Чтение онлайн

Между Лианой и Викторией Львовной пробежала ревность, словно лопнула струна на гитаре.

Ночью Лиане снился сон…

…Я тень, я живая, я спряталась под сводом подошвы Ильи. Он засмеялся от легкой щекотки и почесал ногу, а заодно коснулся меня. Мне приятно, я еще больше полюбила его и свернулась в маленькое овальное пятно, чтобы не исчезнуть вовсе, и пошла вместе с ним. Он подошел к бассейну, сбросил меня вместе с башмаками и нырнул в воду. Нырнул неудачно, не было у него прибора Клапана жизни. Свернул он себе шею о дно бассейна. Подбежала охрана, его выловили и отвезли в больницу. Любая операция стоит денег. Летняя ситуация со свернутыми шеями врачам хорошо известна, не все ныряльщики выживают. За Илью заплатили наличными и ему сделали сразу две операции. При первой операции вынули нижнее ребро, при второй операции ребро вставили в шею. С двумя швами он вернулся в жизнь, но башмаки ему еще не светили, он лежал. Я, как его тень, отдыхала, я научилась жить под поднятыми частями тела Ильи. Ему было очень плохо, а я его утешала, как могла. Он моего присутствия не чувствовал. Я проснулась, перевернулась, посмотрела на черную ночь за окном. Я встала, подошла к окну, посмотрела на далекие и близкие звезды.

Илья Лис тихо сидел дома и вспоминал все события, связанные с Лианой. Она ему нравилась всегда. Он любил разгадывать все ее загадки и повадки. Иногда он называл ее хитрой лисой, но он от нее зависел. Каким образом? Трудно сказать правду, она может показаться фантастической, но ее следует открыть. С чего бы начать, ведь дело щепетильное. Ладно.

«И после разлуки жизнь продолжалась, правда, под мелодию из старого кинофильма. Взгляды украдкой, полное молчание и финансовая независимость друг от друга. Чувство потери чего — то близкого и родного постепенно проходило. Иногда бывали мгновения, когда хотелось повернуть историю личной жизни вспять, но люди, оказывается, как реки: они не могут повернуть назад, и хочется повернуть, но все реже и реже», — так думала Лиана.

Илья зашел в офис, посмотрел на Лиану и вышел. «И пусть, есть и другие люди, которые еще разговаривают со мной и смеются, как солнечные лучи. А Архип — как отработанное топливо», — подумала Лиана и положила в кружку пакетик чая. Она заварила чай крутым кипятком из чайника и уткнулась в монитор компьютера. Она работала, пока не вспомнила про чай. Вместо сладкого к чаю у нее были гранулы отрубей с клюквой, дающие чувство сытости. Запив чаем нечто, она вернулась к компьютеру, довольная собой и в полной надежде, что аппетит перебила. Вентилятор, стоящий рядом с ней, монотонно пел свою песню.

В безбрежном весеннем небе появился белый вертолет, он планировал за окном, рисуя в небе из клубов дыма сердце. Похоже, что летчик объяснялся кому — то в любви. Нет, у Лианы таких лирических знакомых не было! Она посмотрела на сердце, которое ветер быстро развеял по небу, и в душе у нее осталось приятное ощущение прикосновения к чужой любви. «Любят же люди», — подумала Лиана и продолжила работу. Желудок требовал нормальной пищи, ее трудовому порыву мешал мелкий и подлый голод. Оказывается, и такое малое счастье, как чувство сытости, ей стало недоступно.

В небе опять произошла перестройка. Перед окнами висел плакат, на котором было написано одно слово: «Лиана». Лиана не выдержала возникшего любопытства и подошла к окну. Плакат висел под тем же вертолетом. Тоска зеленая объяла все ее существо и засосала под ложечкой. «Что этому вертолету от меня надо?» — прозвучала в голове тоскливая мысль. Вертолет пошумел пропеллером и улетел, плакат исчез в нем, словно его никогда и не было.

Лиана посмотрела на часы: время обеда неумолимо приближалось, с работой она справилась, а с голодом не удалось договориться.

По коридору забегали каблучки. Она остановилась и почувствовала, что ее взяли под локоток.

— Лиана, привет! — проговорил красивый мужской голос. — Тебе понравилось представление с вертолета?

Лиана резко повернулась, перед ней стоял Илья.

— Илья, ты опять здесь?!

— А куда я без тебя, Лиана? Мне известно, что твой любимый Илья уехал.

— Мы с ним мало знали друг друга!

— И прекрасно! Хватит накручивать любовь в том месте, где ее у тебя никогда не было! Продолжим беседу во время обеда.

— Но я не хочу сидеть в одном кафе с Тором!

— Сама себя выдаешь! А мы улетим с тобой в другое место. Вертолет ждет нас на стоянке. Это мой личный вертолет, можно сказать, любимый вид транспорта!

— Круто и страшно, но я согласна, — сказала Лиана решительным голосом.

Лифт опустил пару на этаж, расположенный немного ниже первого. Они вышли в боковую дверь и оказались на вертолетной площадке. Полет в обед Лиана еще не проходила. Илья опять взял ее под локоток, и она оказалась в кабине вертолета.

Они были вдвоем.

Илья уверенно взял в руки штурвал небесной птицы, он поговорил с диспетчером, и они взлетели. Чувство страха у Лианы оказалось намного меньше любопытства. Вертолет вылетел из города, пролетел над полями и лесами, подлетел к поселку новеньких домов. Каждый домик был похож на миниатюрный дворец.

Вертолет опустился на площадку, расположенную почти рядом с домом.

— Лиана, это наша новая загородная резиденция, здесь мы пообедаем, а ты познакомишься с новым своим жильем.

— Я не хочу жить деревне!

— Но это богатая деревня, здесь все есть!

— А я боюсь жить в таком доме.

— Не бойся, я буду с тобой.

— Я не хочу быть роботом по уборке этого трехэтажного дома!

— Здесь есть женщина, которая приходит, убирает и уходит.

— Я подумаю, — сказала Лиана от безысходности ситуации.

Лиана вышла из вертолета, посмотрела на долину из полян и кустарников. Дом стоял на небольшой возвышенности, вид от дома на просторы был просто изумительный.

— А как я буду добираться до работы?

— А кто сказал, что ты будешь работать, будучи моей женой?

— Илья, я тебя, оказывается, мало знаю!

— Лиана, я пошутил, заходи в дом.

Лиана перешагнула через порог. Комната сияла желтым светом и цветом. Яркость была такая, что она вспомнила о солнцезащитных очках, которые еще после зимы не достала. Неожиданно резко потемнело, на окнах появились жалюзи. Она оглянулась и успокоилась, стол с едой стоял в двух метрах от нее. Рядом со столом стояли два стула, все остальное тонуло в странном сумраке.