Чтение онлайн

Форбс открыл рот.

– Это же финансовое самоубийство! – возразил он.

Мак Катчен поднялся.

– Не думаю. Прибыль, полученная нами за последние пять лет – огромная. Мы можем позволить себе уделить кое-что и рабочим. Мы потеряем больше, если забастовка продлится.

– А как насчет создания Союза на заводе?

Мак Катчен вздохнул.

– Если люди хотят этого, я не буду им препятствовать. Но я не желаю субсидировать эту организацию. Будьте уверены: рабочие поймут, что взносы они будут отчислять ребятам из Союза из своего кармана, а не из моего.

– Вы не намерены повышать зарплату?

– Я решил вместо этого пойти на другие уступки: бесплатно построить домики и сократить рабочий день. На сегодня это все, что я намерен сделать.

Форбс понял, что компания и так пошла на многое. В конце концов, можно было нанять китайцев вместо тех, кто бастует, и выколачивать еще большие прибыли. Однако сейчас ему не следует спорить.

– Очень хорошо, – сказал он, кивнув головой.

Мак Катчен задержался в дверях.

– Помните женщину, которая приходила в салун тогда ночью… Ту, что содержит меблированные комнаты?

– Эрлина?

– Да, какие у нее права на Вебба Хатчисона?

Форбс пожал плечами…

– Она – хозяйка пансиона и, возможно, спит с ним.

– Я удивлен, что Бонни закрыла на это глаза, собираясь, как говорят, выйти замуж за Хатчисона.

Форбс засмеялся.

– Я слыхал, что Ангел – не жена Хатчисона и никогда не была ею. Вебб не разрешил бы жене, кем бы она ни была, работать «шарманкой». В этом я не сомневаюсь.

– Понял, – сказал Мак Катчен с еле заметной улыбкой. Он повернулся и вышел.

Дождливая погода, возможно, повлияла бы на настроение Бонни, не будь она так занята длинным списком заказов, принесенным Сэтом. Даже за вычетом платежей по просроченным счетам и транспортных расходов прибыль Бонни будет достаточно велика. Для экономии времени она решила съездить в Спокейн и лично встретиться с поставщиками вместо того, чтобы отправить заказ почтой.

Сэт рассеянно кивнул.

– Я сделал все, чтобы необходимые материалы попали в список, – сказал он деловым тоном, наблюдая, как Бонни, в который уже раз, листает бумаги. – Однако, в операциях такого масштаба изменения неизбежны, поэтому придется что-то включать по ходу дела.

Бонни положила бумаги, стараясь казаться спокойной, хотя ей хотелось прыгать и кричать от радости.

– Конечно, – согласилась она. – Кстати, мне хотелось бы знать, где вы найдете рабочих для строительства?

– Часть наймем на стороне, – сказал Сэт, – но поскольку мистер Мак Катчен сокращает рабочий день с двенадцати часов до восьми, многие, вероятно, захотят подработать в свободное время.

Сознавая его правоту, Бонни надеялась, что некоторым семьям теперь удастся рассчитаться с ней. Возможно, кроме продуктов, повысится спрос на трикотаж, галантерею и хозяйственные товары.

– Прекрасная идея, Сэт.

– Да? – Сэт брызгая слюной от возбуждения. – Пойдете на собрание в субботу вечером?

– Собрание? – удивилась Бонни.

– Мистер Мак Катчен снимает для этого театр «Помпеи», – сообщил Сэт.

– Конечно, приду, я же – мэр города. – При упоминании об этом Сэт вспыхнул, словно Бонни поведала ему интимный секрет.

– Да, хорошо… будьте здоровы, миссис Мак Катчен.

– Всего хорошего, Сэт!

Как только Сэт ушел, Бонни закрыла магазин и заперла дверь.

– Кэтти! – позвала она. Кэтти спустилась по лестнице.

– Да, мэм?

– Я уезжаю в Спокейн по делам и хотела бы, чтобы вы с Розмари побыли у Джиноа до моего возвращения.

Кэтти любила бывать в роскошном доме Джиноа и просияла.

– Надолго ли вы, мэм?

– Два-три дня – самое большее… я должна вернуться к субботе.

– А как быть с магазином? Вы не хотите, чтобы я торговала вместо вас?

– В этом нет необходимости, но я оставлю записку в окне, указав, где тебя найти, если кому-то понадобится лекарство, или что-нибудь срочное.

Кэтти кивнула и поспешила за Розмари.

Бонни уложила в чемодан платье и нижнее белье, прикидывая, во что обойдется поездка в Спокейн и пребывание там. Сэт открыл ей крупный счет в банке для оплаты заказанных товаров, но эти деньги, конечно, пойдут поставщикам. Проверив кассу, она обнаружила, что все наличные деньги – это семь долларов и четырнадцать центов. Придется ограничить себя в питании и снять номер в самом дешевом отеле, так как проезд туда и обратно обойдется в половину этой суммы. Впрочем, Бонни это не смущало. Ей представился великолепный шанс, и, если нужно, она будет голодать и спать на вокзале, но его не упустит.

Как и следовало ожидать, узнав о причине поездки, Джиноа одобрила ее решение и не только согласилась взять Кэтти и Розмари к себе, но предложила приехать за Бонни в своем экипаже и доставить ее на вокзал. Перед самой посадкой Джиноа вложила ей в руку двадцатидолларовую банкноту.

Бонни пыталась протестовать, но та и слышать ничего не хотела.

– Вернешь, когда разбогатеешь, – сказала она, помогая Бонни подняться в вагон. Слезы благодарности выступили на глазах Бонни. Когда Нортридж остался далеко, позади, Бонни заметила одинокого пассажира в конце вагона.

Его лицо закрывала газета, но Бонни тотчас узнала его. Она не могла не узнать эти сильные, покрытые золотистыми волосами руки.

– Ты выслеживаешь меня? – спросила она, когда кондуктор, забрав билеты, исчез в соседнем вагоне.

Газета медленно опустилась. Элай широко улыбнулся.

– Откуда я мог знать, что ты будешь в этом поезде? – резонно возразил он.

– Полагаю, Джиноа сообщила тебе.

Элай улыбнулся еще шире и хлопнул газетой по колену.

– Не заблуждайся, Бонни. У меня дела в Спокейне, и они никак не связаны с тобой.