Грешки
Шрифт:
— Это название было в списке, но я его отвергла.
Придумай что-нибудь получше.
— Может, «Хозяйство на троих»?
— Ты предлагаешь название клуба или что-то другое? — спросила Лидия.
— А если и то и другое?
— Не валяй дурака, Алекс. Всему свое время. Прежде всего надо сделать самое важное.
— Хорошо, подождите, пока меня озарит вдохновение. — Он осушил бокал. — Не подойдет ли что-нибудь простенькое: «Ночной клуб» или… «Ночная жизнь»?
— «Ночная жизнь»! Это мне нравится.
— Алекс, ты гений — обрадовалась Лидия.
Он снова наполнил бокалы.
— За «Ночную жизнь»!
Они чокнулись и выпили.
— А как насчет второго предложения? — спросила Лидия, начав расстегивать молнию на юбке. — Уж не пустая ли это болтовня?
— Вы меня знаете… я не только болтун, но и человек действия А ты как, Джуно?
Джуно колебалась. Она устала — начала сказываться разница во времени. К тому же с тех пор как они занимались любовью втроем, прошло двенадцать лет. Молодость, Париж… Джуно часто вспоминала тот эпизод, уверенная, однако, что это ушло в прошлое и никогда не повторится.
Но тут взгляд Джуно упал на фотографию Кэми, приколотую к доске рядом с другими. Кэми Пратт, которая пытается занять ее место в триумвирате…
— Что ж, я согласна. — Она улыбнулась и протянула им руки.
Теперь, когда они занимались любовью, все было иначе. Став старше, каждый из них приобрел сексуальный опыт. Каждый дорого расплатился за него и стал более ранимым, чем прежде. Тогда у них все было впереди, и жизнь манила приключениями. Теперь они пережили немало приключений, причем не всегда приятных.
Страсть вернула их в прежние времена, и этих двенадцати лет как не бывало. Их так же влекло друг к другу, и они, как и раньше, испытывали безграничное наслаждение от близости, хотя к ней примешивалась горечь. Каждый из них мечтал снова любить и быть любимым.
На следующее утро за кофе они без тени смущения говорили о том, как им хорошо друг с другом, но эта ночь кое-что прояснила в их отношениях. Алекс по-прежнему хотел обеих, а Джуно и Лидия хотели Алекса. Однако женщины поняли, что так не может продолжаться всегда, и между ними впервые пробежала черная кошка.
Глава 32
В дома-близнецы на Шестьдесят второй улице хлынула целая армия рабочих. Они начали сносить стены и менять планировку помещения в соответствии с указаниями Джуно.
— На это уйдет не меньше шести месяцев, даже при сверхурочной работе, но получится нечто сказочное, — сказала Лидия, встретившись с Алексом в «Карлайле». — Если у нас хватит денег, — со смехом добавила она.
— Если у кого и хватит денег, так это у тебя, — заверил ее Алекс. — Впрочем, у Джона возникли кое-какие соображения насчет вашей затеи, а он финансовый гений. — Они поджидали Джона Кинсолвинга, обещавшего присоединиться к ним в баре. На премьере Алекса он не был, потому что уезжал в Лондон по делам.
— Я, кажется, не сообщила тебе последнюю новость.
Мне удалось переманить из «Тинтина» в Лионе самого Жана Рафаэля. Только благодаря его мастерству этот ресторан стал трехзвездочным. Так что в «Ночной жизни» будет самая лучшая кухня но всем Нью-Йорке.
— Где это лучшая кухня в Нью-Йорке? — поинтересовался, подходя к ним, Джон Кинсолвинг.
— Джон! — сказал Алекс. — С возвращением! Познакомься с Лидией де ла Рош, моей старой соратницей по криминальным авантюрам йельских театральных дней.
— Очень рад.
— Я много слышала о вас от Алекса. — Лидия протянула ему руку. — Кажется, вы впервые пропустили его премьеру?
— Боюсь, на следующую он меня просто не пустит.
Ты видел, Алекс, восторженные отзывы? На этой пьесе можно сделать большие деньги. Пора и мне что-нибудь на тебе заработать.
Джон заказал водку со льдом. Лидия заметила, что он время от времени украдкой поглядывает на нее. Его лицо показалось ей знакомым, хотя она не могла припомнить, чтобы встречалась с ним раньше. Дело, видимо, в его внешности — довольно обычный тип: симпатичный кареглазый блондин в очках, чуть ниже Алекса, сильный и хорошо сложенный.
— ..Кстати, Лидии нужен консультант по финансовым вопросам, — сказал Алекс. — Понимающий ее.
Консультанты графа в Париже весьма консервативны, с ними трудно найти общий язык.
— Графа?
— Да, это мой покойный муж, граф де ла Рош.
Джон просиял:
— А вы, случайно, не встречались в Канне… лет двадцать назад… с бородатым, весьма экономным хиппи из Принстона?
— Что?! Неужели Джон? Да ведь я тогда так и не узнала вашу фамилию! Просто не верится!
— Стало быть, вы знакомы? — удивился Алекс.
— И вы на самом деле графиня? Признаться, я не поверил вашей истории… Французская кинозвезда, графиня… Согласитесь, все это звучало несколько не правдоподобно.
Лидия рассмеялась:
— Я до сих пор не поверила этому до конца. Ну ладно… Чем вы занимались все эти годы?
— Окончил Колумбийский университет, занимался инвестиционными банковскими операциями и разорялся на пьесах Алекса…
— Если я использую этот сюжет для своей следующей пьесы, ты потеряешь гораздо больше… Может, вы все же посвятите меня во все?
— Помнишь, я сбежала во время медового месяца? — Лидия рассказала Алексу о том, как развивались события.
Час спустя, когда он ушел, Джон спросил Лидию:
— Можно пригласить вас на ужин?
— С удовольствием.
— А потом полюбуемся фейерверками.
— Фейерверками?! Где?
Джон усмехнулся:
— У меня дома.
Джуно нашла себе чудесную двухъярусную квартиру в красивом старом доме рядом с Центральным парком.
Внизу находилась гостиная, наверху — две спальни, одну из которых она переоборудовала под студию. Как только из Лондона пришел багаж с антикварными предметами меблировки и множеством безделушек, квартира обрела обжитой вид.