Гримниры
Шрифт:
— Ты нарываешься, — резко сказал Эндрис.
— Оставь его, Эндрис, — вмешалась я. — Просто иди.
Эндрис язвительно усмехнулся и ответил:
— Может вы двое и стоите друг друга, — он создал свой портал и исчез в нем.
— Ты защищала меня, — сказал Эхо с нежностью в голосе, я чувствовала затылком его теплое дыхание.
Я уставилась на наши сплетенные руки. Моя маленькая ладонь в его большой. Он уже успел согреться.
— Меня бесит, что они так относятся к тебе. Но Эндрис тоже не виноват, что Малиина превратилась в психичку. Тебе стоит быть с ним полегче.
— Он идиот. Обратил ее, используя свой артавус, хотя я предупреждал его не делать этого.
— Он был влюблен и совершил ошибку, — я повернула голову, и наши взгляды встретились. Его глаза были теплыми и завораживающими. Мне хотелось притянуть его лицо к себе и поцеловать, чтобы он хотел меня.
— Меня уже можно отпустить, ты согрелся? — спросила я, несмотря на то, что знала ответ.
— Да. Ты уже успокоилась и можешь вести? — его голос стал хриплым. Сексуальным.
— Я в порядке.
Он не двигался. Как и я.
— Бедная твоя рука, — не отрывая от меня глаз, он поднес мою раненую руку к губам и поцеловал заживающий порез. У меня перехватило дыхание. Его взгляд опустился на мои губы. Я прикусила свою нижнюю губу, отчего он застонал. Я посмотрела на его губы. Задержав дыхание, я ждала, что будет дальше.
— Кора, — сказал он.
То, как он сказал мое имя этим я-безумно-хочу-тебя-поцеловать голосом, заставило мое сердце перейти в галоп и подняло ураган теплоты в моем животе.
— Да?
— Поехали.
Я в недоумении заморгала.
— Что?
— Заводи машину, — отрывисто сказал он сквозь сжатые зубы.
— Но…
— Сейчас же.
Мог бы и не рычать. Я поняла. Он не хочет меня. Он всего лишь защищал меня. Ничего больше. Чего еще я ожидала.
— Я поняла, — холодно ответила я, отвернулась от него и завела машину. Он откинулся на спинку сиденья, унося с собой свое теплое дыхание. Меня удивляет, как быстро он меняется с холодного к теплому и обжигающему. И я это не о его коже.
Злая за то, что позволила себя обмануть, я повторяла себе, что он не хочет меня… он здесь, чтобы защитить меня… эти слова звучали у меня в голове, пока я не выехала на Университетский бульвар.
На парковке у здания Дрэйпер стояли школьные автобусы, но все уже были внутри здания. Была четверть девятого, Док, наверное, думал, что я не приду.
Я припарковалась и бросила взгляд на пребывающего в раздумьях жнеца. Его глаза горели золотистым пламенем, но он лишь сказал:
— Иди, я буду позади тебя.
Я взяла сумку и, не оглядываясь, направилась в здание. Моя машина была на виду, но я не могла сказать, был ли Эхо внутри или вышел. Его присутствие с одной стороны раздражало, но с другой успокаивало.
Он не хочет меня. Он здесь, чтобы защищать меня. Я продолжала повторять про себя эти слова, пока переодевалась, и пошла к бассейну.
***
Я не видела Эхо на трибунах, но чувствовала его присутствие. Папу с мамой было сложно не заметить. Папа кричал громче всех, даже когда меня не было в бассейне.
— Вперед, Кора!
— Это моя девочка!
Хорошо, что он болел так не только за меня, но и за всех Троянцев. Большинство моих одноклассников уже привыкли к нему и просто улыбались. Здесь у него также был свой фандом. Приглашенным командам не требовалось много времени, чтобы связать меня с ним. Они смотрели на него, как на чокнутого, и надменно улыбались.
Как мне хотелось, чтобы Рейн снова была в команде. Ее родители вели себя не хуже моих, и мы бы двое краснели от стыда.
«Приди и зарунь моего папку, чтобы он стал невидимым», — написала я ей.
«Не думаю, что умею так», — ответила она.
«Ты провидица. Используй свои силы».
«Такая умная. Я использую, что могу, чтобы сделать себя невидимой. Пока лажаю».
«Зачем тебе сейчас невидимость?»
«Парень слева вроде пытается подкатывать ко мне. В последнем заплыве за тобой все воду глотали».
Я посмотрела на трибуны, но не видела светящихся существ. «Где ты?»
«Проход».
Я посмотрела на стену, примыкающую к трибунам. Через стеклянные стены прохода было удобно наблюдать, хотя сидений там не было. Я увидела ее, и чуть не замахала.
«Уверена, что не хочешь присоединиться к моим родителям? Успокоила бы папку».
«Я уже ухожу. Хотела убедиться, что все нормально».
В животе все упало.
«Здесь Норны?»
«Лол», — написала она в ответ. «Не-а, слава богу».
«Видела Эхо?»
«Только когда зашла, но его уже нет. Мне пора».
«У меня еще два заплыва. Увидимся потом у тебя. Разузнай про мою заблудшую душу».
«Ок. Расскажешь потом, что у вас утром случилось. Торин лишь кратко все обрисовал».
«Спасибо, что отправила их»,
«Мы же друзья. Все позже».
В окне ее уже не было. Я отложила телефон и сосредоточилась на соревнованиях. Несколько раз я ловила себя на том, что ищу взглядом Эхо, и каждый раз мне хотелось ударить себя за это.
Между нами все кончено.
Всего на соревнованиях присутствовало семь школ, большинство из них не входили в топ претендентов на чемпионат штата. Очевидно, что некоторые пришли лишь из любопытства, посмотреть на бассейн, где молнией чуть не убило нашу команду. Несколько ребят из других команд напрямую спрашивали, у которой из нас было предчувствие о тех событиях.