Грани матрицы
Шрифт:
– Разве что минеральной воды, – скромно улыбнулся полковник.
Скромная улыбка явно была для него неестественной.
Охранник не стал вступать в разговоры. То ли не положено, то ли он не хотел заговаривать с человеком, в которого ему, возможно, придется стрелять.
Тем не менее, хотя два члена нашей компании и игнорировали предложение поучаствовать в импровизированном банкете, до Коноши доехали весело. И времени это заняло совсем немного – два с небольшим часа.
Станцию, название которой ничего мне не говорило и прежде даже не было известно, я толком разглядеть не успел. Небольшой стеклянный вокзал магнитного экспресса, крытый переход на самый обычный железнодорожный вокзал. Витиеватая надпись «Копоша».
На железнодорожной станции мы подождали около часа, сидя в глубоких мягких креслах, и сели в самый настоящий поезд. Стандартные вагоны, обычные купе, большой зеленый электровоз впереди состава. Я словно бы окунулся в такое родное прошлое…
Поезд бежал резво, но не со сверхъестественной скоростью. Вокруг мелькали елки, болотца, небольшие холмы. Деревни и городки встречались редко. Но железная дорога была очень крепкой. Стыки рельсов едва ощущались, и поезд мчался со скоростью больше ста километров в час. Останавливались мы в считанных городках: Вельск, Кулой, Кизема, Котлас, Железнодорожный, Сосногорск, Ираёль, Каджером. И, наконец, Печора.
Чем дальше на север, тем прохладнее становилось. Хвойный лес местами переходил в ярко выраженную тундру. Потом вновь появлялись островки деревьев, сменялись болотами, огромными полянами, поросшими низким кустарником. Комары на огромной скорости пикировали в окно. Те, которых не размазывало по стенкам вагона и по стеклу, сразу же деловито устремлялись к нашим телам. Полковник достал из кейса мазь и предложил всем желающим. Мы с Надей намазали лицо и руки, охранник почему-то воздержался и стойко терпел укусы.
Когда начало темнеть, все, кроме охранника, задремали. Впрочем, короткая северная ночь пролетела быстро. А с рассветом мы уже прибыли на место.
Станция в Печоре ничем не напоминала вокзал в Коноше. Современное трехэтажное здание с огромными информационными экранами, эскалаторами, большой вокзальной площадью, на которой могло уместиться множество автомобилей. Сейчас площадь была почти пуста. А нас ожидал автобус средних размеров. Обтекаемые формы, бесшумный двигатель, молчаливый водитель.
– Поехали, – приказал полковник, как только мы вошли в салон.
Автобус бесшумно сорвался с места и устремился вперед, быстро набирая скорость. Водитель включил на крыше мигалку, разбрасывавшую вокруг ворох синих бликов.
Я уже было думал, что мы будем добираться до ГигаТЭЦ на рейсовом автобусе, как ехали до Печоры обычным пассажирским транспортом. Но, как выяснилось, автобус прислали специально за нами. Да он еще был и непростым – оборудован спецсигналами…
Хорошая асфальтовая дорога вела прочь от города. От электростанции словно бы шло тепло – воздух стал мягче, растительность казалась зеленей и обильней. Комаров стало еще больше. В таком-то хорошем климате им только жить да радоваться.
Подъехали к воротам в бетонной стене. Стена – высотой метра четыре, ворота стальные, решетчатые. Перед ними стояло несколько палаток. Возле них лениво топтались участники некой акции протеста, цель которой я выяснить не успел. Полковник на мой вопрос ответил коротко:
– Бездельники.
Что ж, может, и так. Скорее всего, пикетчикам кто-то приплачивал. Не будут же они жить здесь от нечего делать? Хотя разные бывают люди…
За воротами и забором обнаружилась песчаная полоса шириной метров триста. Даже если злоумышленник переберется через забор, незаметно преодолеть эту полосу будет не так-то легко. А вдоль леска, за которым скрывалась сама станция, шла отличная асфальтовая дорога – не иначе, для оперативной переброски частей к месту прорыва.
Не так уж плохо. Собственно говоря, зачем я им нужен? Если бы объект только строился… А он уже имеет развитую оборонительную инфраструктуру!
– Нет нужды так внимательно вглядываться в окно, – заявил полковник. – На центральном охранном посту есть активная карта-схема оборонительного периметра. Созданы отличные тренажеры. Вы изучите все, а потом уже сможете осмотреть заинтересовавшие вас участки на месте. Или через камеры слежения.
– Да, конечно. – Я машинально кивнул.
И все же идея знакомиться с охраняемым объектом посредством видеокамер меня не впечатлила. Я придерживался старых принципов: реально только то, что ты можешь потрогать. А того, что показывают тебе по телевизору, может быть, и на свете нет.
Дорога по широкой дуге обогнула сосновый бор и скрывавшуюся за ним ГигаТЭЦ. Мы вновь миновали ворота – не такие фундаментальные, как со стороны Печоры, но тоже достаточно внушительные – и оказались в закрытом поселке.
– Все припасы и товары подвозят сюда через территорию ГигаТЭЦ? – поинтересовался я.
– Нет, конечно, – ответил Мизерный. – С другой стороны свой вход. Нам ближе было проехать через станцию. Мы имеем на это разрешение.
– Хорошо, – пробормотал я, решив про себя, что, если я буду охранять этот объект, не вполне проверенные автобусы не станут разъезжать по вверенной мне территории.
Поселок выглядел как небольшой военный городок советских войск в дружественной зарубежной стране во второй половине двадцатого века. Небольшие двухэтажные и одноэтажные дома, аккуратные дорожки, клумбы, молодые деревца…
– Есть хорошая квартира на втором этаже и одноэтажный коттедж, – объявил полковник. – Что бы вы хотели?
– Коттедж, естественно, – ответил я.
– Он меньше по площади.
– Пристроим то, что будет нужно.
Мизерный шепнул водителю пару слов, и мы подкатили к небольшому домику. Перед крыльцом росли три маленькие елочки. Никакого забора – почти как в Америке.
– Где же прежний хозяин? – поинтересовался я.
– Дом снимал американский инженер. Его сменил русский специалист. Он пожелал работать вахтовым методом и снимает маленькую квартирку. Дешевле.
– Охранник тоже все время будет жить со мной? – спросил я.
Может быть, со мной захочет остаться и полковник? Но согласятся ли они все по крайней мере занять смежные комнаты, а не дежурить у меня в спальне?
– Здесь вы находитесь в полной безопасности. За ворота станции вам выходить не возбраняется, но не рекомендуется. А на ГигаТЭЦ очень надежные линии обороны. Когда мы расстанемся, я вручу вам браслет, с помощью которого вас в любой момент смогут вызвать, вы сможете позвать на помощь, да и местоположение ваше будет фиксироваться главным компьютером ГигаТЭЦ. Неподалеку от вас будет только Надежда.