Чтение онлайн

Когда он поднял голову, то дышал глубоко, глядя мне в глаза. Я тонула в водовороте его зеленых глаз, пока он проводил большим пальцем по моей нижней губе.

— Меня... меня еще никогда так не целовали, — благоговейно прошептала я, и от восторга мои губы немного дрожали.

— Ох, черт, Айви, — простонал он, а затем его губы снова накрыли мои.

На этот раз он исследовал меня неторопливо, как будто только намечая контуры моих губ, и я... я поцеловала его в ответ.

Рука на моем бедре напряглась, когда я провела языком по его губе, и он тихо застонал. Его рука заскользила по моему бедру, забираясь под подол моей юбки. Умелые пальцы плавно двигались по моему колу, и неистовое тепло разрасталось, унося все мысли. Я не понимала, почему мне наплевать на все вокруг. Его руки сомкнулись на моих ягодицах. Он приподнял меня, и я встала на цыпочки, его бедро прижалось к моему, отчего я ощутила его напротив своей чувствительной точки. Меня накрыла волна удовольствия и наслаждения, пронзаясь в меня острыми ощущениями. Мои руки сомкнулись вокруг его шеи и этот поцелуй... Боже Милостивый, он перешел на совершенно новый уровень, и то, что я сказала ранее, было правдой. Никто не целовал меня с такой опрометчивой страстью.

Его рука орудовала под моей юбкой, массируя плоть, маня зайти дальше, и я откликнулась. Моя спина выгнулась, и наши бедра прижались теснее друг к другу. Он говорил мне что—то между поцелуями. Я не могу быть полностью уверена, но я определенно ощутила, как дрожь пробрала его сильное тело. Я растворилась в нем, отдаваясь во власть чувствам, которые он вызывал во мне.

Прерывая поцелуй, он прислонил свой лоб к моему, но его рука все еще увивалась вокруг моих ягодиц. Его голос был хриплым:

— Я постараюсь быть хорошим парнем.

Клокочущий смех вырвался из моей груди.

— Думаю... ничего у тебя не получится.

— Ох, если бы я не сдерживался, то уже давно спустил бы эти крохотные трусики... — он провел рукой по низу моего живота, и мне стало тяжело дышать, — вниз до самых щиколоток, и вошел бы так глубоко в тебя на этом самом месте, прямо у этой чертовой бетонной стены.

Я задрожала. Часть меня была совершенно не против этой идеи. Да что там, я всеми руками и ногами была "за".

— Но мое воспитание не позволяет мне поступить так, — добавил он чуть тише.

Я была удивлена его ответом, но тут он снова меня поцеловал, но на этот раз как—то по—другому. Наши губы встретились один раз, потом другой, поцелуй такой бесконечно нежный и такой же разрушительный, как те глубокие и горячие. Мое тело тут же покрылось мурашками. Рен целовал меня нежно, двигаясь по контуру моих губ, и мне казалось, что он поглощает меня своими губами, пробуждает меня. Это все, о чем я могла думать на тот момент. Приятное и в тоже время запретное ощущение распространилось от моей шеи к груди, а затем опустилось ниже.

Внезапно возле нас прозвучал смех, исходящий от гаражного входа, напоминая нам о том, что мы были не одни. С последним затяжным поцелуем, он отстранился от моих губ, погладил мою щеку и убрал руку. Поставив меня на ноги, он поправил юбку моего платья. После чего обхватил мои щеки обеими руками.

— Давай не будем торопить события, но и отступать уже не будем. Хорошо? — у него был такой приятный голос, и, Господи, как же мне хотелось уступить ему. — Давай просто посмотрим, куда это нас приведет. Это все, что у нас есть. Это все, что мы можем пообещать друг другу.

Уставившись в темные глаза цвета зеленой листвы, я увидела в их отражении себя, кивающую ему. Я не могла в это поверить. Уголок его губ поднялся вверх, и он поцеловал меня в лоб, а потом в кончик носа.

— Давай убираться отсюда.

Я двигалась словно в тумане, как те одурманенные люди в клубе, которыми только что покормились. И пока я шла за Реном к его машине, я никак не могла понять, кто же для меня опаснее: Рен или Фейри, потому что оба знали, как подчинить меня своей власти.

Что ж, воскресное утро выдалось довольно странным. Во всяком случае, более странным, чем обычно. Просто я не уверена, можно ли отнести в категорию "нормального утра" то, что Динь создал свой собственный аккаунт в Твитере и пылко обсуждал там с кем—то своих любимых Докторов Кто. Но так как я не смотрела ни одной серии, мне откровенно говоря было все равно, поэтому я не стала, да и не хотела, обсуждать это с десятифутовым коротышкой.

Когда я проснулась, все мои мысли занимали одни лишь прикосновения и поцелуи Рена. Я изо всех своих сил старалась игнорировать неумолимо возрастающие во мне волны жгучего желания, и, очень надеясь, что это поможет, я отправилась на пробежку. Еще никогда в жизни я не бегала так усердно, но это скользящее ощущение все не покидало меня. И я бы не сказала, что это ощущение было неприятным. Из—за смеси смятения и волнения я чувствовала себя обычной девчушкой, и, черт меня дери, это было так глупо. Мои приоритеты убежали от меня и спрятались на враждебной территории: я должна была думать о месторасположении Врат и о том, как нам остановить Фейри, так как до равноденствия оставалось всего несколько дней. Я все еще хотела пойти к Дэвиду и попытаться рассказать ему, что мы обнаружили. Но на обратном пути к моей квартире Рен все таки убедил меня, что это — огромный риск. И именно тогда я все решила. Если у меня не получится поговорить с Марли в воскресение, я пойду к Дэвиду вне зависимости от мнения Рена.

А потом мои мысли снова перескочили на него.

Я прекрасно знала, в чем заключался корень проблемы. Я ни с кем не говорила о нем, хотя это именно то, что мне сейчас необходимо — выговориться, выбросить из головы все эти мысли и двигаться дальше, сосредоточившись на более важных вещах. Таких, как предотвращение массового убийства, которое обязательно произойдет в случае открытия Врат.

Но Вал предала нашу воскресную традицию кофепития и покупки книг. Она написала, что сегодня у нее не получится, и я готова поспорить, это определенно связанно с тем парнем, с которым она ломала кровати по всему городу. Я позвонила Джо Энн, и мы встретились в кофейном магазине недалеко от кладбища.

На мне были свободные спортивные штаны и футболка, а волосы были собраны в неряшливый пучок. Я прекрасно понимала, что по сравнению с облачившейся в обтягивающие джинсы и блузку Джо Энн, чьи волосы были прямыми и блестящими, я выглядела пугалом огородным. Глядя на нее, я не могла понять, почему она становится такой застенчивой, когда дело касается парней. Ведь она очень симпатичная, а также безумно милая, умная и добрая.

Мы болтали о наших занятиях, дружно попивая свои напитки, она — свой латте, а я — мой сладкий чай, будто бы соревнуясь, кто из нас быстрей. И, наконец, я решилась рассказать ей. Пускай мне было очень тяжело и лицо мое было пунцовым, я все же сделала это.

— Я встретила парня, — выпалила я.

Джо Энн удивленно вскинула брови.

— Правда? Когда?

— Пару недель назад. Он... ну, мы как бы работаем вместе. Он из Колорадо, — и сказав это, я почувствовала себя плохо от того, что многое пришлось сохранить в тайне.

Она улыбнулась и откинулась на спинку плетеного кресла, ее глаза заблестели от счастья.

— Он симпатичный?

— Симпатичный? — повторила я с желанием рассмеяться, играя своей пластиковой чашкой. — Я не думаю, что слова "симпатичный" достаточно, чтобы описать его.