Чтение онлайн

За последние три года были и другие случаи скоропостижной смерти; однако президент «Магмы» признался Матеру, что сам он начал испытывать необъяснимый, безотчетный страх перед таинственной силой Клина, страх, растущий с каждым месяцем. Хотя неопровержимых доказательств и явных улик у него не было, Сэр Виктор считал, что за это время произошло слишком много таких «несчастных случаев», чтобы можно было считать их чистой случайностью.

Почему же все-таки именно Квинн-Риц, спросил у Сэра Виктора Матер. Какие счеты сводил Клин с вице-президентом своей компании?

Президент корпорации ответил ему, что Клин давно подозревал Квинн-Рица в предательстве. По мнению медиума, именно он выдавал вновь открытые, но еще толком не исследованные месторождения полезных ископаемых конкурирующей фирме. Президент вспомнил, что Клин неоднократно заводил с ним разговор на эту тему, считая Квинн-Рица виновником всех неудач, постигших «Магму» за последнее время; однако в конце концов он обвинил своего личного секретаря, Кору Редмайл — заявление было сделано в узком кругу главнейших лиц корпорации. Однако Сэр Виктор давно привык к необъяснимым колебаниям, к парадоксальным противоречиям в настроениях Клина; он знал, что настоящий глава «Магмы» очень скрытен, осторожен и коварен. Клин вполне мог сделать это ложное признание для того, чтобы усыпить всякие подозрения в душе намеченной жертвы, а также в кругу приближенных к нему лиц. Во всяком случае, смерть Квинн-Рица последовала слишком быстро за последним закрытым совещанием, где Клин указал на Кору Редмайл как на главную и исключительную преступницу, и было бы наивно считать ее трагической случайностью. Тем не менее, за отсутствием улик проверить догадки Сэра Виктора не представлялось никакой возможности. В распоряжении президента «Магмы» и сотрудника «Ахиллесова Щита» были только туманные, неподтвержденные гипотезы и смутные предчувствия надвигающейся беды.

Но и этого оказалось вполне достаточно для Чарльза Матера. С самого начала операции его не покидало ощущение, что события развиваются слишком стремительно и непредсказуемо, и что они дальше будут развиваться совсем не так, как этого ожидают. Зверское убийство Дитера Штура добавило к его тревожным раздумьям изрядную долю горечи, так как пытки, даже с явными признаками садистского извращения, обыкновенно означали, что палачи хотели любыми средствами вытянуть из жертвы важные сведения. Какую же информацию хотели получить убийцы Штура? Очевидно, ту, которая касалась договора «Щита» и «Магмы» об охране жизни Феликса Клина. Действия бандитов были чересчур уж наглыми, однако там, где дело касается очень большой денежной суммы, похитители людей нередко идут напролом. Однако у Матера не было полной уверенности в том, что его агентам придется столкнуться именно с похитителями. Не исключена возможность того, что до сих пор еще не выявленная преступная шайка хотела убить Феликса Клина. Одному Богу известно, какие враги могут быть у этого странного человека.

Из здания «Магмы» Матер отправился прямо к Джеральду Снайфу. Он рекомендовал Управляющему немедленно расторгнуть контракт с «Магмой». После разговора со Снайфом прошло уже несколько часов, однако Матер чувствовал, что его нервное напряжение никак не проходит, скорее наоборот, тревога все возрастает.

Матер включил вентиляцию в кабине, чтобы очистить сильно запотевшее от его дыхания ветровое стекло. Несколько минут ему пришлось вести машину почти вслепую — сквозь пелену хлынувшего с новой силой дождя и мутное стекло он едва мог разглядеть дорогу. Сбавив скорость до самого нижнего предела, он нажал на другую кнопку, и стекло у водительского сиденья опустилось; в окно ворвался влажный ветер, пахнущий грозовой свежестью. Он высунул голову, оглядываясь кругом; струйки дождя стекали по его лицу и волосам. Чуть впереди, с левой стороны, стояла стена, полускрытая густо разросшимся кустарником; справа от дороги тянулся темный лес. Матер быстро спрятался обратно в кабину, вытирая мокрое лицо носовым платком. Блеснувший позади свет отразился в зеркале заднего обзора. Затем огни стали медленно приближаться. Фары автомобиля! Матер заметил, что они мигнули раз, другой... Он с облегчением вздохнул, когда огни погасли — и через секунду вспыхнули в третий раз.

Он дважды нажал на тормоза, таким образом давая понять другому водителю, что сигнал принят. Затем свернул на обочину и остановил машину, поджидая, когда его нагонит другой автомобиль. Из патрульной «Гранады» вылез человек и быстро зашагал к машине Матера.

— Мы не ждали вас, сэр, — негромко произнес агент, когда Матер опустил стекло, наклонившись к прикрытому от дождя щитком окну. Его голос лишь чуть перекрывал шум ливня. — И очень удивились, когда разглядели ваш номер.

— Я несколько раз пытался связаться с вами по радио, — ответил Матер. — Связь прервалась из-за грозы. Никогда еще не видел ничего подобного! Нам пришлось поддерживать контакт с второй патрульной машиной только визуальным путем, после очередного объезда вокруг поместья. Назначали определенное время и место встречи, ждали друг друга. Но что же все-таки случилось, господин Матер? Что привело вас сюда?

— Мы убираемся отсюда. В самое ближайшее время.

— Черт, да вы шутите!

— Боюсь, что нет. А у вас ничего особенного не происходило?

— Нет. Разве что эта проклятая гроза. Видимость в пределах двадцати метров. — Где въезд в поместье?

— Ворота как раз впереди, совсем рядом. Вы почти добрались до них.

— Поезжайте за мной. Я хочу, чтобы вы свернули с дороги.

Оперативник пожал плечами, повернулся и побежал к «Гранаде». Матер завел мотор и медленно двинулся вперед, вглядываясь во мглу за окном, чтобы случайно не проехать мимо ворот. Наконец в густых зарослях кустарника показался просвет, и он свернул туда, направляясь прямо к железным воротам. Неподалеку от них должен быть... Да, действительно, вот и он — громоздкий темный силуэт, возвышающийся над неровными верхушками кустов и деревьев, очевидно, был домиком сторожа. В окнах не горело ни огонька. Погоди, лежебока, скоро тебе придется вылезти из постели — если, конечно, ты сидишь дома.

Матер включил фары своей машины на полную мощность, одновременно нажимая на кнопку гудка.

Молния ярко сверкнула, залив неровным, дрожащим светом сторожку у ворот. Матер прищурил глаза. Что за темные фигуры шевелились у крыльца? Может быть, они просто почудились ему?

Патрульная «Гранада» остановилась позади машины Матера, и Плановик потянулся за своей тростью, открыв дверцу. Двое мужчин догнали его у ворот.

— Есть там кто-нибудь? — спросил Матер, указывая концом трости на темное двухэтажное здание.

— Там должен быть привратник, — ответил один из агентов, — он отворяет и запирает ворота. Хотя мы ни разу никого не видали ни в доме, ни у ворот.

Матер легонько толкнул одну створку — она со скрипом приоткрылась.

Трое мужчин переглянулись.

— Что-то здесь не так, — сказал Матер.

— Может, сторож оплошал?

Матер покачал головой.

— Я пойду взгляну. А вы разыщите вторую машину, предупредите остальных и немедленно возвращайтесь сюда.

— Но нам не дозволено пересекать...

— Забудьте об этом. Вы отправитесь следом, как только вернетесь обратно. Фил, вы нужны мне, пересядете в мою машину.

— Хорошо, сэр.

— Не лучше ли сперва дождаться другой патрульной машины? — озабоченно спросил второй агент.

Матер помедлил с ответом, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Так поезжайте и привезите их сюда! — отрывисто приказал он. — Фил, откройте ворота.

Прихрамывая, он пошел к своему автомобилю; один из агентов остался у ворот, распахивая настежь обе створки, а другой сел за руль «Гранады» и, дав задний ход, выехал обратно на проселок.

Матер неуклюже забрался в кабину, тяжело опустился на водительское кресло. Одежда его промокла насквозь. Он старался не думать о той ужасной боли в раненной ноге, которая будет мучить его завтра. Он въехал в ворота и притормозил, подождав, пока его подчиненный не усядется на заднее кресло.

— Боже, что там творится возле дома?

Матер посмотрел вперед, куда указывал его товарищ. Неясные фигурки скользили сквозь туман, двигаясь бесшумно под дождем.

— Собаки, — сказал оперативник. — Должно быть, это сторожевые псы. Странно, они до сих пор не попадались мне на глаза.