Чтение онлайн

Вот оно.

— Компьютер, начать последовательность выхода из гиперпространства. Установить контакт с системой выхода из зоны перехода. Доложить местоположение чужого корабля.

— Принято. Чужой корабль увеличивает скорость, курс на перехват, при настоящем ускорении предполагаемое время столкновения через девять минут.

Будет ли он стрелять до того, как она пройдет через зону перехода? Это была зона перехода, открывающаяся при передаче определенного кода. Если чужак хочет знать, куда она открывается в обычном пространстве, то он должен последовать за ней. Как скоро он приблизится на расстояние выстрела из своего оружия? Возможно, инопланетяне захотят, по крайней мере, один раз выстрелить в нее здесь, а если промахнутся, то последуют за ней в нормальное пространство.

— Компьютер, загрузить новые указания Е-Х 42 в последовательность выхода из гиперпространства, начать выполнение программы. Увеличить скорость до максимума, игнорировать требования безопасности.

Войти в зону перехода на такой скорости было самоубийством, но, беззащитная, преследуемая чужим кораблем, Сакай надеялась таким образом успеть выйти в нормальное пространство до того, как тот приблизится на расстояние выстрела.

— Приближаемся к зоне перехода, — объявил компьютер, — Подготовка к прыжку в нормальное пространство…

— Подтверждаю.

— Открыть зону перехода.

«Скайдэнсер» влетел в открывшийся проход. Рубка завертелась вокруг Сакай, когда она отдала последний приказ:

— Сбросить все содержимое контейнеров.

Она почувствовала, как «Скайдэнсер» отшвырнуло, когда последняя тонна радиоактивной почвы и скальных пород завихрилась позади него, буравя складки гиперпространства, и понеслась вперед вместе с кораблем, по направлению к точке перехода зоны. Сакай надеялась, эта масса натолкнется на установки, пробивающие тоннель между нормальным космосом и гиперпространством, вызовет перегрузку и закроет зону перехода позади нее.

Энергетические разряды, потрескивая, окутывали «Скайденсер» подобно светящемуся кокону, а другие, более мощные, вспыхивали и грохотали позади корабля. Сакай держалась, пока «Скайденсер» вертелся и раскачивался во все стороны. А потом тряхнуло особенно яростно.

То, что обычно занимало мгновение, на сей раз тянулось долгие секунды. Почему она не продвигается сквозь зону перехода? Мог ли радиоактивный выброс закрыть зону до того, как она прошла сквозь нее?

Наконец, «Скайденсер» перестало трясти, и Кэтрин почувствовала, что Вселенная растягивается.

Только это не было верным ощущением. Как всегда казалось во время перехода, физическая реальность растянулась в бесконечную ленту в атом толщиной. Но сейчас она растягивалась намного дольше, чем обычно. Расстояние между каждым отдельным атомом было больше, чем бездна между галактиками. Кэтрин почувствовала, что сама реальность испаряется, превращаясь в абсолютное ничто, из которого она никогда не выберется.

С шокирующей внезапностью вселенная схлопнулась обратно. Последний разряд прогремел над корпусом «Скайденсера» и унесся прочь, но корабль продолжало трясти еще долгие пять секунд. Потом Сакай увидела звезды. «Скайденсер» выполз в нормальное пространство и медленно направился к базовому кораблю UTC.

— Компьютер, кто-нибудь проследовал за нами через зону перехода?

— Ответ отрицательный. Зона перехода на данный момент не функционирует.

Она не ожидала столь бурной реакции на выброс груза в зону перехода. Она всего лишь хотела воспрепятствовать ее работе, а не устраивать фейерверк, который чуть не разрушил ее корабль и нанес гораздо больший ущерб зоне, чем она изначально планировала.

Энергетическая система «Скайденсера» была разрушена, работал только небольшой аварийный генератор. Довольно волноваться из-за зоны перехода, пора посмотреть, что случилось с ее собственным кораблем.

— Компьютер, вывести на экран данные о повреждениях.

Появился длинный перечень повреждений: система жизнеобеспечения почти не работает, питание, кроме аварийного, не работает, второй маршевый двигатель поврежден и не функционирует, повреждения обшивки, включая пробоины в 3, 5, 7 и 9 отсеках. Такое количество повреждений вместе с неожиданным пиротехническим эффектом во время прыжка навели Сакай на мысль…

— Компьютер, корабль, преследовавший «Скайденсер» стрелял по нам?

— Зафиксирован выстрел из энергетического оружия.

Сакай вывела данные на экран и проанализировала информацию. Неужели она раньше говорила, что ненавидит гиперпространство? Чудесное гиперпространство с его искаженной топографией и непредсказуемыми течениями? Очевидно, что особенности гиперпространства, груз, который она выкинула и турбулентность во время прыжка спасли ей жизнь. Инопланетяне, должно быть, выстрелили практически в упор, когда она входила в зону перехода, и чуть-чуть промахнулись, опалив в некоторых местах корпус и взорвав обломки, заполнившие гиперпространство вокруг. Но именно это подтолкнуло «Скайденсер» вперед и спасло корабль.

Кэтрин решила, что должна быть благодарна этим инопланетянам — по крайней мере, теперь у нее есть некоторые оправдания своих действий, более конкретные и явные, нежели предчувствия. Это доставило ей некоторое удовлетворение, пока «Скайденсер», поврежденный и лишившийся своего ценного груза, входил в док огромного базового корабля.

Направляясь к брату, Маркус не замечал пристальных взглядов своих подчиненных, когда здоровался с каждым, кто встречался ему на дороге. Они не привыкли видеть своего босса в хорошем настроении и осторожно отвечали на его приветствия, стараясь побыстрей пройти мимо.

Это были отличные денечки. Маркус показал Вильяму всю орбитальную колонию, снизу доверху: и Обогатительную, и Жилую платформы. Вильям, казалось, жаждал все увидеть, задавал множество вопросов, и не просто потому, что это касалось деловых отношений между рейнджерами и Маркусом. Он действительно интересовался всем этим. Впервые за долгое время Маркус чувствовал искреннюю гордость за то, что построил здесь, а Вильям, казалось, гордился им.

Он продолжал рассказывать о времени, проведенном среди рейнджеров, пока Маркус показывал ему свои владения, но не касался некоторых тем. Братья заключили перемирие. В течение этих дней Маркус не пытался склонить Вильяма к тому, чтобы тот покинул рейнджеров и занялся семейным делом, а Вильям не пытался уговорить Маркуса оставить бизнес и присоединиться к рейнджерам. Они относились друг к другу лучше, чем когда были детьми.