Чтение онлайн

В мозгу Адди прозвенел тревожный звоночек, но тем не менее она перестала сопротивляться и сказала:

– Вильгельм… один поцелуй, а потом я пожелаю вам спокойной ночи. Для меня это был трудный день.

– Майне либе… – Вильгельм порывисто прижал ее к себе. Сквозь ткань одежды Адди чувствовала, как он дрожит, чувствовала напряжение в его паху. Судя по его поведению, кайзер не был искусным любовником. Когда он в первый раз попытался поцеловать ее, они столкнулись носами, и, суетясь, как неопытный школьник, Вильгельм чуть не попал ей в левый глаз своим острым носом.

– Вильгельм, не следует так волноваться из-за поцелуя. Обхватив лицо императора Германии руками, Адди приподнялась на цыпочки и нежно поцеловала его прямо в губы. Руки кайзера скользнули вниз и обхватили ее ягодицы. Упершись руками ему в грудь, Адди с трудом высвободилась из его объятий.

– Довольно, Вильгельм, а теперь спокойной ночи и приятных снов.

– Снов! – простонал он. – Готт им химмель! Как можно уснуть в таком состоянии?

Раздевшись, Адди облачилась в соблазнительную ночную рубашку с длинным разрезом вдоль бедра, забралась в постель и задула свечу.

В иллюминатор выглянула луна и залила мягким светом ее тело, прикрытое тонкой простыней. В небе мелькнула падающая звезда, и Адди, закрыв глаза, загадала желание:

– Хочу быть в твоих объятиях, мой дорогой, и любить тебя крепко-крепко.

Вскоре она заснула.

Через некоторое время – когда именно, Адди не имела не малейшего понятия, – она внезапно проснулась, вздрогнув, как от толчка. Инстинкт предупреждал ее, что опасность близка. Уверенная в том, что в комнате кто-то есть, Адди устремила взгляд в сторону двери.

– Кто здесь и что вы делаете в моей каюте? – собрав все свое мужество, твердым голосом спросила она.

Ответа не последовало, послышался лишь тихий шорох шагов.

– Сейчас же прекратите или я позову на помощь!

– Простите, Аделаида, – несколько смущенным тоном сказал нарушитель спокойствия. – Я не хотел вас пугать.

– Вильгельм! – Адди привстала на кровати. – Что все это значит?

Он передвинулся в полосу лунного света. Император был только в коротких подштанниках. Обнаженный по пояс, с голыми ногами он выглядел даже эффектнее, чем в нелепом купальном костюме.

– Майне либхен, после того, что произошло на палубе, мне хочется сидеть и выть на луну.

– Вильгельм, все это зашло слишком далеко. Что подумают ваши подчиненные, если услышат, как вы скулите и подвываете? Вам же самому будет стыдно!

Он присел на край кровати.

– Я просто хотел посмотреть на вас, моя дорогая. – В подтверждение своих слов он положил ей руку на бедро.

– Вильгельм! Сейчас же уберите руку! Он в отчаянии покачал головой.

– Я не могу себя сдержать. Я теряю над собой контроль. Gott, vorgeben Sie mich! [25]

С этими словами он принялся расстегивать свое белье.

– Я должен это сделать, или я сойду с ума. – В голосе его звучала решимость. – Не пытайтесь кричать. Никто не обратит на это ни малейшего внимания.

– Должно быть, вы не первый раз совершаете изнасилование, – с отвращением сказала Адди.

– До сих пор мне не нужно было применять силу. Обычно женщина гордится тем, что ее хочет император Германии.

Отшвырнув в сторону подштанники, он стянул с Адди простыню. Рубашка ее во сне задралась, и теперь она под жадным взглядом Вильгельма пыталась опустить ее вниз.

– Чтобы обладать вашим телом, я готов пожертвовать своим королевством. Чтобы вы стали моей навсегда, я готов расстаться с жизнью.

Адди встретила его слова безжалостным смехом.

– Можете пожертвовать хоть дюжиной королевств, но вы никогда не сможете обладать мною, Вильгельм! Даже сейчас вы можете подвергнуть насилию мое тело, но не будете мною обладать. Вы понимаете значение этого слова?

Он уже был на ней. Адди не сопротивлялась, но ее руки и ноги лежали безвольно, как у тряпичной куклы.

– Что с тобой, Liebchen? – нахмурился кайзер.

– Меня здесь нет, Вильгельм. С таким же точно успехом вы могли бы сами удовлетворить себя, – мое тело не принесет вам удовольствия. Посмотрите мне в глаза и скажите, что вы в них видите.

Он склонился над ней так низко, что их носы почти соприкоснулись. В лунном свете глаза Адди лихорадочно сверкали.

– Ну! Так что вы видите?

– Отвращение и ненависть, – едва слышно сказал он.

– Нет, не ненависть… вы слишком жалки, чтобы ее внушать.

Отпрянув назад, он медленно сполз с постели.

– Чего же вы ждете, Вильгельм? – презрительно усмехнулась Адди, поняв, что вся его страсть улетучилась.

Пробормотав нечто нечленораздельное, он отступил и, понурив плечи, исчез в темноте. Через мгновение Адди услышала, как открылась и вновь закрылась дверь. В каюте воцарились тишина и покой.

Когда на следующее утро Адди проснулась, солнце вовсю светило в иллюминатор. Встав с постели, она выглянула наружу. К изумлению Адди, яхта неподвижно стояла у причала. Поспешно одевшись, она поднялась на палубу.

Возле сходного трапа ее встретил первый помощник:

– Guten morgen, [26] фрау Бойл.

Встав по стойке «смирно», он приложил руку к козырьку фуражки.

– Где мы находимся? – спросила Адди.

– В Ремагене. Кайзер Вильгельм поручил мне выразить свои глубочайшие сожаления по поводу его преждевременного отъезда. Срочные государственные дела. Теперь мы вернемся в Кенигсвинтер, и оттуда вас доставят обратно в Берлин.

– Спасибо, лейтенант. Я, в свою очередь, сожалею о том, что не имела возможности поблагодарить императора за его внимание и щедрость. Он оказал мне особую честь, уделив свое драгоценное время.