Грешники

— В пятнадцать лет я была потрясающе, ну просто потрясающе хорошенькой! Мамочка боялась отпускать меня одну на улицу; ей казалось, что вернусь я домой беременной или со мной произойдет еще какая-нибудь неприятность, — говорила Клаудия Паркер.

Мужчину, который ее слушал, звали Дэвид Купер. Клаудия лежала в постели. Она была очень хороша собой и знала это. Дэвид тоже знал это, и оба были счастливы. Длинные блестящие пепельные волосы обрамляли лицо девушки; челка доходила до бровей, оттенявших большие раскосые зеленые глаза Клаудии. Ее лицо с маленьким прямым носиком и полными чувственными губами было безупречным. На девушке не было ни одежды, ни косметики, лишь тонкая шелковая простыня закрывала ее тело.

Дэвид сидел у кровати. Он выглядел на свои сорок лет. Его лицо отличалось правильностью черт, темные волосы слегка вились, а нос был сравнительно крупным. Дэвид носил очки в толстой роговой оправе, обладал мужественной внешностью и пользовался большим успехом у женщин.

— В конце концов я ушла из дома, — продолжила Клаудия. — Я умирала там от скуки. Однажды ночью выскользнула за порог с тем, чтобы больше туда не возвращаться. По правде говоря, я встретила чудесного парня, актера, он взял меня с собой в Лондон, где я и живу с тех пор.

Вздохнув, она потянулась под простыней:

— Дай сигарету, дорогой.

Дэвид извлек пачку из кармана своего халата и протянул сигарету Клаудии. Она сделала глубокую затяжку.

— Хочешь услышать еще о моем бурном прошлом?

— Я хочу знать о тебе все.

Она улыбнулась:

— Ты душка. Вовсе не зануда. Когда я впервые увидела тебя, я решила, что ты — ужасно скучный тип. Как я ошиблась! Я без ума от тебя!

Клаудия приблизилась к Дэвиду. Простыня соскользнула с ее тела. Девушка обвила руками шею Дэвида и принялась покусывать его ухо. У нее было восхитительное тело.

Он толкнул ее на кровать.

— Хочешь меня, милый? — прошептала она. — Сильно хочешь?

— Да, — пробормотал он.

Внезапно она освободилась, вскочила с кровати и побежала к двери.

— Ты ненасытен, — сказала Клаудия. — Погоди, милый. Похоже, ты уже восстановил свои силы, но я нуждаюсь в небольшом отдыхе.

Она засмеялась:

— Я приму душ, потом мы где-нибудь перекусим; после этого мы сможем вернуться сюда и любить друг друга всю ночь!

Она исчезла за дверью; Дэвид услышал шум воды, льющейся в ванной.

Он подумал о Клаудии, об их первой встрече. Неужели прошло только три недели? Тот рабочий день выдался особенно тяжелым; жена Линда часто упрекала Дэвида в том, что он слишком много работает, жаловалась, что почти не видит его. В шесть вечера Дэвид собрался уйти, но вдруг в кабинет ворвался Филипп Эбботтсон.

— Слушай, Дэйв, — сказал Филипп, — ты не заглянешь на минуту в студию? Помоги принять решение. Две девушки хотят сниматься в рекламе мыла «Прекрасная нимфа», а мы в растерянности — не можем сделать окончательный выбор.

Дэвид неохотно прошел с Филиппом в студию, расположенную на первом этаже огромного здания, занимаемого рекламным агентством «Купер и Тейлор». Фирма принадлежала его дяде, Р.П.Куперу, имевшему двух сыновей, и Сэнфорду Тейлору, у которого не было сыновей, но имелся зять. Шестое место в столь крупной фирме удовлетворило бы многих, но не Дэвида. Он возглавлял отдел телерекламы. Поскольку рекламе мыла «Прекрасная нимфа» выделялось большое эфирное время на девятом канале, к выбору девушки следовало отнестись серьезно.

Они вошли в студию, и Дэвид тотчас обратил внимание на Клаудию. Она в белом бархатном халате полулежала в шезлонге и ела яблоко. Потом Дэвид заметил вторую девушку. Она казалась красивой, как обертка шоколада, застенчивой и скромной. Однако ее фигура не соответствовала лицу. У девушки был крупный бюст. Его размеры подчеркивались купальным костюмом телесного цвета.

— Какая грудь! — пробормотал Филипп.

— Это все, что тебя интересует? — сказал Дэвид.

Филипп попросил тишины в студии и махнул рукой девушке с внушительным бюстом. Она прошла на маленькую сценку с декорациями, имитирующими ванную. Грациозно забралась в большую круглую мраморную ванну. Реквизитор, устремившись к девушке, вылил на нее пенную жидкость. Кто-то вложил ей в руки огромный кусок мыла, и Филипп крикнул:

— О'кей, снимаем.

Заработала камера; Дэвид уставился на экран монитора.

Девушка ослепительно улыбнулась прямо в объектив.

— Я — Прекрасная нимфа, — проворковала она и принялась намыливать руки — сначала одну, потом другую. — Это мыло создавалось специально для меня. Оно бархатистое и нежное.

Она подняла длинную ногу и стала намыливать ее.

— Пользуйтесь мылом «Прекрасная нимфа», и вы обретете красоту.

Она снова улыбнулась в объектив и чуть повернулась, чтобы лучше продемонстрировать свой большой бюст.

— Стоп, — закричал Филипп. — А теперь, пожалуйста, мисс Паркер.

Дэвид посмотрел на сцену — Клаудия заняла место первой девушки. У Клаудии была природная грация пантеры. Она произнесла текст низким чувственным голосом. Закончив, небрежно накинула халат и села. Девушка с большим бюстом расхаживала по студии.

— Возьми Клаудию Паркер, — сказал Дэвид Филиппу. — Первая не идет с ней ни в какое сравнение.

Уходя со съемочной площадки, Дэвид встретился взглядом с Клаудией. Она улыбнулась. В ее глазах было нечто большее, чем обещание. Он вернулся в свой кабинет, собрал бумаги, сообщил Линде по телефону, что приедет к обеду, и направился к выходу.

Клаудия стояла возле подъезда.

— Привет, — сказала она. — Тесен мир.

Они несколько минут говорили о пробах, о мыле «Прекрасная нимфа»и погоде, затем Дэвид предложил пообедать вместе. Клаудия сказала, что это великолепная мысль.

Они отправились в уютный итальянский ресторанчик с интимной атмосферой, который находился в Челси. Дэвид знал, что там он вряд ли встретит друзей — своих или жены. Позвонив Линде, он предупредил ее, что задержится. Она огорчилась, но проявила понимание. Клаудия позвонила своему приятелю и отменила свидание. Они ели каннеллони, болтали, держались за руки — так все и началось.