Шрифт:
Глава 1
— СДОХНИ, РУХЛЯДЬ! — раздался возглас.
Мне показалось, что я увернулся от выстрела, но спустя несколько секунд уловил аромат крови. Я прикоснулся к груди: мокро.
— Форма ж заговорённая рунами, — почему-то произнёс я, а мир в моих глазах померк, но всего на секунду.
Восстановление структуры…
Обнаружена помеха!
Извлечение инородного тела…
Восстановление структуры…
Процедура завершена!
Эти строчки пробежали передо мной всего за миг. Тело выплюнуло в руку кусочек окровавленного металла со множеством магических кругов, треугольников и рун.
Если бы противник продолжил стрелять, я мог превратиться в решето, и никакая магическая технология уже не помогла бы из-за того, что я поиздержался после прошлого боя и был на грани истощения ресурсов.
Глупо отрицать реальность: мне повезло, что противник вооружён пистолетом с глушителем, а не автоматом или пулемётом.
Враг не прост, раз быстро среагировал на мои перемещения. Либо ему улыбнулась удача, но для проверки нужно подставиться ещё раз.
У меня ни оружия, ни артефактов, так что это чревато.
Но, как говорил один из моих учителей в далёком детстве:
— Оружие есть всегда, им может стать всё, что угодно. Даже умение выбрать момент — уже инструмент, возможно, самый важный.
Сейчас я уже мог точно сказать, что это наивно и идеалистично. Даже пройдя модификацию тела под надзором волшебников, для сражения с магами и вооружёнными людьми требуются условия.
Впрочем, я — старая модель генетически развитого алхимией человека.
Сейчас у клана уже есть минимум на два поколения новее.
*Щёлк!*
Противник почти бесшумно вышел из-за поворота, похоже, решив проверить мой хладный труп.
Нетерпеливый какой. Видать молодой и эмоциональный. Свежим оставляют больше чувств, чем таким, как я.
Я дёрнул пистолет на себя и попробовал рубануть ладонью в шею врага, но он уж больно быстро среагировал на это.
Пистолет легко отпустил. Скорость его движений нарастала с каждым мгновением.
Модифицирован на скорость?
Между тем противник вытащил из кобуры на поясе ещё один пистолет и разрядил мне в подбородок с нереалистично высокой скоростью. Как же всё-таки обидно видеть и не суметь среагировать!
— Рухлядь, — процедил убийца, а я запомнил это молодое, почти детское лицо. Этот паренёк прижал наушник к уху и произнёс. — Господин Штац, миссия выполнена. Устаревшее имущество клана уничтожено.
— Уничтожь шифр и сожги следы… если не сможешь, тащи его сюда, — успел услышать я куда более тихий голос из средства связи.
Восстановление структуры…
Ресурсы не найдены!
Впервые после получения мной смертельных ранений передо мной начали мелькать картины из моего прошлого. Почему-то в обратном порядке.
Вот мой отряд увозит побеждённого британского шпиона, а мне приказали остаться на месте боя, где на меня и напал агрессивный подросток.
Потом возник ход боя, где иностранный маг скалится, схватив меня за лицо своей рукой:
— *Цензура*, твоя душа станет силой для меня! — говорит он.
Я же не способен на эмоции, а потому просто активирую взрывчатку на своей правой руке, которой «безвольно пытался отбиться».
Я проделывал это сотни раз, будучи просто ограниченно бессмертным, эта тактика была единственно верной против множества магов. Ведь они способны защититься практически от любого дальнобойного оружия при помощи артефактов или стихийных полей.
Следом передо мной возникли воспоминание о совещании о слабостях и сильных сторонах противника:
— Вильям Соулкаст — опасный маг, что скрывался под личиной торговца по имени Касим Али. Некромант, он в курсе, что не сумеет покинуть страну по официальным маршрутам, поэтому кланы получили полную свободу в его нахождении. Нам «повезло», британец выбрал нашу зону, — с некоторым сомнением произнёс куратор нашего отряда.
— Не он первый, не он последний. Ведь с территории «Грачей» никто не улетает, — усмехнулся сидевший молча до этого момента профессор Штац. — просто умрите на благо клана, как и обычно.
Мы могли только отсалютовать:
— Во славу Грачёвых служим Империи!
Да, мозги промывают в нашем клане просто отлично.
Спустя множество воспоминаний о десятилетиях однообразной жизни на поле боя, в лаборатории или тренировочном зале, я вернулся в далёкое время до модификаций тела, но уже после моей «отбраковки» в ГРАЧ-и.
Кажется, этот период жизни назывался переходным.
Тогда я пересекался с максимальным количеством людей.
А вот дальше было неприятно.
Мне семь… нет, пять лет. Я в лаборатории клана, зафиксирован на кушетке и кричу от страха. Последний миг, когда я был способен на эмоции.
Следующая сцена, я плачу и реву от того, что призывной зверь матушки напал на меня и заклевал почти до смерти.
Ещё чуть раньше: мой брат схватился за крыло страшной птицы и дёрнул, пытаясь натравить на моего любимого питомца.
Я загородил его, за что и поплатился.
А вот дальше было то, что я практически не помнил: счастливое детство с братом. Но почему-то матушка всегда смотрела на нас как-то отстранённо.