Чтение онлайн

– Стоит ли, напарница?
– усомнился сыщик.
– Это колоссальный труд, но версия может оказаться пустышкой. Допустим, мы установим, что кто-то из журналистов спал с Астраловой. И что дальше? Маловероятно, что он - убийца.

– Отчего же?
– не согласилась она.
– Журналисты тоже люди, и мотивы у них могут быть обычные, человеческие - ревность, страх, обида.

– Да ну... Они люди из другого теста.

– По-моему, напарник, ты идеализируешь эту среду. Скажи, Люлю, кто из нас прав?

– Оба, - ответила компромиссная Люся.
– Виталик идеализирует нашего брата - мы народ циничный, закаленный, резистентный ко многим вещам, которые вводят в смущение других людей. Журналисты не кисейные барышни, не впадают в истерику из-за ерунды. Бывает, какой-то деятель не желает разговаривать и указывает на дверь в очень невежливой форме, а мы не огрызаемся и не отступаем. Грош цена тому журналисту, который придет к начальству и разведет руками, мол, ничего не получается. Он должен изыскать способ, найти подход или иные пути, чтобы получилось. В отношении того, что журналисты тоже люди, Алла права. Ничто человеческое нам не чуждо. Но и Виталий прав - не верю, что кто-то из моих собратьев застрелил Астралову. Насколько я знаю, журналисты не пользуются оружием.

– Ал, а ты уверена, что Филипп убит?
– спросила Тамара.

В этом она как раз была не уверена, но решила пока не оповещать друзей, иначе придется объяснить, почему нужно как можно скорее прояснить ситуацию.

"Если этот засранец пустился в бега, то это оптимальный вариант. Он может вообще сюда не вернуться, тогда черт с ним, пусть любуется Ларкиными фотографиями и ностальгирует. А если появится, я ухвачу его за хобот. Но до тех пор, пока ситуевина неясна, спокойной жизни не будет".

– Больше шансов за то, что мальца уже нет в живых. Для того, чтобы уйти на дно, нужны деньги, а у него их нет. Где он спрячется? Шенгенская виза для подобной шелупони слишком большая роскошь. Взять турпутевку в безвизовую страну? Это тоже не бесплатно, к тому же, ненадолго, проблемы не решает. Отсидеться у приятеля? Как один из возможных вариантов годится, но сколько Фил просидит в подполье? Вряд ли у него есть близкий друг, который согласится кормить его несколько месяцев, пока все не уляжется.

"А может быть, Филя прячется у того художника, который писал портреты?
– подумала она.
– Они работают в паре уже не менее десяти лет, как минимум, со времени его романа с Астраловой, значит, крепко повязаны. Быть может, Фил прихватил Ларкины фотки в качестве обеспечения куском хлеба? Мол, есть баба, готовая заплатить за выкуп этих снимков, так что я отсижусь у тебя некоторое время, а потом мы это дело провернем. Но может быть вариант похуже - Филя возьмет его подельщиком по части шантажа, и тогда тот будет звонить Ларки с требованием денег. Ладно, поживем, увидим. Если так, скоро кто-то из них объявится".

– Ну что, ребята, пора по домам, - сказала Алла, вставая.
– Лично меня ожидает грандиозная клизма - пиво с дустом и патефонными иголками от моего любимого мужчины за то, что злостно нарушаю режим.

Утром следующего дня позвонил Виталий.

– Напарница, список и фотографии погибших 11 мая женщин я добыл. Даже не надо проводить никакого сопоставления с портретом - я его прекрасно помню. Огнестрел в голову, но патологоанатомы и служба ритуальный услуг более-менее привели все в порядок, потом погибшую сфотографировали, так что она вполне узнаваема. Так вот, настоящая фамилия Изабеллы Астраловой по третьему мужу Бобкова, звали Валентиной Вениаминовной.

– Как прозаично... Бобкова... А кто её супруг?

– Бизнесмен. Не из крутых, но вполне.

– А не он, часом, заказал супружницу? Сейчас многим нуворишам некогда заниматься процедурой развода. Киллер избавит от надоевшей жены гораздо быстрее.

– Покопаем в этом направлении.

– Ладно. К двенадцати мы все идем на похороны Риты. Хоть и не хочется, но придется. Нельзя же в такой день оставлять Серегу одного.

– Кстати, ты собираешься просветить его насчет истинной натуры покойной жены?

– Нет, а зачем?

– Ну, тебе виднее.

– Я считаю это неэтичным. Но если понадобится что-то выяснить у него по делу, придется его расспросить.

– Как только мы с ребятами что-то выясним, я сразу позвоню.

– Действуйте, - напутствовала его бессменная напарница и боевая подруга.

За эти полгода Алла уже в третий раз участвовала в похоронах, но впервые не испытывала скорби и равнодушно смотрела, как опускают на веревках гроб, автоматически бросила ком земли, потом столь же безразлично наблюдала, как рабочие споро засыпают яму, формируют могильный холм, деловито похлопывая лопатами по его бокам, положила букет цветов и оглядела сокурсников, намереваясь сказать, что пора уходить.

– Сережа, - услышала она тихий голос и повернула голову.

Стоящая чуть в стороне незнакомая молодая женщина в черном платке растерянно смотрела на Сергея. Тот бросил на неё рассеянный взгляд - он вообще сегодня был сам не свой, выглядел подавленным и погруженным в себя, - машинально кивнул, не узнавая, и повернулся к Алле.

– Пошли, ребята, - скомандовала та и двинулась первой.

Они покинули территорию кладбища и подошли к стоявшим кучкой автомобилям. Боковым зрением верная боевая подруга увидела, как незнакомка в растерянности остановилась у ворот, не решаясь подойти.

– Сереж, эта женщина что-то хочет, но не осмеливается, - тихо сказала Алла.

Тот молча смотрел на неё непонимающим взглядом - мыслями он был далеко.

Наконец незнакомка решилась и медленно приблизилась к ним.

– Сережа, ты меня не узнал?
– спросила она.

Сергей отрицательно качнул головой.

– Я Таисия, сестра Алисы.

Он все ещё молча смотрел на нее, не осмыслив её слова. Зато Алла сразу поняла, что это сестра его бывшей любовницы.

"Только сцен и выяснения отношений сегодня не хватало!" - подумала она и уже вознамерилась максимально деликатно оттеснить женщину, но та её опередила: