Грань миров
Шрифт:
– Ты в самом деле не знаешь, как тут оказался? – с недоверием в голосе переспросила она, присев на корточки в паре шагов.
– Э-э-э… – протянул Вадим. Здравые мысли, хоть как-то бы объяснившие происходящее, упорно отказывались приходить в голову. – Нет.
– Я принцесса Илеора, – представилась девушка. – И ни одному мужчине в нашей стране нельзя видеть меня, нельзя говорить со мной. Поэтому я удивлена. Мои покои охраняют лучше покоев отца. Но ты просто появился тут. И одежда твоя чудная…
Она задорно хихикнула. «Так, стоп! – мысленно попытался взять над собой контроль Вадим. – Это только у меня в голове. Я точно валяюсь под ивой в парке без сознания – это в лучшем случае. Но почему я видел соседа? Если это в самом деле был он? Что, черт возьми, происходит?»
– Нянечка идет! – услышал он шепот «принцессы». – Смотри, голос не подавай!
Она встала и вновь вышла на свет. Шелковистые волосы закрывали от Вадима контуры силуэта под одеждой. Он мотнул головой, силясь избавиться от наваждения.
– Нора, милая, принеси, пожалуйста, поесть. Я проголодалась.
Появившаяся в комнате женщина в серых свободных одеждах всплеснула руками.
– Ох, как же! Конечно, Ваша Светлость, сейчас буду!
Спровадив ничего не подозревающую женщину, «светлость» вернулась в темный угол. Она с подозрением посмотрела на Вадима, будто ожидала, что он вот-вот растворится в воздухе. Принцесса опасалась подойти близко, но было заметно, как ей интересно. И вскоре любопытство окончательно победило.
– Можно? – тихим смущенным голосом спросила она, снова протянув руку.
Вадим только кивнул. Он все ждал, когда видение закончится и уже проигрывал в голове фразы, которые скажет старикашке.
Мягкие пальцы аккуратно коснулись плеча. В этот раз она была немного смелее и даже позволила себе дотронуться до ершика коротко стриженных волос. Вадим закрыл глаза и попытался понять, чувствует ли прикосновения наяву или ему только кажется.
– Послушай, – вдруг серьезным тоном произнесла принцесса и отстранилась. Сразу стало прохладней. – Тебе надо бежать. Если кто-то увидит тебя в моих покоях, тебя казнят. Только не через дверь – там стража. Как же ты сюда попал?
– Я уже говорил, не имею ни малейшего понятия, – устало пробурчал Вадим, проклиная про себя гопников, старика и самого себя. Он отчаялся найти объяснения и пришел к выводу, что надо действовать по ситуации.
Принцесса вздохнула и принялась расхаживать взад-вперед. Вадим поднял на нее взгляд, отметив, что она так и продолжает без какого-либо стеснения бродить по комнате в почти прозрачной ночнушке. «Даже не подумала прикрыться», – с удивлением подумал он и попытался отвлечься, разглядывая колонны и утварь. Напротив кровати располагалось круглое окно. В принципе в него можно было бы свободно пролезть, если убрать решетки. Вадим подполз к окну, наконец встал, схватился руками за металлические прутья, подтянулся. Внизу виднелась крыша, покрытая крупной черепицей. Чуть дальше и ниже метров на десять – мостовая. Еще дальше ажурные металлические ворота и живописная аллея с небольшим прудом. А справа и слева высились башни дворцовой крепости. Все это было огорожено высокой стеной.
Несмотря на то, что на улице еще светило закатное солнце, его лучи не попадали в жилище принцессы. Большая башня загораживала собой три четверти неба.
– Там начинается дворцовый сад, – прокомментировала принцесса и подошла ближе. – Я часто выглядываю из окна и смотрю, что там происходит. Вижу стражников и служанок. Иногда даже слышу, о чем они говорят. Однажды я позвала стражника, хотела попросить принести куриц во двор. Знаешь, они такие забавные, бегают, копаются…
– Да, курицы смешные, – Вадим с подозрением взглянул на нее. Принцесса – и часто выглядывает из окна? Зачем? Разве она не может просто прогуляться по саду?
– Конечно, я не достаю до него, как ты, – засмущалась от собственных оправданий принцесса. – Но если положить друг на друга несколько подушек, то вполне получается. Так вот, – Илеора заправила за ухо выбившуюся прядь волос, – того стражника потом казнили за то, что он увидел меня в окне.
Вадим с опасением посмотрел на принцессу. Беззаботное выражение на ее лице сбивало с толку. Он был полностью согласен с тем, что надо валить из этого странного места. Не стоит ожидать доброй воли случая. Конечно, если это сон, то можно хоть голышом плясать, а если нет? Умирать таким дурацким образом не хотелось.
– Вот как, – пробормотал Вадим и дернул решетку на себя.
Естественно – не поддалась. Но прутья сами по себе тонкие. Если бы только у него было нечто вроде напильника… Он машинально порылся в карманах.
– А у тебя не найдется чего-то острого, вернее, какой-нибудь пилы? – обратился он вновь к бестактно разглядывающей его принцессе.
– «Пилы-ы-ы», – протянула она. – Что такое «Пилы»?
Вадим болезненно сдвинул брови. Вот как можно не знать, что такое «пила»?
– А ножик с зубчиками есть? – выкрутился из положения он.
– Да! – радостно воскликнула она. – Сейчас принесу.
Принцесса метнулась к столу и принялась усердно рыться в тумбочке. Действительно, она нашла нож с мелкими зубчиками, по всей видимости, для фруктов. Его острота оставляла желать лучшего, но спустя несколько секунд пиления, на металлической решетке появилась характерная полоска. По крайней мере, хоть что-то… Вадим краем глаза снова взглянул на принцессу. Она принесла подушку, уселась на нее и, подперев подбородок руками, уставилась на Вадима широко раскрытыми глазами.
Такая непосредственность была, скорее, характерна для детей дошкольного возраста. Что говорило или о том, что у девушки не все дома, или ее так воспитали.
– Чем занимается принцесса в свободное ото сна время? – решил заполнить тишину Вадим.
Принцесса оживилась: вскочила и принялась загибать пальцы на руках.
– Я читаю, смотрю в окно, слушаю истории нянечки, играю на музыкальных инструментах, еще я люблю рисовать деревья. Очень люблю деревья! Когда наступает осень, Нора приносит мне целый мешок разноцветных листьев. Они так чудесно пахнут!