Грубиян
Шрифт:
Пообедаю, дальше видно будет. Бокс сегодня. Латышев против Апорина. Я уже и ставочку сделал у букмекеров на Апорина. Пусть только попробует просрать мои деньги, узколобый!
Вернулась Марина, и Саня, как раз, спустился.
– Мы поехали! Не будем вам мешать! – сообщила нам Марина, положив листы бумаги и ручку на журнальный столик.
– Пока, Марин! – подала голос Таня.
Хоть разговаривать умеет, а то я уже волноваться начал за девчонку. Голос, между прочим, красивый. Не писклявый, а, напротив, с легкой хрипотцой, глубокий.
Я попрощался с Борисовыми, проводив их до дверей, раз пятьсот поблагодарив друзей за помощь. Хорошие они все-таки ребята! Пользуясь моей добротой, наглая семейка напросилась ко мне на шашлыки в следующие выходные. Не хотел я никого видеть, но согласился из вежливости. Потом скажу, что плохо себя чувствую, и все! Делов-то!
Когда я повернулся к Тане, она уже сидела на диване с договором в руках, читала его с умным видом! О, нет! Нельзя ей читать такое! Ни в коем случае!
Я бросился к дивану, крутя колеса так быстро, как только мог, и выхватил у девушки бумаги. Она вздрогнула от неожиданности, но я снова улыбнулся и она расслабилась.
– Давайте, Танечка, скорее покончим с этой волокитой! – глядя Тане прямо в глаза, сказал я и всунул ручку в ее дрогнувшие пальцы.
– Может быть вы желаете взглянуть на мой диплом? – спросила она. – Я взяла с собой все документы.
– Это лишнее! – заверил я бабу Таню, потому как лечиться не собирался, а у нее, тем более!
Для других целей мне помощница нужна. Таблетки я и без нее выпить могу. Че я маленький что ли? Или глупенький?
Девчонка расписалась на обоих экземплярах нашего трудового соглашения, и я с облегчением выдохнул. Свой договор я аккуратненько сложил в несколько раз и спрятал в кармане штанов.
Все! Ура!
– Роман Николаевич, – обратилась ко мне баба Таня. – Меня интересует аванс. Вы бы могли мне перевести его прямо сейчас?
– Легко! – пожал плечами я и достал телефон. – Двадцать тыщ хватит?
– Я бы хотела половину, – с нажимом сказала девушка.
– Сто пятьдесят? – уточнил я. А у нее губа не дура! Особенно нижняя! Пухленькая такая, аппетитная!
– Нет, – покачала она головой. – Половину за весь контракт. Это четыреста пятьдесят получается! Правильно?
Таня облизнула раскатанную губу, проведя по ней остреньким кончиком языка, и я завис на девичьем ротике. Хоть и страшная, в рот дать можно! Девчонка облизнула губы еще раз, и я представил, как этот влажный язычок точно так же слизывает с розовых пухленьких створок мою сперму.
Ох, блять! У меня член встал! Да так резко, что неловко стало перед пугалом. Он у меня парень не из робких, а может голодный просто, раз такую страшилу не испугался.
Дальше за меня все решал член. Это он открыл приложение в телефоне, это он спросил у Тани реквизиты карты, а потом он же перевел ей почти что пол ляма.
Телефон сташилы радостно пиликнул, оповещая хозяйку о несметном, по меркам врачихи, богатстве, и Таня полезла в сумочку, чтобы проверить мою щедрость. Она посмотрела на экран мобильника, вторя мне, вздохнула с облегчением и поднялась на ноги, нервно теребя свою сумочку в руках.
Девчонка хотела что-то спросить и уже открыла свой розовенький ротик, напрашивающийся на мой хер, но я ее опередил.
– Пожарь мне куриных крылышек! – распорядился я, плюхаясь на освободившийся диван. – И пивка холодненького принеси! Кухня там! – махнул я рукой в сторону. – Живее, баба Таня! – поторопил я растерявшуюся девушку. – Твой хозяин кушать желает!
Пусть накормит меня сначала, а потом, если я буду в хорошем настроении, разрешу ей потрогать свою красоту! Только ртом, естественно!
6. Таня
Сказать, что я охренела – это ничего не сказать! Меня, как будто из реальности выбило на несколько секунд, вырубило, как робота, у которого сели батарейки или он завис и начал перезагрузку. Я принялась отматывать нашу встречу с Романом обратно на начало.
Расквасилась я, конечно, засмотревшись на этого красавца, аж в трусы потекло, вот проводку и коротнуло. Мне так не терпелось остаться с Романом наедине и узнать его поближе, что когда Борисовы в спешке слиняли, я была только рада. С этим охрененным мужиком я забыла обо всем на свете: и о том, что я, как бы, на работе, и о том, что субординация у меня всегда была во главе угла, и о том, как нелепо я выгляжу, не привлекательно и не сексуально.
Я же сама хотела придать себе деловитости? Дура! Надо было юбку покороче нацепить и декольте до пупа, потому что Роман на меня даже не смотрит! Зачем мне понадобилось, чтобы и он на меня обратил внимание, я ответить затрудняюсь. Это какое-то неуместное, но непреодолимое желание понравиться мужчине. Именно этому, а не какому-то другому.
Бабы на Морозова, должно быть, сами вешаются? Он привыкший к такому повышенному вниманию со стороны женщин? О, да! Я бы и сама не прочь на нем повиснуть! Марина, кстати, упоминала о том, что Морозов, возможно, будет ко мне приставать. Когда уже начнет?
У меня секса хорошего, качественного давно не было. Это из-за этого я готова из трусов выпрыгнуть? Я почувствовала себя развратной, голодной шлюшкой, но это не вызвало у меня чувства стыда или неловкости. Напротив, я загорелась, как порох! Того и гляди, рвану!
Когда Роман перевел мне деньги, я вообще чуть с ума не сошла! Я думала, что моего работодателя придется уговаривать, объяснять потребность в авансе, плакаться о том, как тяжело живется одиноким врачам…
А он, хоп, и перевел мне почти полмиллиона! Что за мужчина! Вот это мне свезло, так свезло!