Чтение онлайн

Орк решил не затягивать с поединком, и, издав утробный рык, бросился на соперницу, воздев молот над головой. Однако там, где Отра находилась мгновение назад, ее уже не было: ловко крутанувшись на месте, она очутилась у Гроха за спиной и незамедлительно отвесила ему звонкого пинка. Зеваки одобрительно загомонили.

Рассерженный Грох снова размахнулся молотом. Удар, и массивный деревянный стул отлетел в сторону, словно пушинка. Но он снова не достиг цели: Отра легко ушла от свистящего тяжелого оружия, перепрыгнула через стол и наградила соперника еще одним пинком под зад. Откуда-то послышался веселый свист.

Грох рассвирепел: размахивая молотом, он кинулся на девчонку, точно ураган, стремящийся снести все, что попадается на его пути. Отра с невозмутимым видом выставила вперед клинок, и когда молот пронесся буквально на расстоянии ладони перед ее лицом, кинулась на пол, с перекатом кувырнулась вперед и снова очутилась за спиной у противника. Получив парочку смачных пенделей, Грох принялся вертеться, словно уж на сковороде, тщетно пытаясь понять, где сейчас находится его соперница. Но Отра была быстрее: не давая орку опомниться, она сделала короткий выпад, и ее клинок плашмя хлестнул его пониже спины. После чего девчонка легко запрыгнула на стол и от души двинула Гроха ногой по затылку — тот с воем выронил молот и схватился за голову. Зал, хохоча, залился пронзительным свистом и одобрительными выкриками.

— Ладно, хватит! — громко произнес Эльдмар и поднял верх руку. — Доволен, Рым?

— Твоя взяла, — неохотно признал тот, и, сопя, высыпал на стол недавно прикарманенные монеты. — Неплохо ты ее обучил, старик. Если остальные двое дерутся не хуже, я бы поостерегся с ними связываться. Точно, Грох?

— Угу, — буркнул его спутник, потирая ушибленные места.

— Допивайте эль и пойдем, — обратился к нам старый эльф. — Хватит на сегодня развлечений.

Поднявшись с рассветом и позавтракав, мы оседлали лошадей, собрали скарб в походные мешки и тронулись в путь. Ослик под Холтом понуро перебирал ногами, но все же тащил свою ношу, и спустя пару минут я немного успокоился: похоже, животное не собирается помирать прямо сейчас. Город еще спал и до заставы мы добрались довольно быстро.

Перед запертыми воротами нас встретил заспанный орк в кожаном полудоспехе и с массивным боевым молотом, прицепленным за плетеный ремень к поясу.

— Что везете? — хмуро поинтересовался он.

— Одежду, запас еды на день, личное оружие, — ответил за всех Бамбур.

— Золото, ценности, товар на продажу?

— Ничего.

— Лошадей вон в тот загон, мешки предъявить к досмотру. Читать-писать умеете? Заполняйте.

Орк протянул нам лист бумаги с внушительной по размеру анкетой. Я быстро пробежал ее глазами. Помимо имен, места и даты рождения, бумага содержала множество иных непонятных вопросов: например, «С какой целью вы появились на свет?», «Причина, по которой вы покидаете Отечество?», «Привлекались ли ваши двоюродные родственники по дедовской линии к ответственности за несвоевременную уплату пошлин?» и «Сколько раз в день вы планируете посещать уборную на территории сопредельного государства?». Интересно, какое количество орков, с трудом умеющих писать, способны не то что заполнить подобный документ, а хотя бы прочитать его без запинки с первого раза?

— Если грамоте не обучен, плати десять монет, и я заполню бумагу за тебя, — охотно прояснил стражник потаенный смысл этого аттракциона.

Прикинув, что мы провозимся с этим документом необычайной важности минимум до обеда, я немного приуныл.

Скрипнула окованная железом дверь привратной башни, и показавшийся мне знакомым голос произнес:

— О, а вот и мастера клинка пожаловали.

Перед нами стоял достопочтенный Рым, только теперь он был облачен в кожаный доспех, а боевой молот на поясе и нарисованные на лбу три красные линии свидетельствовали о том, что он служит в пограничной страже в чине сотника.

— Как спалось, старик? Эй, Грох! Отпирай ворота!

— Угу.

Из дверей выполз Грох, и, недовольно глянув в нашу сторону, заковылял к массивному чугунному засову.

— Пропусти их, — обратился Рым к остановившему нас стражнику, — это свои.

Тот послушно отступил в сторону.

На той стороне формальности и вовсе заняли пару минут. Толстый гном, сидевший в глубине выкрашенной в желтый цвет деревянной будки, записал наши имена в толстый гроссбух, принял въездную плату и поднял шлагбаум. Я впервые очутился за границей и с любопытством глазел по сторонам, присушиваясь к собственным чувствам. Чувства молчали: та же дорога, те же пыльные кусты по обочинам, то же бездонное синее небо над головой.

Только вот звуки до моих ушей доносились странные: за поворотом тракта кто-то истошно кричал. Тронув пятками лошадь, я пустил ее рысцой.

Сначала я увидел поднимающееся в небо облако пыли, а потом — двух гномов, которые, катаясь по дороге, сделались источником этого самого облака. Гномы увлеченно драли друг другу бороды и с истошными криками обменивались тумаками. В этой эпической схватке определенно побеждал рыжий гном в полосатых штанах, он казался поувесистей темноволосого, который, лежа в дорожной пыли, отчаянно отбивался от оседлавшего его соперника. Еще немного, и рыжий определенно расквасит своему визави нос. Решив не дожидаться подобной печальной развязки, я нагнулся, и, придерживаясь за седло, со второй попытки схватил извивающегося рыжего драчуна за шиворот, после чего с превеликим трудом поднял его над землей. Темноволосый, избавившись от агрессивного седока, попытался было кинуться на него с кулаками, но подоспевший Холт схватил за шкирку и его тоже. С минуту оба гнома яростно обменивались ругательствами на своем языке, а затем выдохлись и немного поутихли. Убедившись, что смертоубийства можно не ждать, я с облегчением опустил рыжего обратно на землю — не с моей скромной комплекцией таскать подобные тяжести.

Хором высказав еще пару непонятных ругательств, гномы разошлись по разным сторонам дороги, где каждого ожидала запряженная парочкой пони повозка, и благополучно разъехались — один в сторону границы, другой в противоположном направлении.

— Чего они не поделили? — обратился я к Бамбуру. — Ты вроде бы знаешь их язык.

Смуглолицый лишь пожал плечами:

— Большая часть их содержательной беседы сводилась к тому, что один называл другого паршивой собакой, а тот его — грязной свиньей. Единственное, что я уловил — их семейства терпеть друг друга не могут. Впрочем, у гномов сложные родственные связи, так что тут можно запросто голову сломать, кто кому и кем приходится.

Проводив взглядом удаляющиеся повозки, я пожал плечами:

— Главное, мы не позволили им покалечить друг друга. Ишь как разошлись.

Некоторое время мы ехали молча. По обочинам потянулись сады с низкими плетеными изгородями, кое-где ограды отсутствовали вовсе, и растущие тут и там яблони свешивали свои ветви прямо на нашем пути. Холт сорвал на ходу крепкое зеленое яблочко, смачно хрустнул им, но тут же скривился и швырнул надкусанный плод в сторону.

— Тьфу, кислятина!

— А тебе лишь бы пожрать, — вставила шпильку Отра.

— Стоп, привал! — внезапно скомандовал Бамбур. Спешившись, он подошел к изгороди и поднял валявшуюся подле нее большую плетеную корзину с оторванной ручкой — видимо, из-за этого дефекта ее тут когда-то и бросили.

— Наберите-ка сюда побольше яблок!

— Так это, их же есть невозможно, — попытался возразить Холт.

— А есть тебя никто и не заставляет.

Яблоки мы собрали быстро, получилось даже с горкой. Сидевший под деревом в расслабленной позе и наблюдавший за нашими стараниями Бамбур поднялся на ноги и махнул мне рукой: