Грешная
Шрифт:
Ария тоже хотела бы вернутся назад и изменить то, что случилось в тот день.
Судья Бакстер появился из своего кабинета.
Он был полный и краснолицый, у него был крючковатый нос и маленькие глаза-бусинки.
Ария подозревала, что она учуяла бы запах сигар, если бы она была ближе.
Когда Бакстер вызвал двух адвокатов к скамье, Ария выпрямила спину.
Трое из них возбужденно разговаривали, часто поглядывая на пустующее место Йена.
– Это сумасшествие,- пробормотала Ханна, оглядываясь через плечо.
– Йен очень опаздывает.
Двери зала резко открылись и девочки подпрыгнули на месте.
Полицейский, которого Ария видела на обвинении Йена, шагнул в проход и направился к скамье.
– Я только что связался с его семьей, - сказал он грубым голосом.
Солнечные лучи мерцали на его серебряном значке, пуская солнечных зайчиков по всей комнате.
– Они ищут его.
У Арии стало сухо во рту.
– Ищут?
– она обменялась взглядами с остальными.
– Что они имеют ввиду под этим?
– Эмили пропищала.
Спенсер начала грызть ноготь большого пальца.
– О Господи.
Через открытые двери Ария могла видеть, как черный седан подъехал к обочине.
Отец Йена вышел с заднего сидения.
На нем был похоронный черный костюм и у него был мрачный, пугающий взгляд.
Ария предположила, что его мать отсутствовала, так как была в больнице.
Полицейская машина остановилась за седаном, но оттуда вышло только два офицера полиции Розвуда.
В одно мгновение, отец Йена прошел проход к скамье.
– Он был в своей спальне прошлой ночью, - тихо прошептал мистер Томас Бакстеру. Однако это было недостаточно тихо.
– Я не знаю, как это могло произойти.
Лицо судьи задергалось.
– Что вы имеете ввиду?
– спросил он.
Отец Йена мрачно опустил голову.
– Он пропал.
Ария раскрыла рот от удивления, ее сердце сильно забилось.
Эмили издала стон.
Ханна напрягла живот, булькающий звук исходил из глубины ее горла.
Спенсер привстала.
– Я думаю, я должна...
– начала она, но запнулась и села обратно.
Судья Бакстер ударил своим молотком.
– Объявляю перерыв, - прокричал он толпе.
– До дальнейших указаний.
Мы вас оповестим, когда будем готовы.
Он показал сигнал своими руками.
Все как один Роузвудские офицеры полиции приблизились к скамье, вместе с постоянно говорящими рациями, пистолетами в кобурах, готовые в любой момент вытащить их и стрелять.
После инструктажа полицейские развернулись и двинулись в сторону выхода, к своим машинам.
Он пропал.
Ария опять посмотрела в окно, на долину.
Там было много Роузвуда.
Куча мест, где Йен мог бы прятаться.
Эмили присела на скамью, запустив руки в волосы.
– Как это могло случиться?
– Разве там не было копов, которые следили за ним все время?
– вторила Ханна.
– Я имею ввиду, как он мог ускользнуть из дому так, чтобы они не увидели? Это невозможно!
– Да, возможно.
Они все посмотрели на Спенсер.
Ее глаза бегали туда-сюда, и руки тряслись.
Она медленно подняла голову и посмотрела на них, на ее лице было написано чувство вины.
– Есть кое-что, о чем я должна вам сказать, - прошептала она.
На счет...Йена.
И вам это не понравится.
И ТЫ, КЕЙТ?
– Слева!
– закричала Ханна.
Женщина, выгуливающая таксу, подпрыгнула и поспешно скрылась с пути Ханны.
Был вечер пятницы, после обеденное время и Ханна пробегала Стокбриджскую тропу - трехмильная петля, что пролегала за старым каменным особняком, который принадлежал Розвуду.
Возможно, бегать по безлюдной тропинке, когда Иен Томас якобы рыскает неподалеку - не самое безопасное занятие.
Хотя, если бы Спенсер забила на все и сказала бы копам, что Йен вырвался из-под домашнего ареста и навестил ее за день перед судом - он бы не сбежал.
Но к черту Иена, Ханне сегодня была необходима пробежка.
Обычно она приходила сюда, чтобы прочистить желудок, когда объедалась крекерами, но сегодня очистка требовалась её памяти.
Послания от А начали ее беспокоить.
Она не хотела верить, что новый А - настоящий...Но что если то, о чем говорилось в сообщениях, было правдой? И если новым А был Иен, и он мог нарушить домашний арест, тогда имеет смысл полагать, что он знал, что задумала Кейт, так?