Чтение онлайн

— Кто ты? — наконец-то догадался я спросить.

— Я-рысь, твой тотем. Твоя богиня, если тебя такое объяснение больше устроит. — Вообще-то, меня ни одно из этих объяснений не устраивало. Примем за аксиому оба. И больше не будем возвращаться к этим вопросам. Мне других хватает.

— Прорывы, что это? — пока была возможность обращаться к своему тотему напрямую, я решил ею воспользоваться. Почему-то всё, что сейчас происходило, я воспринимал, как должное. У меня даже мысли не возникло, что это может быть простой сон, или бред моего обдолбавшегося макрами организма. Так что поболтаем, тем более, что есть у меня уверенность в том, что подобное общение не будет происходить слишком часто. Рысь — это прежде всего кошка, а кошки не слишком долго с котятами возятся.

— Тончайшая грань между изнанкой и внешним миром. Здесь в ваших землях эта грань особенно тонка. Именно поэтому сыновей рыси поставили на эту землю, чтобы охранять и не давать тварям изнанки заходить слишком далеко. Вы хорошие бойцы, ну, кроме тебя. — Сидящая напротив меня рысь смешно сморщила морду и чихнула. — Да, кроме тебя. Нужно тренироваться.

— Без тебя знаю, — я огрызнулся. Учить она меня вздумала.

— Не дерзи, — одернула меня рысь. — Не с девчонкой своей разговариваешь. — Мы с минуту бодались взглядами, и я в конце концов отвел глаза. — Вот и отлично. Изнанка — это прекрасное место для того, чтобы развивать себя и свою магию. — Голос в голове замолчал, а затем добавил, прежде чем совсем исчезнуть. — На первый раз достаточно. Ещё увидимся.

Я открыл глаза и уставился в темноту. Ничего не видно, а что, если… Закрыл глаза, потом снова открыл. Кошачье зрение сработало как надо. Комната обратилась во все оттенки серого, но, хотя бы стали видны стены и мебель, а вон глаза блеснули на уровне пола: мышь или крыса. Скорее всего, всё-таки мышь, домик считай что в тайге стоит, тут полёвки толпами ходят. Зато теперь стало понятно отсутствие еды. Незачем мышей разводить ещё больше, чем их здесь есть. Да и сжирать они будут всё, до чего доберутся. Всё равно тому, кто сюда приедет мало что достанется.

Так, что тут у нас, кроме притаившейся мыши на полу? Я обвел взглядом комнату, как же непривычно смотреть вот так, словно прибором ночного видения разглядываешь. Дед в кресле возле кровати вообще чуть рябит.

Так, стоп! Откуда здесь взялся дед? Словно почувствовав мой взгляд граф встрепенулся и повернул голову в мою сторону.

— Привет, что ты здесь делаешь? — спросил я, разглядывая его.

— Сразу же примчался, как только гонец сообщил о прорыве, — он протер лицо руками. — Даже в седло впервые за столько лет залез. — Он замолчал, а потом тихо добавил. — Женя, ты меня видишь?

— Да, вижу, а ты разве меня нет? — глядя на него, я тоже зачем-то перешёл почти на шёпот.

— Нет, — он покачал головой. — Рысиное зрение не каждому из Рысевых дано. Собственно, в последний раз оно проявлялось у моего деда. У него так же глаза светились.

— Мне рысь приснилась, — я откинулся на подушку и принялся разглядывать потолок. Всё-таки интересно вот так смотреть.

— Это хорошо, — ответил дед. — Покровительница не к каждому приходит. Правда, делает это чаще, чем зрением наделяет, но всегда хочется большего.

— К тебе приходила?

— Да. После того, как я от Свинцова кошку спас. Приходила, поблагодарила, но предупредила, что соседей надо было как клан разбить, иначе они скоро снова голову поднимут. У свиней память короткая.

— А почему хорошего, в общем-то, совета не послушался? — какая интересная трещина, чем-то молнию напоминает, если долго всматриваться и подключить воображение. А вон там, прямо над тем местом, где мышь сидела, ещё одна, почти такая же. Взять бы и прямо в эту тварь запустить такую же молнию, только настоящую. И я сейчас не о мыши думаю.

— Там всё завертелось очень сильно. У Свинцовых родственники в столице живут, те же Кабановы, которые с Мышкиным какие-то дела делают.

— Кто такой Мышкин? — я полностью разглядел потолок и принялся изучать стену.

— Князь Мышкин, весьма одиозная личность, один из немногих лиц, допущенных к императору без доклада. Так что то, что Кречет прислал сюда всего лишь Медведева, главу Министерства внутренних дел, говорит скорее о некой лояльности к нам власти. А может в пику кому-то, ясно же, что дело для Свинцовых проигрышное было изначально: шутка ли, убить тотемное животное на территории клана этого тотема. Так что, тут, скорее, всё-таки эту гниду защищали, а не нас. Итак половина Сибири забурлила. Территории нам отошли, чтобы эту волну успокоить. И Медведев здесь был, так как мужик, в общем-то, неподкупный. Но слегка надавить можно на любого, например, клан позволить сохранить, вместе с жизнью. Да и спас я тогда рысь, успел. Вот и пошли этим свиньям на уступки. Какие-то закулисные игры, я в такое никогда не лез. Отец, кажется, в виде компенсации морального ущерба ещё торговые льготы получил, и пару контрактов с военными предприятиями разрешили нам заключить. Так что наша воинская часть оснащена прекрасно, почти на уровне государственной армии.

— У нас есть своя армия? — я удивленно посмотрел в его сторону.

— Конечно, — граф усмехнулся. — А как иначе? Не такая большая, как у государя, конечно, но пару тысяч штыков выставить можем. Как вернешься из своей Академии на летние каникулы, мы съездим в гарнизон, если желание есть. Я рад видеть, что ты заинтересованность начал проявлять. Вот так и подумаешь, что, может быть, давно тебе палкой по голове надо было настучать?

— Вот давай как-нибудь без кардинальных мер воспитания обойдемся, — проворчал я, а граф тихонько засмеялся. — Зачем нам армия?

— Мы же в краю прорывов частых живём. На защите этих мест стоим, но с них и кормимся, что уж тут говорить. Первый капитал так точно на монстрах изнанки наши предки сделали. Нам даже далеко за ними ходить не надо. — граф снова усмехнулся, а потом уже серьезно добавил. — Но развиваться лучше всё-таки на изнанке.

— Мне уже сказали. — Мы замолчали, но это было довольно уютное молчание. — Почему мы сидим в темноте?

— Рысь больше ночной хищник. Ты и так всё видишь, а мне и без видения комфортно. — Ответил дед. — Но мы всё-таки люди, и ночью предпочитаем спать, однако темнота никого из Рысевых не смущает. — Он замолчал. — Ты что-нибудь вспомнил?

— Нет, — я покачал головой, но вовремя вспомнил, что дед меня не видит. — Я заполняю пробелы в памяти. Но так ничего и не вспомнил. Мне уже начинает казаться, что и не вспомню. Где мои родители? Они погибли?

— Да при прорыве, — дед вздохнул. — Твой отец был сильным бойцом, да и мать кое что умела. Но вдвоём справиться с тремя монстрами третьего уровня не реально. — Граф замолчал, а потом добавил. — Он защищал её до последнего.

— Да, дела. Хотя, может быть, потому и не помню ни хрена. Просто сам захотел забыть, а тут как раз Свинцов с дубьем подвернулся. — Мне надоело смотреть в таком диапазоне, и я вернул своё обычное зрение.