Грани
Шрифт:
– Есть, капитан. – Они улыбнулись.
Помывшись, приведя себя, наконец, в порядок, Лилит довольная сидела на огромной кровати в гостинице. Роджер ушел по делам, как он сказал, и пообещал скоро прийти.
Наслаждаясь спокойствием уютной, хоть и довольно скромной спальни, девушка отбросила все мысли о туманном будущем и прошлом, так же скрытым в тумане времени. Вот она и уснула.
Роджер вошел в комнату, увидел полуобнаженную возлюбленную, лежащую на постели. Тонкие кружева нижнего платья не скрывали, а только подчеркивали прелести девушки. Ее лицо было безмятежно. Он наслаждался ей: каждая черточка обожаемого лица, тела была знакома ему, но он вновь и вновь упивался этой красотой. Медные волосы царственно лежали на подушке, вокруг головы, руки необъяснимо элегантно и очаровательно покоились одна на животе, другая – на постели.
Мужчина лег рядом с ней, повернулся на бок и все смотрел, смотрел на своего спящего ангела…
– Лео, давно ты тут? – спросила она, проснувшись.
– Нет, совсем недолго… Какая ты у меня красавица, – он поцеловал ее. Девушка обняла его, притянула к себе…
Одежда, не в силах сопротивляться ловким, отработанным движениям Роджера, быстро обнажала молодое, прекрасное тело девушки. Каждое его прикосновение отзывалось в ней, каждый поцелуй обжигал кожу и заставлял трепетать. Послышался едва слышный стон… его сильные, властные руки, жадные губы и неутолимое желание доставляли неповторимое наслаждение, сладкую муку, он делал с ней все, что только хотел, но он в любом случае делал ей приятно… Стоны сменились криками, почти мольбами. Они были в сладком аду. Это могло продолжаться вечность, и они бы не отказались от этого, но все же они были людьми и их тела, изнеможенные этим безумством, были высушены, выпиты до дна страстью.
Снова внизу живота болело. Это вошло в привычку – терпеть боль.
Они нежились в постели, Роджер блаженно раскинулся на огромной кровати. Сейчас он был измотан и доволен. Сейчас ему было плевать на дома, корабли, на Порт, на весь белый свет. Сейчас он лежал в постели с той, о которой мечтал, которой бредил, которую почти ненавидел. И вот она лежит рядом! Она кричала, стонала, она целовала его! Его мечты, желания осуществились, он только сейчас понял это. Только сейчас дал себе волю: ни экипаж, ни море – ни что не угрожало ей.
– О чем ты думаешь? – Роджер повернулся к ней.
– О тебе, Лил… О том, как я долго ждал этого дня…
– Почему именно этого? Мы давно уже вместе.
– Ты в относительной безопасности. Ничто не давит на меня, я просто могу наслаждаться тобой. Мы, наконец, можем открыто, не таясь, не страшась каждой тени, погулять. Я покажу тебе море, остров… «Смерть» … Я хочу, чтобы ты поняла, почему я так живу, почему не смогу отказаться от этого. – Лилит была очарована теми переменами, что произошли с ее возлюбленным: больше не было нервозности, он не вскакивал и не убегал, не молча кивал, а больше говорил…
– Пиратство появилось от желания быть свободным. – Он замолчал, размышляя о чем-то или просто отдыхая.
– Ты обещаешь показать мне порт? – Оба ликовали, казалось, они обрели свободу. – Кстати, куда ты ходил? Это касается … – она замялась.
– Нет, это не по поводу денег. Я принес тебе кое-что. – Он поднял откуда-то с полу огромную фиолетовую коробку.
– Что это?
– Открой. – Лилит развязала ленту, сняла крышку: шелковая ткань цвета темного сапфира, девушка достала платье…
– Оно безумно красиво, Лео… – Выдохнула рыжеволосая. – Страшно подумать, сколько ты заплатил за него… – Роджер отвернулся. Лилит замерла. – Лео, что такое? Почему ты отвернулся?
– Да нет, Лил. Просто я не люблю разговоров о деньгах. Тем более не хочу, чтобы ты задумывалась об этом.
– Хорошо. Но мне правда очень неловко. – смутилась рыжеволосая.
– Плюнь ты на все это. Деньги – средство, а не смысл. Жаль, что не все это понимают. – Девушка обняла его. – Была бы ты поосторожнее в своих ласках… – Она покраснела.
– Тебе не нравится?
– Мне нравится все, что ты делаешь. А вот твои боли в животе… Мы перегибаем палку, Лил. Тебе нужно поберечь себя. Не хочешь одеться?
– Да, с удовольствием.
Через пятнадцать минут перед Роджером снова стояла кукольная аристократка: волосы сплетены в изящную, но скромную прическу, платье выглядело богато, но не вызывающе, подчеркивало, но не выставляло на показ фигурку Лилит. Она была одета хоть и довольно просто, но все говорило о ее происхождении: ее осанка, взгляд, каждое движение, наклон и поворот головы.
– Не поверю, что эти руки будут держать оружие… – Прошептал он, целуя белые, нежные руки возлюбленной. – Я всегда буду винить себя за это…
– Лео… Не говори так. Я счастлива с тобой. Никогда я не чувствовала себя в такой безопасности, как сейчас. – Лил любовалась этой загадочной синевой, утопая в ней.
– Это иллюзия. – Снова Лео был печален и задумчив, но смог-таки стряхнуть с себя липкую паутину хандры:
– Что ж, пойдем? Жара спала. Я покажу тебе ночной город, конечно, мы не пойдем по тем местам, где меня хорошо знают… – Лукаво усмехнулся мужчина.
– Тебя везде хорошо знают… Ты же Черный Роджер. – Он улыбнулся.
– В общем, по борделям и кабакам я тебя водить само собой не буду.
– Это радует. Куда же мы пойдем?
– Искать дом. Я приметил кое-какое местечко недалеко за городом. Посмотрим его? – Рыжая кивнула. Она была в восторге: от этих перемен, от него, от близости с ним, от понимания, что он не уйдет больше. – Думаю, там нам будет спокойно. Никто нас там не знает в лицо, там нет пиратов и прочего сброда. – Лео, как всегда, был одет в черное, это подчеркивало почти неестественную белизну кожи, пронзительно-синие глаза хищно блестели в неверном вечернем освещении, волосы казались темнее.
На улице действительно стало прохладно, легкий бриз мягко гладил по волосам, нежно касался лица и плеч. Небо игриво подмигивало множеством звезд, месяц серебрил волны, неустанно бьющиеся о берег, серебрил их гребни, показывающиеся на блестящей поверхности моря. Отовсюду слышались пьяные крики и непристойный, пошлый смех… Хотя и женщины здесь не особо отличались манерами, тем более что и понятие «честь» было не в почете. Запах был причудливый – это и вонь – от грязных людских тел, и резкий запах выпивки, гниющие отходы, свежий – морской, ветра, табака и специй… Смолы и дерева… Еще и волшебный и загадочный запах ночи – все это разнообразие смешивалось и получалось что-то невообразимое.