Грешник
Шрифт:
Коул сказал:
— Но я создавал ситуации.
— Недостаточно, — возразила Бейби. — Так что я просто использую возможности, когда они подворачиваются. Пыталась ли я обмануть тебя? Нашел ли ты наркотики в ванной, чтобы соблазнить тебя? Пиво в холодильнике? Сделала ли я что-то, чтобы выбить тебя из колеи?
Коул нахмурился:
— Музыканты. Те, которых я уволил. Один из них мертв. Чак.
Призрачный намек на что-то появился на лице Бейби.
— Чип.
— Да, ну, Джереми сказал мне, что он мертв. А второй паренек был в дерьме. Это выглядит довольно…запланировано.
Он не говорил мне об этом. Я задумалась, было ли это потому, что он пока не знал, что делать с этой информацией, или потому, что не хотел, чтобы я знала.
— Они были катастрофами, — призналась Бейби. — Невозможно точно сказать, на грани ли человек, но можно догадаться. Я полагала, что если Чип будет продолжать в том же духе, то загремит в больницу во время какого-то концерта. И, может быть, ты бы в пух и прах разругался с Денисом, потому что сейчас ты чист, и, возможно, кто-то бы начал драку. Я не против того, чтобы нанять реальную катастрофу для некоторых сцен.
— Значит ли это, что у Лейлы есть свои скелеты в шкафу? — потребовал Коул.
Бейби рассмеялась.
— Нет. Было задумано, что ты просто будешь ее ненавидеть.
— Прекрасно.
— Я проделала исследования. Изабел, ты все еще выглядишь несчастной.
Я была не несчастной, а подозрительной. Остальные крушения были такими полными. Такими убедительными. Было ли это потому, что я, как и остальная часть американского общества, была готова поверить, что катастрофы неизлечимы? Или просто потому, что я была готова поверить, что в частности Коул был неизлечим?
— В итоге, ты не враг.
— Изабел, — произнесла Бейби. — Я делаю это не для того, чтобы попасть в суд. Если что-то и разрушает моих героев, то это они сами. Говорю тебе. Я просто создаю для них ситуации. А как в них поступить решать только им. Если здесь и есть враги, то они внутри их самих.
Мне не стоило удивляться. Все в Лос-Анджелесе было прикрытием для чего-то другого. Уродство, замаскированное под красоту, и вышло так, что теперь красота притворятся уродством. Я задумалась, было ли в целом мире хоть что-то реальное.
— Итак, ты хочешь, чтобы я старался лучше? — в конце-концов сказал Коул. — Тебе нужно шоу. Шоу Коула Сен-Клера.
— Я знаю, что тебе известно, как это сделать, — сказала Бейби. — Я уже говорила, что проделала исследования.
— Это должно быть падение? — спросил он. Немного тоскливо, если знать его.
— Сделай это хорошо. Это все, что меня волнует. Ах…
Другая молодая женщина подошла к столику. Она выглядела еще менее дружелюбно, чем предыдущая, если это возможно. Совершенно неофициантским тоном она потребовала:
— Что ты хочешь?
Я потянула меню к себе.
— Я…
Она покачала головой. Она смотрела на Коула.
— Что тебе здесь нужно?
У него было по-прежнему озадаченное выражение лица.
— Она может заказать вместо меня.
Ее взгляд метнулся ко мне. А потом обратно к нему.
— Ты здесь из-за еды?
Теперь его лицо прояснилось.
— А. А, теперь я вижу. Да. Еда. Это ее любимый ресторан. Мне нравится, как эти круглые выглядят на фото, — своим указательным пальцем он очертил бесцветную фотографию ролла «Калифорния» на обложке. Бейби внимательно наблюдала.
Девушка стала выглядеть на восемь градусов недружелюбнее, а затем исчезла.
Я повернулась к Коулу:
— Ты был здесь раньше?
Голос Коула был немного рассеянным:
— Когда я сказал, что думаю, что бывал здесь раньше, я не имел в виду здесь. Типа в этом месте. Я думаю, такое могло случиться. Они должно быть узнали меня. Возможно, он подумали, что это… как раньше.
Как раньше. Под этим «раньше» подразумевалось, что он заходит сюда, а они вспоминают, что это тот самый парень, которому было нужно немного кокаина для начала? Меня замутило. Я не могла винить никого, кроме себя самой. Я прекрасно знала, кем Коул был до того, как я встретила его.
Бейби, тем не менее, просто продолжала улыбаться своей частной улыбкой. А почему бы и нет — Коул просто демонстрировал свою подноготную.
Хозяин вернулся. Позади него была девушка я крашенными волосами.
— Ты Коул Сен-Клер? — спросил хозяин.
Коул кивнул головой. Всего лишь одно небольшое движение. Сейчас он был совершенно уверенным и высокомерным, полностью вернувшись к своему публичному образу. Он стал слишком большим для своей стороны кабинки; он превратил ресторан в фон для своей индивидуальности. Вот, что получал от него весь остальной мир.
— Мы же говорили тебе никогда больше не возвращаться.
Коул склонил голову:
— Возвращаться?
— Мы сказали, что тебе тут больше не рады. Ни тебе, ни твоему другу. Вы все разрушили. Я не могу забыть твое лицо после этого.
Внезапное осознание и что-то более болезненное и пустое промелькнуло на лице Коула. Последнее было таким быстрым, что только я это заметила.
— Оу. Это. Слушай, это было давным-давно. Такого не произойдет в этот раз. Я чист. Я просто хочу мило пообедать здесь со своей девушкой.
Я могла бы убить его за то, как он случайно проронил это слово посреди всей этой фигни. Девушка.
Хозяин не улыбался.
— Чистота — не гарантия.
Теперь Коул утратил свое хорошее настроение.
— И что же гарантия, мой друг?
Девушка с крашенными волосами сказала:
— Тебе нужно уйти из Чайна Вайт в местечко получше.
Бейби продолжала улыбаться. Миру нравились неудачники.
— Я здесь, — ровно проговорил Коул, — за чертовыми суши.