Шрифт:
Погода этим летом выдалась отличная. Просто прекрасная погода! Не как в прошлом году – жара под сорок, как в печке. И не тепло, и не жарко, самое оно. Еще и легкий ветерок… благодать! Даже жалею, что работа не на свежем воздухе.
Вообще, если подумать, много ли осталось уважаемых профессий, чтобы на природе, под чистым небом, а не в тесном, душном офисе? Дворник? Ой, не смешите мои подковы! Строитель? Тоже так себе. Был я строителем в молодости – сплошная пыль и грязь. Там свежий воздух найти труднее, чем заказчика, который вовремя платит.
А вот в прежние времена почитаемой работы на свежем воздухе было сколько угодно. Хочешь – разбойником, караваны грабить. Хочешь – пиратом, галеоны грабить.
Точно! Пиратом! Вот профессия моей мечты. А что? Сколько я книг про пиратов прочел – лучше самих пиратов их жизнь знаю! Одного Стивенсона раз пять прочитал. А уж "Пиратов Карибского моря" до дыр засмотрел!
Море, скрип снастей, запах смолы и пороха. И ветер в парусах. Ветер в харю, а я шпарю! И Веселый Роджер развевается под порывами свежего морского бриза.
Так, что я знаю про пиратов? Моряки вообще, а пираты – в особенности, народ суеверный. Например, они свято верят, что если барометр падает – это к шторму. Казалось бы, делов – тьфу. Взял гвозди-сотку, прибил барометр покрепче, чтобы не падал – и все, никаких штормов. Нет же, пираты – народ упрямый. Жив в них бунтарский дух! Там где другой человек, тот же король, поступил бы по уму – приказал бы барометру не падать, а если упал – плетей всыпать, пираты продолжают чтить морские традиции. Упал барометр – все, шторму быть. Наверняка с собой запас барометров возили. Там же спереди стекляшка. Ну не может не разбиться стекляшка, если барометр с такой высоты грохнулся. Хорошо, согласен. Раз – повезло. Второй – снова повезло. Но на третий или четвертый раз всенепременно разобьется. То есть запасные барометры как воздух нужны. Иначе как узнать – будет шторм, или нет? Тогда ж Яндекса не было, спросить не у кого было. Единственный верный способ оставался – барометр.
Штормов-то в древности умотаться сколько было. Это сейчас штормов в море, как мяса в колбасе, искать устанешь. А тогда – навалом. Потому что корабли на парусах плавали, а парусу без ветра никак нельзя. И чем ветер сильнее – тем корабль плыл быстрее. Так-то все логично, все сходится.
Уже в наши дни, когда кораблям двигатели стали ставить, что на мазуте работают, штормы упразднили. Потому что без надобности ветер стал.
Вот несется моя ласточка по штормовым волнам… ласточка… нет, кораблю нужно имя. Ведь, как известно, как корабль назовешь – так он и поплывет. Нечто такое – непонятное, устрашающее. Чтобы враги трепетали! "Пиратствующий пират". Нет, не то. "Грабящий грабитель". Нет, тоже не то. Все это как-то по-мещански звучит. А хотелось бы возвышенного… о, придумал! ГОЭЛРО! Непонятно? Непонятно! Кто там, во времена пиратов, про электричество слышал? Там еще даже велосипедов не видели! А если непонятно – стало быть, устрашает. Кто такой ГОЭЛРО? Чем его кормить? Хрен поймешь! Вот пусть и гадают, сволочи!
Вот несется мой ГОЭЛРО по штормовым волнам, как вдруг, неожиданно, из-за угла вылетает испанский галеон, груженный золотом под завязку. Прямо до верху, через край сыпется.
Да знаю я, знаю, что в океане никаких углов не бывает. Но я – автор, я хочу, чтобы повествование приобрело неожиданный поворот. Стало быть по сюжету необходим угол. А если по сюжету необходим угол – то угол будет. И не надо со мной спорить!
Я смотрю на галеон в подзорную трубу. Ихний капитан смотрит на нас в подзорную трубу. Наши трубы встречаются… и тут он бледнеет от ужаса. Узнал, собака! Узнал мой корабль – ГОЭЛРО, под командованием доблестного пирата Рыжеборода! Все, кранты тебе испанец. Доплавался. Придется делиться золотишком. Не хочешь? А кто тебя спрашивает? Я, например, просыпаться каждое утро на работу не хочу, но меня ж никто не спрашивает! Встаю, кормлю попугая пиастрами и поднимаюсь на мостик. Чтобы грабить.
Конец ознакомительного фрагмента.