Чтение онлайн

— Мне до смерти надоело отвратительное поведение твоего брата, — призналась она как-то Мэгги, когда они вернулись домой после очередного бала. — С лордом Триклвудом он был невыносимо груб, да и с герцогом разговаривал сквозь зубы.

Кроме того, Элизабет взбесило то, что на балу присутствовала Мириам Бичкрофт, леди Дэндридж, которая то и дело бросала на графа призывные страстные взгляды. В общем, вечер был испорчен окончательно и бесповоротно.

— Я понимаю, что, будучи моим опекуном, он чувствует себя обязанным поскорее выдать меня замуж. Но я уже начинаю думать, что для всех нас было бы лучше, если бы он просто вернулся в Рейвенуорт-Холл.

Сбросив с плеч кашемировую шаль, Мэгги кинула ее на спинку стула.

— Ты же знаешь, он не может этого сделать. Ведь Бэс-комб только этого и ждет. — Она вздохнула. — Я понимаю, что временами Николас бывает раздражителен, иногда резок, однако откровенная грубость не в его характере. Не представляю, что это на него нашло.

Элизабет тоже не понимала Николаса. Быть может, здесь замешана, какая-то женщина, которую он собирается сделать своей очередной любовницей? А может быть, ему просто надоело искать своей подопечной мужа? Но так или иначе, Элизабет дала себе клятву, что начиная с сегодняшнего дня она будет открыто игнорировать графа.

К несчастью, это оказалось не так-то легко. Куда бы Элизабет ни направилась, с кем бы ни заговорила, она чувствовала на себе пристальный взгляд серебристых глаз графа. От этого взгляда все внутри у нее переворачивалось, и Элизабет почему-то тотчас же вспоминала о том, как лежала в его объятиях той, уже далекой ночью на постоялом дворе.

И сейчас, сидя на скамейке в саду и размышляя обо всем этом, Элизабет почувствовала прилив гнева. За что ей такие страдания? Почему она одна должна мучиться ревностью? Пусть граф тоже пострадает, как страдает она! Пусть тоже поревнует ее, помучается от неутоленного желания.

Преисполненная решимости, Элизабет встала со скамейки и направилась к дому. Хватит! Она не позволит больше Рейвенуорту ни игнорировать себя, ни относиться к себе пренебрежительно. Зайдя в свою комнату, Элизабет выбрала из своего гардероба самое что ни на есть вызывающее платье — с глубоким декольте, черного цвета со светло-желтой отделкой, и, вытащив из прически шпильки, быстрыми уверенными движениями принялась расчесывать волосы, строя на сегодняшний вечер грандиозный план.

Наконец улыбка тронула ее губы. Что ж, план неплох и должен удастся. Она сыграет роль обольстительницы. Правда, в отличие от Николаса опыта в подобных делах у нее маловато, но ничего, она способная ученица и скоро обучится этому искусству. Слишком долго Рейвенуорт ее терроризировал. Сегодня она намерена дать ему бой и выйти из этого боя победительницей.

Сидни Бердсолл взял Элизабет под руку:

— Вы выглядите просто великолепно, моя дорогая. Стоит вам пройти мимо, как все головы поворачиваются вслед.

Элизабет улыбнулась и машинально разгладила подол своего шелкового платья.

— Спасибо, Сидни.

Они присутствовали на званом вечере, устроенном лордом и леди Денби, с которыми Элизабет познакомилась сразу по приезде в Лондон.

— Прибыли еще два претендента, лорд Эддингтон и Роберт Тинсли. И оба жаждут с тобой познакомиться.

Элизабет бросила взгляд на Николаса, стоявшего чуть поодаль. Услышав слова Сидни, он поджал губы, но промолчал. Улыбнувшись Бердсоллу самой очаровательной улыбкой, на которую только была способна, Элизабет весело прощебетала:

— Я тоже горю желанием с ними познакомиться. Герцогине особенно нравится сэр Роберт, но и лорд Эддингтон, говорят, чрезвычайно интересный мужчина.

— И довольно богатый, — подхватил Сидни и бросил взгляд в сторону двери. — А вот и он. Похоже, направляется к нам.

— Прошу меня простить, — бросил Николас и, повернувшись, зашагал прочь.

Однако далеко уйти ему не удалось. По дороге его перехватила изящная блондинка с прелестной фигурой. Она что-то сказала графу, и тот разразился веселым смехом. Оживленно о чем-то переговариваясь, парочка отошла в сторонку.

Элизабет почувствовала прилив ярости. Да как он смеет рассыпаться перед какой-то блондинкой в любезностях, а с ней, Элизабет, вести себя так вызывающе грубо, словно она чем-то перед ним провинилась?

И когда к ней подошел лорд Эддингтон, она пустила в ход все свое обаяние, применила все приемы обольщения, на какие только была способна. Она смеялась над его плоскими шутками, улыбалась в ответ на его попытки поразить ее остроумием. Он и вправду был довольно красив и щегольски одет, а когда Элизабет принялась говорить ему по этому поводу комплименты, надулся от гордости, как индюк.

Скользнув взглядом по высокой полуобнаженной груди Элизабет, он проговорил:

— Разрешите пригласить вас на танец, мисс Вулкот.

Элизабет одарила его сияющей улыбкой:

— Ну конечно, с превеликим удовольствием! Я слышала, милорд, что вы великолепный танцор.

Губы Эддингтона тронула довольная улыбка.

— Я и в самом деле совсем неплохо танцую. Ну так что, идемте?

Элизабет кокетливо расхохоталась и, обернувшись, стрельнула взглядом в ту сторону, где стоял граф.

Вечер, казавшийся Элизабет бесконечным, продолжался. Сэр Роберт, вежливый молодой человек со светло-каштановыми волосами и приятной улыбкой, в отличие от лорда Эддингтона показался Элизабет вполне приятным собеседником. С таким человеком неудобно было заигрывать даже для того, чтобы вызвать у Николаса ревность, и Элизабет решила вместо этого прогуляться с ним по саду.

Когда они вернулись в дом, Николас стоял на террасе у дверей. Увидев его искаженное гневом лицо, Элизабет порадовалась, что усилия, предпринятые ею, не прошли даром. В этот момент сэр Роберт заговорил с ней, и Элизабет отвела взгляд от мрачной фигуры графа.

— Вы разрешите нанести вам визит, мисс Вулкот? — умоляюще проговорил сэр Роберт. — Может быть, покатаемся завтра по парку?

— С удовольствием, — улыбнулась Элизабет, надеясь, что голос ее звучит в меру восторженно.

Из всех четверых молодых людей, которых Сидни выбрал ей в качестве потенциальных мужей, лишь Дэвид Эндикотт и Роберт Тинсли ей немного понравились. Быть может, когда поближе с ними познакомится, она даже влюбится в кого-нибудь из них.