Гроза
Шрифт:
Карандышев. Нет, нет! я положительно запрещаю.
Лариса. Вы запрещаете? так я буду петь, господа.
Карандышев, надувшись, отходит в угол и садится.
Паратов. Илья!
Илья. Что будем петь, барышня?
Лариса. «Не искушай».
Илья (подстраивая гитару). Вот третий голос надо! Ах, беда! Какой тенор был! От своей от глупости. (Поют в два голоса.)
Не искушай меня без нужды
Возвратом нежности твоей!
Разочарованному чужды
Все обольщенья прежних дней.
Все различным образом выражают восторг. Паратов сидит, запустив руки в волоса. Ко второму куплету слегка пристает Робинзон.
Уж я не верю увереньям,
Уж я не верую в любовь
И не хочу предаться вновь
Раз обманувшим сновиденьям.
Илья (Робинзону). Вот спасибо, барин. Выручил.
Кнуров (Ларисе). Велико наслаждение видеть вас, а еще больше наслаждения слушать вас.
Паратов (с мрачным видом). Мне кажется, я с ума сойду. (Целует руку Ларисы.)
Вожеватов. Послушать да и умереть – вот оно что! (Карандышеву.) А вы хотели лишить нас этого удовольствия.
Карандышев. Я, господа, не меньше вашего восхищаюсь пением Ларисы Дмитриевны. Мы сейчас выпьем шампанского за ее здоровье.
Вожеватов. Умную речь приятно и слышать.
Карандышев (громко). Подайте шампанского!
Огудалова (тихо). Потише! Что вы кричите!
Карандышев. Помилуйте, я у себя дома. Я знаю, что делаю. (Громко.) Подайте шампанского!
Входит Евфросинья Потаповна.
Евфросинья Потаповна. Какого тебе еще шампанского? Поминутно то того, то другого.
Карандышев. Не мешайтесь не в свое дело! Исполняйте, что вам приказывают!
Евфросинья Потаповна. Так поди сам! А уж я ноги отходила; я еще, может быть, не евши с утра. (Уходит.)
Карандышев идет в дверь налево.
Огудалова. Послушайте, Юлий Капитоныч!.. (Уходит за Карандышевым.)
Паратов. Илья, поезжай! Чтоб катера были готовы! Мы сейчас приедем.
Илья уходит в среднюю дверь.
Вожеватов (Кнурову). Оставим его одного с Ларисой Дмитриевной. (Робинзону.) Робинзон, смотри, Иван коньяк-то убирает.
Робинзон. Да я его убью. Мне легче с жизнью расстаться!
Уходят налево Кнуров, Вожеватов и Робинзон.
Явление двенадцатое
Лариса и Паратов.
Паратов. Очаровательница! (Страстно глядит на Ларису.) Как я проклинал себя, когда вы пели!
Лариса. За что?
Паратов. Ведь я – не дерево; потерять такое сокровище, как вы, разве легко?
Лариса. Кто же виноват?
Паратов. Конечно, я, и гораздо более виноват, чем вы думаете. Я должен презирать себя.
Лариса. За что же, скажите!
Паратов. Зачем я бежал от вас? На что променял вас?
Лариса. Зачем же вы это сделали?
Паратов. Ах, зачем! Конечно, малодушие. Надо было поправить свое состояние. Да бог с ним, с состоянием! Я проиграл больше, чем состояние, я потерял вас; я и сам страдаю, и вас заставил страдать.
Лариса. Да, надо правду сказать, вы надолго отравили мою жизнь.
Паратов. Погодите, погодите винить меня! Я еще не совсем опошлился, не совсем огрубел; во мне врожденного торгашества нет; благородные чувства еще шевелятся в душе моей. Еще несколько таких минут, да… еще несколько таких минут…
Лариса (тихо). Говорите!
Паратов. Я брошу все расчеты, и уж никакая сила не вырвет вас у меня; разве вместе с моею жизнью.
Лариса. Чего же вы хотите?
Паратов. Видеть вас, слушать вас… Я завтра уезжаю.
Лариса (опустя голову). Завтра.
Паратов. Слушать ваш очаровательный голос, забывать весь мир и мечтать только об одном блаженстве.
Лариса (тихо). О каком?..
Паратов. О блаженстве быть рабом вашим, быть у ваших ног.
Лариса. Но как же?
Паратов. Послушайте: мы едем всей компанией кататься по Волге на катерах – поедемте!
Лариса. Ах! а здесь? Я не знаю, право… как же здесь?
Паратов. Что такое «здесь»? Сюда сейчас приедут: тетка Карандышева, барыни в крашеных шелковых платьях, разговор будет о соленых грибах.
Лариса. Когда же ехать?
Паратов. Сейчас.
Лариса. Сейчас?
Паратов. Сейчас или никогда.
Лариса. Едемте.
Паратов. Как, вы решаетесь ехать за Волгу?
Лариса. Куда вам угодно.
Паратов. С нами, сейчас?
Лариса. Когда вам угодно.
Паратов. Ну, признаюсь, выше и благородней этого я ничего и вообразить не могу. Очаровательное создание! Повелительница моя!
Лариса. Вы – мой повелитель!
Входят Огудалова, Кнуров, Вожеватов, Робинзон, Карандышев и Иван с подносом, на котором стаканы шампанского.
Явление тринадцатое
Огудалова, Лариса, Паратов, Кнуров, Вожеватов, Робинзон, Карандышев и Иван.
Паратов (Кнурову и Вожеватову). Она поедет.
Карандышев. Господа, я предлагаю тост за Ларису Дмитриевну.
Все берут стаканы.
Господа, вы сейчас восхищались талантом Ларисы Дмитриевны. Ваши похвалы – для нее не новость; с детства она окружена поклонниками, которые восхваляют ее в глаза при каждом удобном случае. Да-с, талантов у нее действительно много. Но не за них я хочу похвалить ее. Главное, неоцененное достоинство Ларисы Дмитриевны – то, господа… то, господа…
Вожеватов. Спутается.
Паратов. Нет, вынырнет, выучил.
Карандышев. То, господа, что она умеет ценить и выбирать людей. Да-с, Лариса Дмитриевна знает, что не все то золото, что блестит. Она умеет отличать золото от мишуры. Много блестящих молодых людей окружало ее; но она мишурным блеском не прельстилась. Она искала для себя человека не блестящего, а достойного…
Паратов (одобрительно). Браво, браво!
Карандышев. И выбрала…
Паратов. Вас! Браво, браво!
Вожеватов и Робинзон. Браво, браво!