Грешница
Шрифт:
Василиск всхлипнул. Девушка поморщилась.
– Клянусь Тьмой, малыш, ты просишь не того человека! Лишь случайность свела наши пути вместе! Не строй воздушных замков – я не люблю детей и не вступалась за тебя. Это все одна большая нелепая ошибка! – с этими словами Сантера отстранила мальчишку от себя.
Он порывисто вытер чешуйчатое личико рукавом:
– Ну и плевать!
– Нельзя ежесекундно рассчитывать на жалость других. Вот тебе еще один урок: есть женщины, мечтающие опекать и защищать. Я не из таких. Я пользуюсь своим положением, давлю на инстинкты и приличия, и наслаждаюсь, когда меня недооценивают. Я плохая женщина.
– Неправда! За все время, что я провел с вами, вы ни разу меня не ударили, не унизили! Да вы первая, кто ко мне так хорошо относился!
– Удивил. Непричинение вреда не есть добро. Вот вырастешь, станешь мужчиной и поймешь, сколь коварны подобные мне. Игнорируй красавиц, что лезут в постель. Беги от тех, что лезут в душу. Впустив туда единожды, уже не сможешь изгнать.
Василиск упрямо мотнул головой, показывая, что не желает слушать. Он был еще слишком мал, он не понимал и всячески отталкивал правду, цепляясь в сладкие иллюзии, как птенец за скорлупу, чтобы продлить ощущение защищенности.
Сантера настойчиво продолжала:
– Да, я могла показаться хорошей заменой твоему прежнему господину. Но это отнюдь не так.
– Зачем вы все это мне говорите? Хотите, чтобы я пожалел о своих словах?! Чтобы ушел?!
– Хочу научить своего маленького собрата разбираться в людях. Вдобавок избавиться от лишних проблем, что ты так заботливо стремился взвалить мне на плечи. Я не желаю тебе вреда, но и…
Кто-то со всей силы постучал, даже скорее ударил в дверь ногой. Сантера замолчала, настороженно сжала губы и взглядом указала мальчику «Оставайся здесь!». Затем направилась в коридор. Хлипкая дверь снова затряслась от ударов, снаружи раздавался сдавленный рык.
Ведьма хрустнула пальцами. Быстро повернула ключ и отступила назад, занимая боевую стойку.
Через порог с хрипом перевалилось массивное темное нечто.
– Призрак, – охнула девушка, угадывая в бесформенной фигуре слугу Розмари.
– Отнеси… быстрее… она ждет, – мучительным усилием он разлепил посиневшие губы.
– Черт! Василиск! Сюда, живо! Помоги мне!
Сантера подхватила второсортного, не давая ему упасть. От Призрака пахло гноем и свежей землей. По лицу тек пот. Его лихорадило.
Подбежал мальчишка. Выглянул наружу, захлопнул дверь. Помог донести раненого до постели. Мимоходом ведьма отметила, что потом придется менять постельное белье, – доппельгангер был грязен, словно подвальная крыса.
– Детка… неси… Розмари требовалось…
Ей протянули холщовую сумку, такую же мокрую и запачканную, как и он сам.
– Хорошо, хорошо. Как скажешь, только не шевелись.
Внутри лежал запечатанный кувшин – холодный и невероятно тяжелый. Прикосновение к шероховатому боку вызвало неприятное чувство голода.
– Василиск… Силь, малыш, принеси воды и влажное полотенце.
– Нет. Ты должна… сейчас же! – рыкнул Призрак, с силой сжимая ее запястье. Кожа от хватки пачкалась буро-черными подтеками.
Появился змееныш с кастрюлей воды из-под крана. Сантера дала ему указания, что и как делать, после чего прошла через портал. До Розмари добралась относительно быстро, – только лифт пришлось уговаривать, чтобы он перенес ее прямо к опочивальне великовозрастной красотки.
На стук никто не открыл. Решительно толкнув дверь, она вошла в пустующие покои. Прошла мимо роскошной ванны, стоявшей прямо посреди комнаты. Из золотых голов уродливых рогатых существ стекала вода.
В соседней комнате слышалась возня и томные вздохи. С огромной неохотой Сантера направилась туда, вытянув вперед руки с кувшином, – словно предупреждая всяческие расспросы.
Воздух полнился негой и пороком. На широком ложе под балдахином пребывал в постоянном движении клубок из переплетенных потных тел.
– Госпожа Розмари, вы можете отвлечься? – нейтральным тоном произнесла Сантера, приближаясь к участникам оргии. – Призрак просил вам передать кое-что.
Услышав ее, женщина повернулась и со смехом оттолкнула одного из своих любовников. Сладострастно простонала, протягивая тонкие руки в золотых браслетах:
– Иди к нам!
Карие глаза застилала лишенная всякой мысли мутная пелена. В них читались похоть и пустота – ничего более. Кричащая пустота.
Ведьма отрицательно покачала головой, ставя кувшин на хрустальный столик возле кровати:
– Ваш помощник ворвался ко мне домой. Он умирает. Вы должны ему помочь.
– Забудь о нем. Забудь о своих проблемах. Отбрось ложный стыд и страх. Давай станем едины, – пьянея от удовольствия, шептала Розмари, извиваясь на мускулистом теле своего раба. – Погрузимся в воды плотских ощущений вместе-е…
– Видимо, я не вовремя. Простите, что помешала, госпожа, продолжайте.
Поклонившись, Сантера выскользнула из покоев, стирая из памяти неприятную сцену. Подобное давно перестало ее удивлять. Каждый старался забыться по-своему.
Хуже всего то, что стало ясно – колдунья и пальцем не пошевелит ради своего помощника. А значит, следовало предпринять что-нибудь самой.
Дома все оставалось по-прежнему: Василиск сидел в кресле напротив стонущего Призрака. Доппельгангер бредил, кожа его источала зловонный пот, окрашивающий простыни болезненным желтым цветом. На лбу покоилось смоченное в воде полотенце, наброшенное с явной небрежностью.
– Что сказала немолодая госпожа? – первым делом осведомился мальчик, бросаясь к ней навстречу.
– Ничего. Она… немного занята. И вспомнит о Призраке не скоро. Боюсь, что сейчас он полностью зависит от нашего ухода.
– Но безлицый же может умереть в любой момент!
– Вполне вероятный исход. Не пойму – что с ним произошло? Неделю назад уходил от меня здоровым, а сейчас на куски разваливается… Не похоже на обычную болезнь.
– А если она заразная? – испуганно спросил Василиск.