Чтение онлайн

– О-о.

– Ловко, да? – Резкий смех. – По-моему, очень.

Эмме было тридцать два. На полголовы ниже Джона. Повернувшись к нему спиной, она рассматривала пустые стены.

– Видимо, мне не стоит расспрашивать тебя о том, что произошло?

– У меня нет ни одного достойного ответа.

– Ну-ну.

Элегантная фигура. Округлые бедра. Красавица.

– Ты так и не ответишь мне? – Она подошла к столу Фрэнка. Походка танцовщицы. Провела рукой по его поверхности, уселась на него, – Как ты?

– Все спрашивают. Я чувствую себя хорошо настолько… Что за идиотская фраза: хорошо, насколько можно. Никогда не думал, что попаду в подобный переплет.

– Да, тебе здорово досталось. – Она покачала головой. – Но с тобой все будет в порядке. Ты не похож на неудачника.

– Неудачника?

– Да. Тебя нелегко сломить. Скоро опять будешь как огурчик.

– Ты начиталась шпионских романов.

– Я не читаю их, и я знаю неудачников. Спроси моего бывшего.

– Уволь меня от этого. Я сильно сомневаюсь, что мы найдем с ним общий язык.

Она скрестила ноги. Очень привлекательные ноги. Короткая юбка открывала колени. Ее голубые глаза блестели.

– Фрэнк… Черт, просто не могу поверить.

– Да уж.

– Это слишком ужасно, чтобы быть правдой.

Они оба помолчали. Потом она заставила себя улыбнуться:

– Хорош Бауман, нечего сказать! Читать инструкции своего помощника вслух! Похоже, он впал в маразм!

– Что-то в этом роде, – сказал Джон.

– Интересно, как ваши парни, а не спецподразделение, собираются получить на материалах Коркорана хорошие отзывы прессы, – заметила она.

– Мы просто распутаем это дело.

Джон позволил себе улыбнуться.

– В какое время мы живем? – сказала она. – Прошло всего лишь два месяца, а взрыв заслуживает уже лишь четвертой страницы.

– Беда в том, что мы живем в интересное время.

– Когда любое событие привлекает внимание лишь ненадолго, – добавила она. – Единственная хорошая новость, что я убедила людей Обета задавать на слушаниях поменьше вопросов, касающихся нераспространения ядерного оружия в Центральной Азии.

– Спасибо, это сильно облегчает нашу задачу.

– Я тоже так считаю, – сказала она.

– Чего добивается твой босс своими нападками на нас? – поинтересовался Джон.

– После шестидесятых годов он не испытывает к ЦРУ теплых чувств. – Она улыбнулась. – Однако его позиция открыта для обсуждения.

– Чувствую, нам придется нелегко.

Они оба принялись рассматривать пустые стены. Возникла неловкая пауза. Джон думал о том, что следует сказать Эмме. Он знал, что она тоже сначала обдумывала слова, которые собиралась ему сказать. В большинстве случаев безо всякой задней мысли. Автоматически. Вообще же они говорили на одном и том же языке. Знали одни и те же песни. Оба выросли в небольших городках, учились в неэлитных школах. В общем, их сближала не только работа.

«Сейчас, – подумал Джон, – необходимо быть крайне внимательным в выборе слов».

– Слушай, ты не в курсе… Фрэнк занимался чем-нибудь особенным для тебя или для твоего босса? – спросил Джон.

– Только не для меня. Почему ты спрашиваешь?

– Я пытаюсь сложить воедино разрозненные куски.

– Я могу тебе чем-нибудь помочь?

Аккуратней. Будь с ней аккуратней.

– Ты хорошо знаешь парня, который работает личным помощником сенатора Фаерстоуна? – спросил он.

– Стива? Его персона интересует разведку?

– Да.

– Знаю немного. Они там все лихие ребята. Работать с ними? Такая новость достойна газетной передовицы, но твой босс не пойдет на это. Конечно, в эти дни никто не захочет разделить с Фаерстоуном газетные заголовки.

Меньше недели назад сенатор Чарльз Фаерстоун и женщина на тридцать четыре года моложе его, задерживавшаяся ранее полицией за проституцию, получили незначительные травмы, попав в аварию.

– Со Стивом все в порядке, – сказала Эмма. – Но его босса сейчас интересует только одно, и это вовсе не надзор за ЦРУ и не законодательная деятельность. Сейчас помощник Фаерстоуна наверняка поставлен перед выбором: или ему удается предотвратить скандал в прессе, или ему придется искать себе другую работу. А почему ты спросил про Стива? – поинтересовалась она.

– Ничего особенного. Я просто не очень хорошо его знаю.

– Ты всегда обманываешь женщин? – спросила Эмма.

– Обманывать всех и каждого – это моя работа.

– Прелестно!

Она улыбнулась. Тонкие губы. Алая помада.

Что делать?

Спросить ее и тем самым втянуть в это дело.

Позволить ей уйти и упустить шанс.

– Есть одно дело, в котором ты могла бы мне помочь. – Он сглотнул.

– Всего лишь одно?

Постарайся лгать не больше, чем это необходимо.

– Просто один парень задал мне странный вопрос.

– Член комитета? Помощник?

– Эй! Могу я иметь некоторые секреты!

– Да ну? Ну и что мне необходимо сделать?

– Он интересовался, известно ли мне что-нибудь о пребывании в Париже американца, которого зовут Клиф Джонсон.

Эмма пристально посмотрела Джону в глаза:

– Никогда про такого не слышала.

– Я тоже. Этот парень не уверен, но он думает, что Джонсон умер в этом году.

– Бурный выдался годок.

– Да, бурный. Мне кажется, что этот ретивый помощник – просто дерьмо собачье. Хочет заставить управление прыгать для него через кольца. Мне бы следовало сразу же подробно расспросить его и вывести на чистую воду. Однако я не сделал этого, а если я начну расспрашивать его сейчас, то буду выглядеть как круглый дурак, а наш офис будет выглядеть некомпетентным.

– Ты вовсе не дурак, – уточнила она.

– Что, если мы сделаем следующее. Твой компьютер соединен с банком данных по газетам библиотеки конгресса?

– А твой как будто нет? – Она еще раз оглядела ободранный офис. – По крайней мере был подключен?

– Здесь такой бедлам… ну, ты знаешь.

– Да. Я знаю. Проклятый мир. – Эмма вздохнула: – Ты хочешь объявить розыск этого Клифа Джонсона?

– Клифа Джонсона, и не надо суеты. Достаточно посмотреть «Интернэшнл геральд трибюн», «Нью-Йорк таймс», парижские газеты, если сможешь.