправим тебе здоровье, заодно и ее порадуешь.

Повернувшись, отец тоже посмотрел на улыбающуюся мать и хлопнул меня по плечу. Я еще какое-то время постоял на опустевшей парковке, сумбур в мыслях и чувствах, вызванный общением с родителями, постепенно угасал. Циничные и расчетливые планы вновь выползали на передний план и я вернулся назад в клинику, обдумывая завтрашний день.

Глянув в окно своего кабинета, я с равнодушием отметил наступление осени. Немногочисленные кроны деревьев, листья которых было видно из моего окна, окрасились желтыми и красными красками. Наладив работу клиники без своего участия, я сам себя исключил из «жизни» коллектива. Впрочем, «Эластик групп» еще не вышла на заложенные в нее мощности, только одно отделение, восстановления зубов, работало и приносило прибыль. Весь второй этаж простаивал, я никак не мог решится запустить маховик рекламы предоставляемого сервиса омоложения.

– Ну, и чем ты тут занимаешься? – предупрежденный о приходе Альбины, я не сильно удивился тому, что она вошла в кабинет без стука.

– Вот, любуюсь на красоток! – кивнув на россыпь фотографий, лежащих на столе, ответил я.

Подойдя, девушка взяла в руки глянцевые картинки и внимательно принялась их рассматривать. Дойдя до последней фото, она перевела свой взор на мое лицо и в задумчивости чуть склонила голову на бок.

– А где другие, те, что до лечения? – съемка велась на одном и том же фоне, косвенно подсказав, что фото девушек делали в клинике.

– Там, - кивнув на край стола, где лежала плотная папка, я отвернулся к окну.

Присев в кресло, девушка принялась по новой рассматривать фотографии, на этот раз сравнивая изображения до и после. Иногда она возвращалась к уже просмотренным фото, выискивая только одной ей понятное в чужой женской внешности.

– Я признаться удивлена, что ты еще не заперт в каком-нибудь подвале, рассказывая «добрым» дядям под пытками, как ты это делаешь, - вернув все фото на место, Альбина по своему оценила мои изыскания.

– Ну, наверное добрые дяди боятся твоего папы и не трогают его протеже, - ответил я.

– А мой папа, он вообще в курсе, что ты его протеже? – выразительно выгнув бровь, девушка ухмыльнулась: - насколько я знаю, он считает, что с тобой полностью в расчете.

– Гхм, - не ожидая такое услышать, я решил попросить: - Аль, можешь помочь и организовать с ним встречу?

– Аль? – еще больше изогнув свою бровь, девушка уставилась на меня в возмущении.

– Мне нравится именно это звучание твоего имени, - пояснил я и произнес его еще раз: -Аль.

Девушка молчала больше минуты, после чего открыла свою сумочку и достала мобильный телефон. Набрав номер, она откинула прядь волос, отстриженную в свое время в порыве эмоции, а теперь отрастающую слишком медленно и постоянно лезущую в глаза.

– Па? Я решила познакомить тебя со своим парнем! Если тебе это интересно, то мы приедем через два часа! – в голосе Альбины звучал вызов и решительность.